Пропавший дар (СИ)

Библиус не стал щелкать пальцами. Он повел ладонью, и пламя погасло. Второе движение, и огонь снова вспыхнул.
— Это несложно, — признал Библиус. — Что нужно делать дальше, джинн?
А дальше они увлеченно мололи кофе, добиваясь самого мелкого помола. Наполнили джезвы водой из весело журчащего фонтана и поставили их на огонь. Набиль показывал, что нужно делать, а Библиус повторял за ним. И получалось у него, на удивление, отлично.
Я в свое время учился этому искусству намного дольше, да так толком и не выучился.
И вот, по огромному залу, окруженному уходящими в вышину книжными шкафами, поплыл восхитительный аромат свежесваренного кофе. Набиль присмотрелся к коричневой пенке, которая поднялась в узких горлышках серебряных джезв, одобрительно кивнул и снял джезвы с огня.
Разлил кофе по чашкам, которые вытряхнул прямо из рукава, и добавил в них молока из высокого серебряного кувшина. Кувшин предусмотрительно стоял в миске со льдом. И хоть убейте — не знаю, откуда это все взялось.
— Давайте пробовать, — пригласил он нас с Библиусом.
Первым сделал глоток и с улыбкой зажмурился.
— Отлично, просто отлично!
Я тоже попробовал — кофе был в меру крепкий, с приятной кислинкой и вкусом хорошего шоколада.
— Вот это да, — удивился я. — Никогда не видел, чтобы кто-то так быстро научился варить вкусный кофе. Настоящая магия! А я думал, что к этому искусству надо иметь особые способности.
— Способности есть у всех, — усмехнулся Набиль. — Только не все верят в себя.
— Философ, — одобрительно кивнул я.
— Это не философия, а чистая правда, — неожиданно подтвердил Библиус.
— Вот как? А магии это касается?
— Конечно, — невозмутимо ответил Набиль.
— Но ведь магический дар у всех разный.
— Дар всегда один, — нахмурил седые брови Библиус. — Если уж ты маг — значит, можешь все.
— Никогда о таком не слышал, — озадаченно сказал я. — Разве что, в легендах.
— Ты и не мог слышать об этом Тайновидец, — усмехнулся Набиль. — На понимание этого человеческой жизни обычно не хватает. Вы гоняетесь за магией, пытаетесь овладеть ею. Вот и хватаете чудеса только за краешек подола.
Здесь, в Незримой библиотеке обычно очень вежливый Набиль тоже стал говорить со мной на «ты». Я понял, что так он проявляет уважение к порядкам чужого дома.
— А как надо? — жадно спросил я.
— Позволь магии владеть тобой. Стань ее воплощением. И тогда сможешь все.
Набиль протянул ко мне руку. На его ладони лежал черный, как ночь, драгоценный камень. Солнечный свет, падавший из высоких окон Незримой библиотеки, дробился в его бесчисленных гранях.
— Видишь? — спросил Набиль. — Каждая грань — это зримое воплощение магического дара. То, чем торопится овладеть нетерпеливый маг. А камень — это весь дар.
— Подожди, — сказал я, оторопело глядя на камень. — Ты хочешь сказать, что легенды об Абсолютах — это правда? Бывают маги, которым подвластно любое чудо?
— Нет, — поправил меня Набиль. — Это ложь. Но бывают маги, которые сами становятся воплощением чуда.
— И могут проявить любую способность?
— Иногда.
Мой магический дар заколотился в груди, словно второе сердце.
— Спасибо, Набиль! — радостно сказал я. — Кажется, ты только что ответил на вопрос, который мучил меня в последние дни.
— А я говорил, что ты найдешь ответ, — весело усмехнулся хозяин кофейни. — Еще чашечку кофе?
— Нет, — отказался я. — Мне нужно срочно проверить свою догадку. Развлекайтесь без меня, господа, у вас отлично получается. А я поеду в госпиталь.
Если у Ивана Горчакова и в самом деле есть задатки Абсолюта, то…
То это объясняло все, что произошло. Как бы невероятно это ни звучало.
  
