Не говори шефу (СИ)

— Это хорошо, — сказал он, чуть наклонив голову. — Гибкость — качество незаменимое. Особенно в таких уникальных обстоятельствах.
На мгновение мне показалось, что в его тоне мелькнул едва заметный флирт, но он быстро сменил его на деловой.
— В любом случае, — продолжил он, опираясь локтями на стол и слегка наклоняясь вперёд, — я рассчитываю, что вы нас не подведёте.
Его движение было настолько плавным, что я вдруг почувствовала, как сокращается пространство между нами. Этот аромат — лёгкий, с тонкой пряной нотой, — уже невозможно было не уловить.
— А если подведу? — спросила я, даже не понимая, зачем задала этот вопрос.
Он замолчал на мгновение, будто изучая меня.
— Тогда вы меня очень разочаруете, Ольга Сергеевна, — ответил он, чуть прищурив глаза. — А этого, как вы понимаете, лучше избежать.
Он откинулся назад. Я не могла понять, что больше сводило меня с ума: его загадочные намёки или эта едва уловимая граница между строгостью и чем-то... гораздо более личным.
— Я постараюсь, — сказала я, вставая, чтобы уйти.
— Уверен, что у вас получится, — негромко, но чётко произнёс он, наблюдая за мной так, будто это было не просто прощание, а очередной тест, который я только что прошла.
Я вышла из кабинета, чувствуя, как пульс отдаётся в кончиках пальцев, и попыталась унять дрожь в руках. «Ну что, Оля, — подумала я, поправляя прядь волос. — Кажется, эта работа не только профессиональный вызов. Ещё и марафон по сохранению самообладания».
  
4. Уикэнд.
 
Пятница — это главный обманщик среди дней недели. Утро начинается, как обычный рабочий день: электронные письма, звонки, задачи с пометкой «срочно». Но где-то глубоко внутри теплится мысль: «Сегодня пятница. Почти свобода». Это «почти» и делает день абсолютно невыносимым.
К обеду я обычно понимаю, что все эти планы «закрыть хвосты до понедельника» — просто миф, придуманный для людей с несбыточными надеждами. После четырёх часов дня концентрация падает до уровня умирающей батарейки, а мысли уже далеко за пределами офиса. Кто-то думает, какой сериал посмотреть, кто-то — что заказать на ужин. Я же пытаюсь придумать способ, как не отвечать на звонки коллег, которые почему-то считают, что пятница — идеальный день для новых идей.
Вечер пятницы — это особое состояние. Кто-то отправляется в бар с друзьями, чтобы забыть о работе, кто-то мечтает только о встрече с кроватью, пижамой и пиццей. Я, как обычно, зависаю где-то посередине, надеясь, что суббота принесёт идеальные выходные. Конечно, это утопия, но помечтать ведь можно.
* * *
К пятнице у меня накопилось столько эмоций, что дотерпеть до конца рабочего дня было отдельным подвигом. Когда часы на мониторе показали заветное время, я уже мысленно бежала из офиса. Физически я всё же задержалась, чтобы не выглядеть слишком рьяной любительницей свободы. Оставшись дома, я почувствовала себя героиней, пережившей бурю. Сняв туфли (их я с удовольствием бросила в угол комнаты), плюхнулась на диван. Но тишина длилась недолго.
Телефон зазвонил, и на экране появилось имя Анны. Аня — это, конечно, моя лучшая подруга, но в её энтузиазме можно легко запутаться. Если бы я хотела спокойствия, то точно выбрала бы другую подругу.
— Оля! — заявила она своим бодрым, почти командным голосом. — Завтра суббота. Мы идём в ЦУМ. Никаких оправданий.
— Анна, я хотела провести день дома. Лежать, ничего не делать, — пробормотала я в ответ. — В крайнем случае доем пиццу со вчерашнего ужина.
— Пиццу? Ты серьёзно? — возмутилась она так, будто я призналась в тяжком преступлении. — Завтра мы будем выбирать тебе что-нибудь стильное. Ты же не можешь ходить в офис в этих унылых блузках. Встречаемся в 11:00. И это не обсуждается.
— Я только ещё недели не работаю в новом месте. Гардероб и бюджет у меня пока говорят "нет".
  
