Директива: Расширить! (СИ)
А там уже естественные свойства, присущие каждой планете с атмосферой и даже некоторым крупным планетоидам, сведут на нет всякую возможность полноценного наблюдения за внутрисистемным пространством.
Ещё можно было уйти на противоположную сторону орбиты, но тогда слепота настигнет и корвет, а наблюдателя, который мог бы координировать его перемещения, прямо сейчас у них не имелось. И вряд ли таковой появится, так как в настолько пустой системе скрыть даже направленный радиообмен — задача не из простых.
Примитивы примитивами, но по последним донесениям цийенийцы успели поставить в похабную и неудобную позу значительную часть пограничных планет расколовшейся Империи, которая слабостью военного аппарата никогда не отличалась.
Даже наоборот…
— Ну уж об этом можно было и не говорить, капитан. — Первый пилот хмыкнул, в то время как его руки заплясали над панелью управления, проворачивая сложные, не всякому космическому волку понятные махинации с сенсорными и вычислительными системами. — Понадобится два-два с половиной стандартных часа на всё про всё, если ничего не поменяется, и они не зависнут на орбите. Ещё мы, если придерживаться прежнего плана, должны послать к своим одного дрона с сообщением-предупреждением. Выполнять?
— Только если ты уверен в том, что пуск и полёт пройдут незамеченными.
— Выхлоп этой козявки позволяет сновать в сотне километров от какого-нибудь боевого крейсера последних поколений, а уж в тысяче примитивы его даже при всём желании не обнаружат. — Фыркнул мужчина. — Я скомпоную сообщение и перешлю вам, капитан. Добавите что-то от себя и отправите мне.
— Сделаю. Не забудь закинуть в память дрона визуальную картинку с аномалией. — Мнение Системы на этот счёт не помешало бы, хотя Ян и сам уже подумывал о том, что, похоже, череда странностей с птицелюдами ныне перешла из разряда «где-то далеко и вообще неправда» в разряд «суровой действительности». — Если буду нужен — вызывай, даже если это будет какая-то мелочь.
С такими словами Ян, решивший, что его дальнейшее нахождение в компактной кабине корвета лишено всякого смысла, направился обратно, по пути прихватив «местный» командирский планшет с «родным» доступом ко всем корабельным системам. Ему тоже было интересно понаблюдать за тем, как и что будут делать незваные гости, а лучшего инструмента для этого сейчас было не придумать.
Всё же корвет — это не фрегат, и аварийный мостик, — а в данном случае вообще кабину, — на судах такого класса просто не монтировали. Незачем было удорожать звездолёт дублированием основных систем при том, что это едва ли могло помочь в бою. Как, если щиты и броню того же кохра играючи пробивал любой мало-мальски серьёзный залп кораблей выше классом, если, конечно, попадание по верткому кораблю вообще происходило? Это не крейсер и даже не тяжёлый фрегат, где ещё можно было поверить в возможность точечного поражения мостика.
Корвет из боя выходил или с минимальными повреждениями, или не выходил вовсе. Все остальные состояния были сродни чуду, и их никто никогда не учитывал.
Устроившись в своём кресле, Ян думал было заняться запланированным делом, но страждущие взгляды подчинённых этому ни разу не поспособствовали. Пришлось новоиспечённому капитану примерять амплуа рассказчика, и доводить до сведения личного состава всю глубину той задницы, в которой они оказались.
Хотя ещё полчаса назад казалось, что куда уж глубже-то? Но судьба в своём обыкновении усмехнулась, попросила подержать её пиво и воплотила в реальность сценарий, который даже сумасшедшему привидиться не мог.
А оторванным от дома каюррианцам теперь предстояло всё это расхлёбывать…
Глава 7
Жаркая встреча
Звёздная система 23−2-2–000−1КАБ, корвет «Перец», кабина пилотов.
04.01.0000, 14:12:00 от Точки Отсчёта.
