Седьмой царевич (СИ)

— Вероятно, до вас доходили разные слухи о появлении в стране большого количества людей с экстрасенсорными способностями. Каждый день снимаются и транслируются передачи про гадалок, колдуний, знахарок и ведунов… ими буквально забит вечерний эфир, — с улыбкой проговорил преподаватель. — А ещё всевозможных магов, инопланетян и атлантов среди нас.
— И рептилоидов заодно, с жидомассонами, — усмехнулся я, сам не раз попадавший на такие передачи при переключении каналов.
— Именно. Вы должны знать, что это государственная политика, а не просто случайный всплеск любителей паранормального. А цель — среди шарлатанов и фокусников скрыть настоящих одарённых, — веско проговорил Филипп. — Не нужно возражений, демонстрация всё вам пояснит лучше всяких слов. Внимание на манекен.
Убедившись, что мы оба внимательно смотрим на установленный в центре зала деревянный манекен для одежды, мужчина достал из кармана небольшой нож, и казалось небрежно взмахнул им, после чего воздушная волна ударила, рассекая дерево и выбрасывая щепки в разные стороны.
— Чего? Это как? — ошарашенно проговорил Саня. — Это какой-то фокус?
— Это дар. При инициации у вас разболелась голова, кружилась, и на секунду появились галлюцинации, верно? Перед вашими глазами должен был загореться знак, возможно, он не раз вам снился с тех пор…
— Да это же просто сны… — нахмурившись ответил парень.
— Не хотите продемонстрировать ваш символ, ваше сиятельство? — спросил преподаватель, повернувшись ко мне. — Говорят, вы его уже освоили.
— Почему нет, — ответил я, пожав плечами. — Хотя до вашей лёгкости применения мне как до луны. Одним движением начертить столь сложную фигуру…
Я нацелил ладонь на манекен и нарочито медленно использовал знак Толчка. Воздушная волна ударила в ростовую куклу, заставив отлететь ее на пару метров и рухнуть. После чего Саня уставился на меня выпученными глазами.
— Пожалуй, ваша фигура будет куда сложнее моей, — ответил преподаватель, внимательно наблюдавший за произошедшим. — Вы не используете сторонние предметы для начертания, и это тоже усложняет вам задачу. Учитывая, что знак вы уже освоили, моя цель будет лишь показать, как его использовать легче и быстрее. Ну а в случае князя Серебряного. Боюсь, придётся начинать с азов. И вам нужно нарисовать свой знак, чтобы мы разобрали основы его начертания.
— Основы начертания? Я с черчением не особенно хорош… — проговорил Саня.
— Не волнуйтесь, российской аристократии неизвестно ни одного знака, в котором было бы больше десяти линий, так что с этим мы разберёмся без проблем, — с улыбкой пообещал Филипп. — Что же касается вас, ваше сиятельство, рекомендую выбрать предмет по вкусу, который постоянно будет с вами.
— Почему вы используете нож? Его же могут забрать при досмотре? — спросил я.
— В ближайшее время, скорее всего, на следующей неделе, в государственной думе будет проходить несколько совещаний, в том числе будет принят закон, разрешающий дворянскому сословию носить кортики, кинжалы и ножи в общественных местах, — ответил преподаватель. — В качестве компромисса будут упрощены некоторые нормы по применению оружия милицией и внутренними войсками.
— И будет принят закон о дворянских дружинах?
— А вы неплохо осведомлены! Именно. Оружие и дружины — две части одного целого. К слову, ваше движение рукой гораздо сложнее, чем движение кистью. Думаю, вы и сами могли в этом убедиться. — сказал Филипп, и вновь продемонстрировал удар, срезавший с манекена существенный кусок головы. На сей раз я успел рассмотреть не только на мгновение вспыхнувший золотой символ, но и фигуру, что он очертил. Серп.
И в самом деле он был куда проще моего. Восемь линий, идущих одна за другой. Верхняя кромка серпа, три линии, вниз к рукояти, две линии, нижняя режущая кромка и замыкание. Поэтому и движение казалось таким плавным и естественным. Взмах вправо и влево, с чуть ломанными линиями. Простой до безобразия… тут главное — не напортачить с пропорциями. Нужно будет потом обязательно опробовать.