— Какая-то ты напряжённая, подруга. А ты не напрягайся. Я всё сделаю за тебя, а ты просто расслабься и получай удовольствие, — игриво ответила Аня. — Ты же сама всегда говоришь, что жизнь в Москве — это инвестиции в себя. А я — твой инвестиционный консультант.
— Ладно, — обречённо вздохнула я, прекрасно понимая, что сопротивляться бесполезно.
Я подумала, что Аню стоит записать в клуб бизнес-коучей. В раздел «особо опасные». Хотя кто знает, может, она там уже числится.
- Всё, до завтра!
Телефон замолк, оставив меня в лёгком оцепенении. Шопинг с Анной всегда превращается в цирковое шоу, где она играет главную роль, а я пытаюсь не потеряться в зрительном зале. Но, с другой стороны, лежать весь день в пижаме тоже казалось скучной перспективой.
* * *
Анне 30, но она легко может сбить вас с толку, убедив, что ей всего 25, потому что её энергия явно не соответствует паспортным данным. Стройная, высокая, с длинными светлыми волосами, которые всегда выглядят идеально (заслуга профессионального ухода и таланта убеждать себя, что хорошая стрижка — это инвестиция). Её стиль — яркий, почти вызывающий. Она любит красные губы, каблуки и громкие аксессуары, которые делают её заметной даже в самой плотной толпе. Голос - громкий, звонкий, всегда с легкой ноткой командности.
Мы с ней познакомились в университете, на каком-то скучном семинаре по экономике. Пока остальные слушали лекцию про бюджетные дефициты, Аня, сидя на задней парте, строила планы на вечеринку. Она буквально вломилась в жизнь Ольги со словами: «Ты выглядишь слишком умной, чтобы тусить одна. Пойдём с нами!» И с тех пор они как-то так и остались вместе — две абсолютно разные, но странно совместимые личности.
Она из тех людей, кто всегда знает, как выйти сухой из воды, не напрягаясь особо. Анна работает в сфере, где можно болтать целыми днями — менеджер по продажам в каком-то модном бутике на Патриках. Её клиенты — обеспеченные москвички и бизнесмены, которым нужны не столько вещи, которых у них завались и маленькая тележка, сколько внимание. Анна в этом преуспела. Её умение найти общий язык даже с самым капризным клиентом вызывает восхищение. Правда, сама она считает свою работу временной, хотя это временное длится уже больше пяти лет.
Анна обожает жизнь. Она знает лучшие бары, самые скрытые аутлеты и даже где в Москве готовят самый вкусный рамен (в подвале на Новослободской, конечно). Она может разрядить любую неловкую ситуацию одной фразой и всегда найдёт, о чём поговорить.
Но с другой стороны, Анна иногда бывает невыносима. Она громкая, упрямая и совершенно не понимает, что кто-то может быть менее энергичным, чем она. Никогда не принимает «нет» за ответ. Её стандартная фраза: «Ну что ты, ты же любишь приключения!» — звучит как приговор, от которого невозможно отвертеться.
Кроме того, Аня вообще, совсем, категорически не умеет держать язык за зубами. Она с лёгкостью может обсудить мою личную жизнь с баристой в кафе, потому что считает, что это «очень мило». И я узнаю об этом от баристы - хорошо что хоть без своего фио. И ещё она склонна к излишней драме по любому (это с моей точки зрения а с её конечно же не по любому, а по крайне важному) поводу. Если ей не удаётся купить сумку вожделенного бренда на распродаже или её маникюр испортила слишком медленная сушка, она превращает это в трагедию вселенского масштаба.
«Ну ладно, посмотрим, что она там для меня приготовила», — подумала я, допивая кофе. Но мечты о тихом вечере были разрушены Бароном. Этот соседский пёс завёл свою очередную «серенаду», громко и надрывно лая на всё, что двигалось за окном. А стены в нашем инновационном доме (рецепт счастья: продай бабкину квартиру в сталинке, купи пять студий во этой халупе, сдай понаехавшим, а сам свали на Бали) были не совсем из картона, но около того.
— Барон, давай ты угомонишься? — пробормотала я, закутавшись в одеяло и воткнув в уши беруши.