— Подтверждаю, капитан: три корабля опустились на планету. Приблизительный район их приземления на экране. Это побережье самого крупного из материков, в районе экватора. По траектории снижения и прочим полётным данным, которые удалось считать до полной потери видимости, мы наблюдаем крайне массивные суда. — Ян сосредоточенно слушал, внимая следствию опыта и знаний пилотов, впервые взявших под своё управление космический корабль два с лишним десятка лет назад. — Учитывая сам факт приземления, мы имеем дело с грузовыми кораблями. А на орбите остался висеть эсминец или что-то вроде: по размерам подходит, да и боевое судно гонять на посадку смысла точно нет.
— Нам нужно уничтожить этот корабль, а остальные зажать на планете. Или тоже уничтожить, если окажется, что у них нет никакой действенной в пределах атмосферы защиты. — Подвёл итоги недолгих размышлений Ян. — Иначе нас найдут и раздавят: с недееспособным линкором за спиной мы нормально не повоюем.
— Считаете, что они, потеряв эту группировку, не пришлют ещё? Мне кажется, вполне разумным вариантом будет затаиться. Вряд ли они станут прочёсывать систему, чтобы наткнуться на линкор. Да и на планете могут быть размещены существенные силы, раз уж они притащили сюда три массивных транспортника…
— Я бы с радостью поверил в то, что мы точно нигде не проколемся, сенсоры на их кораблях не смогут вычленить наше присутствие с течением времени, а следующая партия цийенийцев не вылезет из своей цветастой дыры в непосредственной близости от нашей стоянки, друзья мои. Но недооценка противника может дорогого нам стоить. — Разноцветная аномалия, из которой появились корабли, предположительно, Альянса, образовалась очень далеко от областей, в которых можно было бы организовать точку входа-выхода. А ещё вылезли они в непосредственной близости от планеты, на расстоянии, когда иной корабль-разведчик мог бы и заметить каюррианский корвет. И эти два факта уже недвусмысленно указывали на то, что враг ни разу не через подпространство летает.
Или задействует принципы, до которых не дошла галактика за десятки тысяч лет, и которые на порядок лучше того, чем располагают считающиеся самыми технологически развитыми цивилизации.
— А если у них есть силы на планете, Ян? Бесспорно, крупные корабли в атмосфере особо не полетают, и покинуть сектор контроля быстро не смогут, а там уже и мы отследим любые их перемещения. Но какие-нибудь корветы или даже сотня-другая МЛА уже станет для нас противником, совладать с которым без потерь будет сложно. — Пилот даже обернулся, хоть за шлемом и не мог разглядеть лица назначенного капитана. — Риск оправдается только в том случае, если эти корабли — всё, что есть в системе, и у Альянса нет способа быстро связаться со своими, чтобы вызвать подкрепления.
— И не оправдается, если цийенийцы решат основательно тут закрепиться. Тогда нас так или иначе, но найдут, и раздавят так, что опомниться не успеем. Я понимаю риски, но не стоит забывать, что без помощи нам тут куковать не один год, даже если пространство стабилизируется и расчёты начнут иметь хоть какой-то смысл. Сейчас мы или перечёркиваем угрозу, надеясь на то, что сюда не пошлют вторую группу, или дружно сидим до тех пор, пока нас не обнаружат. — Ян покачал головой. — Я уже не говорю про то, что последний этап подготовки маршрута для прыжка требует плотной работы с радиосвязью, которую зафиксируют даже цийенийцы.
— Согласен, но когда то ещё будет?.. — Мужчина, восседающий в кресле пилота, шумно и протяжно вздохнул. — Так или иначе, нам нужно вернуться к своим и оперативно собрать ударный кулак. Времени на манёвр уйдёт порядком: шесть часов, если не слишком параноить. И в лучшем случае на цель мы зайдём через сутки…
— Думаю, у нас есть неделя по стандартному времени, плюс-минус. Те гробы, если размеры определены корректно, в чистом поле будут разгружаться очень долго. А там ведь чистое поле, верно?
— Если верить тому, что удалось зафиксировать ранее. — Кивок. — В целом, отсутствие инфраструктуры в районе приземления транспортников косвенно указывает на то, что цийенийцы только прибыли в систему…