Седьмой царевич (СИ)

Выйдя из участка, я взял такси и спокойно доехал до съёмной квартиры. Заодно сделав себе в уме пометку — нужно узнать номер СИБ, для таких случаев. Пусть они друг с другом грызутся. Спать оставалось совсем недолго, так что даже выбитое окно мне не помешало провалиться в глубокий сон.
Москва, Кремль.
— Слушаю тебя, Леонид. — взяв трубку на аппарате, ответил Михалыч. Многие его помощники уже ходили с сотовыми, но он привык работать по старинке, так было надёжнее. Телефоны, где всё записывается и проверяется. Папочки, где под каждой бумагой стоит подпись ответственного. Это сильно упорядочивало бытие.
— Боюсь, мы неправильно подошли к нашему кандидату. Он оказался слишком уравновешенным, в участке чуть не уснул, был в себе уверен, даже слишком. В конце обвинил нашего сотрудника в некомпетентности и ушёл. Давить нам на него нечем.
— Ну что же. Если не сработал кнут, попробуй пряник. Благо в России им можно не только приманивать, но и как следует избить, — усмехнулся Михалыч. — Встреться с ним сам. Что предложить… подумай.
— Так точно, сделаю. Всего хорошего, господин премьер.
Санкт-Петербург, царское село.
— Сегодня подопечного пытались арестовать, увели в отделение, продержали более трёх часов, затем отпустили. Обвинения предъявлены не были, — спокойно отчитывался оперативник Лебедю. — В процессе был обнаружен исполнитель нижнего звена, сотрудник бывшего отдела ФСБ в Москве.
— Значит, всё же силовики, — легко догадался об остальном глава СИБ. — Прослушку поставили? Что ему вменяют, известно?
— Пока его держат в статусе свидетеля. Дела о поджогах и массовых убийствах.
— Дела?
— Так точно, пока проходит четыре делопроизводства. Три в центральном Сочи, одно в Адлере, — перелистнув страницу, отчитался оперативник. — Всего погибло двадцать пять человек. Девятнадцать людей авторитета Кусаки, в трёх эпизодах, он сам, четверо гражданских и графиня Баранова.
— Есть какие-то общие места в убийствах, кроме поджогов?
— Есть свидетели, показавшие, что во время нападения на графиню был только один человек. Он же и положил всех её соратников и её саму. Связь с убийством людей Кусаки в Адлере и графини прослеживается через схожую ножевую рану в шею. Попадания немного разнятся. Но тот, кто их наносил, явно умело пользовался холодным оружием, в том числе метательным, и у него уже есть выработанные привычки. С устранением вора в законе никаких общих мест нет. Кроме того, что до этого убили его людей в квартире подопечного.
— И как это связано с нами?
— По логике, никак, ваше сиятельство, — вытянулся по струнке оперативник. — Однако, мы вели за ним наблюдение, и после возвращения из Петербурга он ненадолго пропадал из своей квартиры. Как раз во время разборок. А на следующий день внёс крупную сумму в валюте на свой счёт в банке. О чём директор филиала доложил СИБ.
— Пропадал и вернулся с деньгами… потом попал к силовикам и вернулся… — Лебедь на мгновение прикрыл глаза. — Стоп. Что значит пропадал? На него было совершено покушение, в его квартире убитые. А вы оставили его без присмотра?
— Если быть точным, убитые не в квартире, кто-то выкинул их из окна уже мёртвыми, — поправился сотрудник. — Так что нам пришлось заниматься сбором улик и…
— Это не оправдание! Если вам мало сотрудников, направьте ещё одну группу. И не расслабляться! Этот чёртов курорт становится горячей точкой. Чтобы глаз с него не сводили. Ясно?
— Так точно! Есть не расслабляться. Немедленно отправлюсь! — козырнул граф Берг, мысленно благодаря за такую возможность.
После того, что этот мальчишка творил во время посвящения, сомневаться в его способностях не приходилось. А если слухи правдивы, и парень освоил свой знак сам, без обучения, в камере. Всего за несколько часов.
Тут ведь ещё вопрос, какой знак… но уработать двадцать человек. Да хоть сто! Уже были прецеденты. На ближнем востоке у палестинцев вон появился мессия, насылающий на врагов плотоядную саранчу, и скрывать это от мировой общественности становится с каждым днём только сложнее.
    