Глава 25
 
Но уйти сразу мне не дали.
— Тот трактир, из которого ты в прошлый раз принес вкусные мармеладные шары — он же недалеко от госпиталя? — заинтересовался Библиус.
— Да, рядом на площади, — кивнул я.
Гордый римлянин смотрел на меня с плохо скрываемым ожиданием.
— Хочешь, чтобы я заглянул на обратном пути и принес тебе пирожные? — улыбнулся я.
  
— Если тебе не трудно, — признал Библиус.
— Мне-то не трудно, — рассмеялся я. — Но у хозяина трактира свои привычки. Он готовит только по вдохновению, и бывает это нечасто.
— У меня как раз есть один фолиант, который способен вдохновить любого повара, — заверил меня Библиус. — И я очень удачно снял с него копию.
— Да ты заранее обдумал план и готовился к моему приходу? — понял я. — Дальновидно! Неужели эти десерты тебе так понравились?
— Они великолепны. Жаль, что в мое время таких не делали.
Библиус взмахнул рукой. С одной из полок слетела довольно толстая книга и улеглась в его ладони. Хранитель библиотеки протянул книгу мне.
— Кулинарные традиции прежних миров? — прочитал я. — Ого! А что это за «прежние миры»? Когда они были, и куда подевались? Хотя, нет! Чувствую, что история о них будет долгой и захватывающей. Но имей в виду, Библиус — когда-нибудь я непременно захочу ее узнать.
— Разумеется, — величаво кивнул древний римлянин. — Ты же тайновидец, еще бы ты не хотел! А теперь идем, я тебя провожу. Быстрее уйдешь — быстрее вернешься.
— До свидания, Набиль! — попрощался я с владельцем кофейни.
— Хорошего дня, Александр Васильевич!
Набиль взмахнул джезвой, не переставая одним глазом коситься в свиток, который дал ему хранитель библиотеки. Судя по знакомому обгоревшему краю, именно в этом свитке были записаны секретные древние рецепты кофе.
Библиус проводил меня к дверям и взялся за потемневшую бронзовую ручку в виде оскаленной головы льва.
— Ты помнишь, как из библиотеки попадать прямо в нужное тебе место? — спросил он. — Мне бы не хотелось, чтобы ты путешествовал с драгоценной книгой по канализации.
— Помню, — улыбнулся я.
Закрыл глаза и отчетливо представил себе сумрачный зал трактира «Долгожданная радость». А зачем откладывать просьбу друга, если можно выполнить ее сразу? И заодно оказаться рядом с госпиталем.
Библиус распахнул дверь. Я ощутил прохладу и непередаваемые запахи вкусной и отлично приготовленной еды. Открыл глаза и увидел, что стою на пороге трактира. За квадратными столиками никого не было, но на кухне весело и сухо стучал нож. Значит, бывший императорский повар снова творил свое волшебство. Надеюсь, мой приход ему не помешает.
— Господин Иевлин, вы здесь? — повысив голос, спросил я.
Стук ножа смолк. А через мгновение дверь кухни открылась. Хозяин трактира выглянул оттуда, как барсук из своей норы, и удивленно уставился на меня.
Сегодня на нем не было высокого поварского колпака. Видимо, колпак был чем-то, вроде парадной формы — в нем господин Иевлин встречал посетителей.
— Добрый день, — улыбнулся я. — Прошу извинить меня за вторжение. Вы меня помните?
— Господин Тайновидец, — ворчливо сказал трактирщик. — Здравствуйте.
— Я заглянул только на минуту, — объяснил я. — Моему другу очень понравились те пирожные, и он просил поблагодарить вас.
С этими словами я протянул господину Иевлину книгу, которую мне дал Библиус.
Повар машинально вытер ладони о белый передник и взял книгу. Его брови удивленно поползли вверх, когда он прочитал название.
— Наверное, ваш друг — удивительный человек, — сказал он. — Откуда у него такая книга?
— Я не совсем уверен, что он человек, — улыбнулся я. — Но пирожные ему понравились. И мне тоже, если для вас это важно.
Господин Иевлин молча кивнул, повернулся и ушел в кухню. Да, излишней вежливостью бывший императорский повар не отличался. Зато у него были другие достоинства — на мой взгляд, куда более существенные.
Через минуту трактирщик вернулся — уже без книги. Наверное, припрятал ее в одном из кухонных шкафчиков.
— Хотите позавтракать, господин Тайновидец? — ворчливо предложил он.
Во взгляде господина Иевлина сквозило уважение.