Конструктор живых систем (СИ)
Быстро поднявшись к себе на этаж, я прошёл в комнату и, как только закрыл за собой дверь, принялся с удовольствием распаковывать форму и сразу же повесил её на плечики в небольшой шкаф. Удовлетворённо вздохнув, я решил, что готов к завтрашнему дню. Выйдя в коридор, ко мне тут же подошли вновь прибывшие, которые слонялись по этажу, знакомясь со всеми, обсуждая, откуда приехали и как устроились. Но долго болтать я не захотел и, вернувшись в комнату, поужинал пирожками и заснул.
Утро наступило быстро, сегодня меня ожидала подготовка к торжественному мероприятию приёма в студиозусы.
Надев на себя новенький мундир студиоза, я посмотрелся в зеркало. Ну что же, хорош! Проверив, не забыл ли чего, я вышел из комнаты. Сухо щёлкнул два раза ключ в замке, и вот я уже направляюсь к выходу из общаги. Не успел я войти в холл, как меня подхватила толпа разномастно одетых людей и понесла за собой.
Выйдя на улицу, я практически потерялся среди сотен мужчин, женщин, юношей и девушек, спешащих на торжественную линейку, посвящённую началу нового учебного года. С улицы через распахнутые настежь ворота заходили целыми семьями, проезжали автомобили самой разной конфигурации и системы: от паровых локомобилей и дизельных автомобилей, до супердорогих авто, работающих на эфире.
Глаза разбегались от обилия людей в самых разных праздничных одеждах. Встречались те, кто пришёл, как и я, в мундире или форме, указывающей на отношение к академии, в просторечии именуемой «павловкой», мелькали люди в мундирах других академий или министерств. Иногда попадались даже военные мундиры и, конечно же, больше всего внимания к себе привлекали нарядные женские платья.
Возле общежития их пока находилось очень мало, но чем ближе я подходил к месту организованного торжественного празднования, тем их встречалось всё больше. Я вертел головой среди разношёрстной толпы, одетой гораздо богаче и ярче, чем я. Казалось, моя форма изрядно побледнела, и я фактически потерялся на их фоне.
Вчера комендант вручил мне картонку с золотым тиснением, на которой обозначалась схема расположения построения факультетов на площади перед главным учебным корпусом, там же указали и время. На обратной стороне имелась дополнительная информация, необходимая для любого участвующего. Ориентируясь по схеме, я двигался в потоке людей, пока не вышел к площади. Здесь уже начали собираться первые группы первокурсников и старшекурсников, кучкующиеся в местах расположения факультетов.
Я остановился и, оглядевшись по сторонам, заметил ребят со своего факультета, которые стояли под флагом с изображением знака железнодорожного ведомства. К ним я и направил свои стопы.
Глава 14
Начало обучения
— Документы⁈ — первым делом спросил у меня моложавый мужчина со строгим и умным лицом, стоящий во главе небольшой разновозрастной группки людей.
— Пожалуйста! — предъявил я взятый с собой пропуск.
Быстро окинув мой пропуск взглядом, он развернул листок со списком фамилий, сверился и вернул со словами.
— Хорошо, вы есть в списках нашего факультета, становитесь в первый ряд.
Вокруг мужчины толпилось несколько человек первокурсников, позади которых скучал высокий парень, державший вымпел с обозначением нашего факультета. Он вяло скользнул по мне взглядом и переключил своё внимание на барышень, что мелькали в толпе яркими красивыми птичками.
Поприветствовав всех вокруг, я присоединился к некоему подобию строя и стал терпеливо дожидаться остальных, и вскоре с удивлением увидел спешащего в нашу сторону Петра. Узнал я его гораздо раньше, чем он меня, и подождав, когда он отметится у нашего руководителя, окликнул его.
— Пётр⁈
— Фёдор! — обрадовался он и, крепко пожав мне руку, сразу же засыпал вопросами.
— Ты как, устроился? Тут хорошо? А ты сейчас в общежитие живёшь? С самого утра стоишь здесь?
— Да. Не знаю. Да, — также быстро ответил я ему и тут же задал свой вопрос. — А ты сам как здесь оказался, да ещё и на моём факультете?
— А с чего бы он твой?
