Долг (СИ)

 Я даже не заметил, как задремал, просто в один момент дернулся, очнувшись, и понял, что уже рассвело, что я все еще сижу на полу, у кровати, и что на меня смотрит проснувшийся уже Билл.
 - Привет. Как ты? – хриплю, протягивая руку и проводя пальцами по его щеке. Вдруг температура поднялась…
 - Нормально. А ты почему на полу? Неудобно же…
 - Не хотел далеко отходить. А если бы тебе хуже стало, пока я на диване отсыпаюсь?
 - Можно было со мной лечь. Кровать большая.
 - Боялся задеть тебя и сделать больно. Ты же избитый весь.
 Глядит на меня недолго, а потом придвигается ближе, обнимая и утыкаясь носом мне в ухо.
 - Знаешь, - начинает тихо шептать, стискивая руками мою шею. – Я пока там висел, только о тебе думал. Они меня били, а я тебя ждал. Верил, что ты придешь, и мне не так страшно было. Я ждал, ждал, а ты все не приходил. Я уже почти надеяться перестал, сомневаться начал, вдруг я правда тебе не нужен совсем. Вдруг ты таким способом избавиться от меня решил. И тогда я загадал, если ты все-таки придешь за мной, значит все хорошо, я тебе нужен и мы вместе. Мы ведь вместе, правда? – всхлипывает и замирает, в ожидании моего ответа.
 Отстраняю его от себя, пару минут разглядывая бледную, опухшую от слез и побоев мордочку. Какой же он все-таки еще маленький… Об этом очень легко забыть, когда смотришь на него накрашенного, уверенного в себе, глядящего на всех сверху вниз, но сейчас он настоящий. Маленький, во всем сомневающийся испуганный мальчик, нуждающийся в помощи и защите.
 - Вместе, - облегченно выдыхает и тянет к себе, заставляя лечь рядом.
 - Я рад.
 Мы целые сутки провели в моей квартире, практически не вставая с постели. Билл то просыпался ненадолго, то снова засыпал, находясь в каком-то полубредовом состоянии. Один раз мне даже удалось его накормить. И все это время он не отпускал меня от себя почти ни на минуту, постоянно прикасаясь, держа за руку, прижимаясь к моему боку. Он будто боялся, что я уйду и снова брошу его. Глупый мой.
 Вечером пришел док. Опять напичкал его какой-то противовоспалительной гадостью. Осмотрел. Остался очень доволен увиденным, сказав, что в его услугах больше надобности нет.
 ***
 - Нам нужно съездить к тебе домой, - вынес я вердикт, когда мы утром завтракали, сидя на кухне. Билл выглядел вполне сносно, не такой бледный и посвежевший после душа.
 - Не хочу, - лоб нахмурен, в глазах, до боли знакомое, упрямое выражение. Оказывается, мне очень не хватало этой непробиваемой упертости в его взгляде. – Это действительно так необходимо? Может, завтра, а? Давай еще денек здесь побудем…
 - Мне ребята уже несколько раз звонили. Там такое творится. Все в панике и не знают, что делать дальше. Теперь, когда Маркус погиб…
 - Маркус? Я не знал… – в глазах печаль и искреннее сожаление. Не хочу ему рассказывать. Не сейчас. Ведь сейчас это не так уж и важно, правда?
  
 - Да. Маркуса больше нет, поэтому нам необходимо съездить туда и посмотреть, что к чему. Парни растерялись совсем, что делать в таком случае им никто не говорил. Отчима твоего дома нет. В командировку какую-то уехал. Сегодня-завтра вернуться должен, а пока… Половина парней вообще увольняться собираются, они там только из-за Маркуса держались, ни под кем другим работать не хотят. Идиотская ситуация, сам понимаешь.
 - А ты? Ты ведь тоже ради него пришел?
 - Да. Пришел я ради него, но сейчас я с тобой. Больше мы эту тему не поднимаем. Ты просто всегда должен это помнить и все. Понятно?
 - Да, - вздыхает и смотрит грустным, щенячьим взглядом. – Но все-таки так никуда ехать не хочется, такое чувство, что опять что-то плохое случится…
 - Эй, ну, ты чего? – притягиваю его к себе, обнимает меня руками за талию, пряча лицо в моих дредах. – Давай так, съездим, разведаем обстановку, дадим пару указаний, соберем тебе какие-нибудь вещи и вернемся домой. Как тебе такой план?
 - Это очень хороший план, - улыбается, целует меня в губы и идет одеваться.
 В доме было очень тихо, когда мы приехали. Такое чувство странное, будто это именно Маркус был здесь хозяином, и сейчас, после его смерти, все развалилось. Из парней осталось пара человек всего, да и то, только потому что им идти некуда было. Похоже, Каулитцу полностью придется менять свою охрану.
 Пока я разговаривал с ребятами, Билл ушел собирать свои вещи. Закончив все свои дела, я поднялся к нему. Он сидел на кровати и ждал меня, возле ног стояла уже собранная сумка.
 - Ну что? Домой?
 - Да, - радостно кивает и подходит ко мне. – А чем мы дома заниматься будем? – шепчет мне в губы, прижимаясь всем телом и игриво прикасаясь языком к моему пирсингу.
 - Ты что творишь? – спрашиваю в ужасе, но на поцелуи отвечаю.
 Смеется, зарываясь пальцами мне в волосы и нежно покусывая за шею. Так соскучился по нему такому… пару минут, всего пару минут и поедем… Тихо рыкнув, хватаю его за задницу, притягивая к себе еще ближе, целуя страстно, безудержно… Его ответ спокойствия тоже не добавляет. Тихие стоны и полная покорность. Сводящее с ума сочетание. Мысли из головы исчезают полностью, все только на инстинктах…
 В себя прихожу, услышав аплодисменты. Резко отрываюсь от Билла и, повернувшись, встречаюсь с высокомерным пренебрежительным взглядом его отчима, стоящего в дверях и смотрящего на нас с брезгливостью и отвращением.
 7. 
 - Мы уходим, - бросаю, все так же, не отрывая взгляд от ледяных непроницаемых глаз. Билл стоит позади меня, прижавшись к моей спине всем телом и перестав дышать.
 - И куда это вы собрались? – спрашивает, прислоняясь плечом к косяку и насмешливо вскидывая бровь. – Нет, лично тебя никто не держит. Я даже рад буду, если ты прямо сейчас уберешься и больше никогда не появишься в моем доме, но Билл никуда не пойдет, – чувствую тонкие пальцы, до боли впившиеся мне в спину.