Глава 23
 
Удивительно, но если меня не дёргать, не пытаться убить и не таскать по допросам, то появляется куча времени. Настолько большая куча, что я даже несколько растерялся, и обрадовавшись сводил-таки Аню в ресторан. Просто вкусно покушать, без всяких дальнейших пошлых планов. Но как говорится, приглашения в ресторан куда чаще заканчиваются сексом, чем приглашение на секс.
Это же подстегнуло меня, наконец, заняться восстановлением снимаемой квартиры. Сходил в стекольную мастерскую, сам вставил окно, с удовольствием поработав руками. Убрал все бьющиеся предметы. Чтобы в следующий раз не лишиться посуды. Для этого пришлось купить яркие разноцветные пластиковые кружки и тарелки. Вначале хотел взять металлические, но уж очень они напоминали лагерные, да и качеством не не могли похвастаться, в отличие от китайского новодела.
С мебелью всё было сложнее, покупать новые вещи в чужую квартиру не хотелось. Да и вообще, студент я или кто? Нечего заниматься такими мелочами, если можно обойтись самыми простыми вещами. Вместо забот лучше сходить на море, искупаться, пригласить девушку на ужин…
И если в других регионах России это может оказаться проблематично, первые два пункта, то в Сочи, до конца сентября… да что говорить, старожилы обещали пятнадцать градусов тепла в январе! Температура моря опускалась по ночам до двадцати двух, но зато днём, как и температура воздуха, была под тридцать.
В учёбе, наконец, произошли значительные изменения, и у нас внезапно устаканилось расписание. А ближе к концу сентября из северной столицы прибыло два преподавателя. Женщина, которая должна была вести у нас этикет, и мужчина, отвечавший за юриспруденцию. А ещё неожиданно выяснилось, что в предметы затесались бальные танцы!
— … занятия являются обязательными для кадетов специального и общего дворянского факультетов, — сказала Нина Иосифовна, наш преподаватель по этикету, строго одетая, тридцатипятилетняя женщина, в очках с толстыми линзами и собранными на затылке в пучок чёрными волосами. В таком виде она выглядела лет на десять старше, но, возможно, этого она и добивалась. — Для остальных это факультатив.
— Ну и зачем нам танцульки? — пробурчал недовольный Саня.
— Будьте уверены, ваше сиятельство, мои занятия вам совершенно не нужны… — проговорила преподаватель, чуть опустив очки. — Если вы хотите оказаться посмешищем на рождественском балу в Санкт-Петербурге. На который вы обязаны явиться.
— Рождественский бал? — с придыханием проговорили почти все девушки. — Настоящий, в платьях, во дворце?
— Именно, — улыбнувшись подтвердила Нина Иосифовна. — Этот великолепный бал является традицией МГИМО, но с этого года он является общеобязательным для всех дворян и бояр в Российской Империи. Это прекрасная традиция и все мы очень рады, что она возрождается.
— У нас будут бальные платья! — восхищённо проговорила Наташа.
— Если вы не сможете позволить себе заказать платье, вам, конечно, будут предоставлены государственные, для перешивки. Но, дорогие мои, настоятельно рекомендую накопить денег, попросить у родителей или заработать, и пошить платье на заказ. И помните, что это не так просто и не так быстро, — предупредила преподаватель. — Месяц или полтора у вас есть, но не более.
— А сколько это стоит? — упавшим голосом спросила Дёмина.
— Сложно сказать. В России, за время СССР, было потеряно множество навыков, в том числе и пошива бальных платьев. Наша мода и дизайнерские дома больше нацелены на авангард или повседневную максимально удобную одежду, — со вздохом неодобрения проговорила Нина Иосифовна. — Мне известно, что многие заказывают во Франции. В европейских мастерских, где сохранилась подобная культура, но, конечно, это очень дорого. Платье может стоить десятки тысяч долларов.