— Потому что я поступил сразу, а ты говорил, что сам ещё точно не выбрал факультет.
— Понятно. Я сразу хотел сюда поступать, просто сомневался, стоит или нет, потом перестал сомневаться, и вот я тут.
— Врёшь, поди? Ты же мне совсем другое говорил в поезде. Ты же физиком хотел стать⁈
— Ну, хотел и стану, а пока нужно поучиться на инженера, ты что, мне не веришь? Подозреваешь меня в обмане? Я… — Пётр стал закипать от гнева, а я уже пожалел о сказанном. Просто ненароком слова сами сорвались с моего языка. Но тут мы вдруг увидели, как к нам приближается некая очень симпатичная девица, как оказалось, наша старая знакомая.
Первым её узнал я, и от удивления открыл рот. Пётр, который уже собирался высказать нелицеприятную тираду в мой адрес, осёкся и обернулся в ту сторону, куда смотрел я. И тоже уставился на подходившую девушку. Наверное, выглядели мы очень комично, потому как графиня, сопровождавшая свою дочь, внезапно улыбнулась и прикрыла лицо красивым шёлковым веером.
Сама же девушка только хмыкнула, сделав вид, что не заметила нас вообще. Девицу и графиню, имени которых мы так пока и не знали, сопровождал статный мужчина, одетый в штатское, но и его манеры, и осанка, и взгляд могли принадлежать только аристократу, как минимум, в третьем поколении. Он, не обращая на нас никакого внимания, подошёл к руководителю группы нашего факультета и заговорил с ним.
Графиня наклонилась к мужу и что-то шепнула, после чего мужчина обернулся и пристально посмотрел на нас, но тут же быстро утратил интерес. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить наш статус. Мы же только вздохнули с облегчением, как-то не очень уютно находиться под оценивающими взорами сильных мира сего. Но как мы не чувствовали себя неуютно, а всё равно тайком посматривали на девушку, что стояла справа от нас, рядом с родителями, гордо подняв голову.
Не знаю, как Петру, но мне она показалась ослепительно красивой. В длинном праздничном платье она казалась принцессой из сказки, которую хотелось завоевать или получить в жёны вместе с полцарством, за совершённые подвиги ради неё. Девушка действительно являлась образцом аристократической породы, особенно это бросалось в глаза на фоне окружающих провинциальных девиц.
Тонкий стан, грациозная осанка, белая нежная кожа и чудные голубые глаза, больше ничего я не запомнил и, собственно, не узрел. Почувствовав на себе любопытные взгляды, она повернулась в нашу сторону и так холодно посмотрела, что мигом отбила у нас обоих желание дальше рассматривать её тайком.
— Эх, чудо как хороша! — тихо вздохнул Пётр.
— Да, — согласился я с другом, — не то слово! И фигура, и душа, и…
— Откуда ты её душу знаешь, Фёдор?
— Да это я так, к слову, — смутился я, — само что-то вырвалось.
Мы находились довольно далеко от семейства графа, вокруг стоял гомон толпы, ожидающей празднества, и поэтому говорили вполголоса, но достаточно для того, чтобы слышать друг друга.
— Вечно ты к слову что-то говоришь, а получается всё не к месту. Видел, как она на нас посмотрела?
— Видел, и что?
— Как на врагов!
— На каких врагов? Скорее, как на людей, абсолютно для неё не интересных, просто холодно посмотрела, как… — я замялся, подбирая подходящие слова, — ну, как на пустое место.
— Не могла она посмотреть на меня, как на пустое место, я барон!
— Да, ты дворянин, поэтому она дала понять, что тебе ничего не светит, одним взглядом. А мне и так всё ясно, я-то не дворянин. А ты враги, враги, ну какой ты ей враг⁈ Ещё классовым врагом себя назови, как любят некоторые из соседних государств кричать. Смотри, сколько народу пришло, и девушки тоже есть, найди себе по статусу подругу, и всё на том, — я махнул рукой в сторону. И действительно, народу вокруг изрядно прибавилось, в том числе и представительниц прекрасного пола.
— Скажешь тоже, — нехотя пробормотал Пётр и принялся рассматривать толпу, собравшуюся прямо напротив нас.