  
— Можете рассказать что-нибудь об этих символах? — настойчиво попросил я. — Должна же у них быть какая-то основа.
— Основа и в самом деле есть, вы получили свои знаки после принесения присяги императорскому дому Романовых. И как вы их получили, так же и потеряете, если нарушите клятву…
Ох, сомневаюсь, особенно учитывая, что я свой знак вообще не так получил. Но возражать я не стал, похоже, это официальная версия, которую дают всем одарённым, для большей привязки к императорскому роду и верности. Не самый плохой аргумент, к слову, куда более полезный и значимый чем деньги и земля.
— Возьмите лист и начертите на нём знак.
— Не против, если я останусь? — спросил у Саши, и тот только пожал плечами.
— Вам с товарищем придётся много тренироваться, так что я бы рекомендовал тоже начертить свой знак, — посоветовал Филипп. — К тому же без этого я не смогу показать вам лучшее использование.
— А разве есть несколько способов начертания? Я думал только один — определённый.
— Верно, один. Важны направления движения, длина линий, и очерёдность их начертания. Однако символы, или как их некоторые называют Руны, могут применяться в разных ситуациях. И хотя практиковать подобное рано, вы должны понимать, что очень важен как размер, так и скорость начертания. А ещё, говорят, важна плавность и непрерывность. От этого может завесить площадь и сила применения.
— Значит, чем больше, тем лучше?
— Спорный вопрос, как я и сказал, это зависит от многих факторов, не только размера. Но вы и сами в этом убедитесь, когда начнёте чаще практиковаться.
— Да мне бы начать… — Саша всё больше начинал нервничать и одновременно с тем в нетерпении переминался. — Я смогу использовать магию!
— Обязательно сможешь, — усмехнулся я, похлопав товарища по плечу.
Правда, были большие, нет, гигантские сомнения в том, что это именно магия. Скорее это походило на язык. Божественный язык древних прародителей человечества, который по какой-то шутке судьбы только сейчас добрался до нас. А может, только недавно стал активен. К сожалению, на все мои наводящие вопросы Филипп Анатольевич лишь ссылался на верность роду императора и тайну.
Позже, когда занятие закончилось, я выбрался на море, и отплыв достаточно далеко, чтобы не вызывать вопросов, попробовал использовать Серп. Ничего не вышло, как бы я ни старался, даже первые две линии не загорались в подсознании. Значит, недостаточно было его увидеть или выучить. Нужно было его «Познать душой». Так же как я познал Толчок и Лик, после применения на мне.
Хотя, может, причина была совсем в другом, и никто просто не мог использовать больше двух знаков? Или даже одного, ведь я никогда не пробовал использовать символ изменения внешности… задумавшись, я провёл ещё несколько десятков испытаний и нечаянно спровоцировал гигантскую волну, которую Толкнул, в сторону берега.
Быстро нарастая, она накатила на пляж, и даже разбившись о волнорез, обрушилась на набережную, смывая вещи и столики в прибрежном кафе. Ну и, конечно, утащив все мои вещи, которые пришлось вылавливать при отливе… Хорошо хоть я давно уже складывал их в непромокаемый пакет, а то с телефоном можно было б распрощаться…
И только выбравшись, я заметил внимательно смотрящего на меня мужчину, лет сорока, сорока-пяти. Несмотря на летние брюки и свободную футболку с вышитым на кармане значком Спартака, он не был похож на отдыхающего, а поймав мой взгляд, удовлетворённо кивнул и, оставив на уехавшем столе журнал, направился в мою сторону.
— Неплохая демонстрация, почему аристократию стоит держать в узде, — с ходу сказал он, подойдя ближе и снимая солнцезащитные очки. Серые ледяные глаза, казалось, проникали насквозь, обладая рентгеновским зрением.
— Понятия не имею, о чём вы, — спокойно ответил я, хоть и стоял перед ним, на ветру, в одних плавках. — Это Сочи, тут всякое бывает.
— Я слышал, — кивнул он. — Думаю, мой коллега неправильно начал с вами разговор. Для начала разрешите сделать вам небольшой подарок: делопроизводство народного мстителя, линчевателя и поджигания остановлено. Милиция сосредоточится на разборках криминальных элементов.