Директива: Расширить! (СИ)

Ситуация вырисовывалась неоднозначная и даже опасная, хоть пока разумные машины и не строили прогнозов со своим поражением в качестве итога. «Стратегическое оружие» врага, масштабный и неизбежный коллапс подпространства, не сдержал богов технологий, и те оперативно вступили в конфликт, стягивая к границам всё новые и новые силы. А военной мощью Единение Систем могло похвастаться колоссальной: любой маньяк-милитарист из старых империй удавился бы от зависти, глядя на бесчисленные армады и несчётные наземные легионы машинного разума, построенного на принципах улья.
Единение — не просто слово, и Кайя смогла выяснить, что пусть эта сила и управлялась «единолично», но одинаковыми копиями каждую разумную машину назвать было нельзя. Тот же ноль-ноль-девяносто-пятый был уникальной единицей, созданной специально для коммуникации с ней, с Кайей, и представителями Консорциума в случае крайней нужды. С учётом нумерации от нуля у него были «братики и сестрички» того же предназначения, но они отличались и от девяносто пятого, и друг от друга. При чём тут улей тогда? Всё просто: базы данных они все использовали одинаковые, получая оные откуда-то из сердца своей «машинной империи». А вот все надстройки сверх стандарта наращивали самостоятельно, оттуда и уникальность.
Кайя не была сильна в инжиниринге и формировании алгоритмов для машинного разума, даже урезанного, но обстоятельства, оторванность от привычной рутины и долгие беседы с готовой отвечать чуть ли не на все вопросы машиной позволили обойти этот досадный нюанс. Фактически, девушка стала первым и пока что единственным органиком, претендующим на понимание нового, необъятного полюса силы галактических масштабов.
История Единения Систем, их упрощённые измышления касательно судьбы разумных органических видов, предпосылки и последствия принимаемых на протяжении десятков тысяч лет решений — во всё это её посвятили, наказав сделать всё возможное для мирного приведения Консорциума к сосуществованию в роли союзников, политических и военных.
И вот теперь, на высокотехнологичном челноке преодолевая атмосферу над занимающим всё пространство от горизонта до горизонта многоуровневом городе, Кайя Фал’Зёрстронг как нельзя ясно осознала свою ответственность перед народом. У неё с этим и раньше не было проблем, но события последних недель перевернули всё во что она верила и на что опиралась с ног на голову. Были моменты, когда она реально подумывала бросить всё, вместе с супругом и ребёнком осев где-нибудь на дикой планете… снова и снова подумывала, стоит заметить. Желание максимально жёстко прищучить несогласных тоже то вспыхивало, то отступало, как происходило и с навязчивой идеей послужить мостом между Единением и остальной галактикой вдобавок.
И лишь сейчас цели приняли конкретные формы, вновь выросли границы дозволенного самой себе и оформился какой-никакой, но план.
Челнок, давно переключившийся с двигателей на антигравитационные установки, предельно мягко и быстро коснулся поверхности посадочной площадки у дворца, приковав к себе взгляды стражи, дроидов охранения и сенсоров автоматических и не очень систем защиты, которые могли испепелить всё что угодно, оказавшееся в радиусе поражения. Опустилась рампа, беззвучно разъехались створки шлюза — и Кайя воочию смогла лицезреть небо, рябящее в глазах от обилия сотен и сотен дронов.
До самого входа во дворец тянулся живой коридор из гвардейцев, каждый из которых, стоило ей пройти мимо, совместно со стоящим напротив бойцом громыхал кулаком по груди, а кое-кто выказывал радость иначе и совсем не по-правилам. Определённо, подданные Консорциума счастливы были не столько из-за возвращения супруги своего владыки, сколько из-за самого факта возможности совершения межсистемных перелётов.
И радость эта витала в воздухе, ненормальным образом смывая тревоги и вытесняя страхи.
Кайя Фал’Зёрстронг быстро, но не срываясь на бег добралась до врат дворца, ступив в его просторные, элегантные залы, отражающие в себе культуру андайри — всё то, что делало их уникальными и самобытными. Максимум изящных линий и плавных обводов, минимум острых углов, никакой аляповатой, бросающейся в глаза любви к драгоценным металлам. Во всём тут преобладала стильная практичность, сейчас оказавшаяся как нельзя кстати: в андайрианских постройках сложно было заплутать, ибо устроены они были предельно просто и удобно.
  
Вот и сейчас Кайя в считанные минуты добралась до названных ей встречающими слугами покоев, одних из самых просторных и вместе с тем защищённых, лишённых окон и сокрытых в самом сердце дворца.
— Кайя. — Хинко крепился, но девушка всё равно видела, что это даётся тому непросто: повреждённые мышцы лица мужчины сильно болели, стоило только ему попытаться улыбнуться. За время с момента появления в системе она не успела толком ни с чем ознакомиться, а в пути с супругом связаться не было возможности: даже Единение не способно было обеспечить такую связь. Потому о серьёзности его ран она могла только гадать, уповая на лучшее. — С возвращением. Есть что-то важное из того, о чём я должен узнать незамедлительно? Ты долго не выходила на связь…
— Особо важных новостей у меня нет, Хи. Как ты?
— Жить буду. — Хинко с ясно видимым облегчением опустился в одно из имеющихся тут кресел, полукругом расставленных вокруг стола, напичканного электроникой по самое «не могу». — Потерял глаз, рукой ещё долго не смогу нормально шевелить, чудом не лишился возможности ходить на своих двоих… но сейчас всё хорошо. В крайнем случае, импланты ничем не хуже родных конечностей и органов, у нашей семьи в этом отношении предубеждений нет…
— Будешь дурачиться — придушу. — Беззлобно бросила Кайя, заняв кресло к супругу поближе. — Но раз уж ты шутишь, то всё действительно не так плохо, как могло бы быть.
— Дитя удалось своевременно спрятать, а это главное. Да и я стал первоочерёдной целью не сразу: изначально эти культисты совместно со знатью рассчитывали проредить лояльных мне разумных всюду, куда можно было дотянуться. Единый Консорциум не нужен был Альянсу, но я не понимаю, чем думали наши недруги из другого политического лагеря. Не понимали, что разделив первым шагом, вторым нас просто сомнут?..
Мужчина покачал головой, после чего выдохнул, вдохнул и продолжил:
— Они начали свою кампанию весьма неплохо, многие хорошие андайрианцы пострадали или погибли. Но тогда же у меня проклюнулся дар… да-да, не делай такие глаза. — Хинко улыбнулся во все тридцать два, тут же поморщившись. — М-ма, в общем, я чувствую Эфир. Очень хорошо чувствую, и они как-то об этом узнали, когда я смог избежать первого покушения. Одарённый во главе государства им почему-то очень не понравился, и я стал их первоочерёдной целью. Семь покушений, трижды до моего тела всё же кто-то, да добирался, но зато с того момента остальные опасности не подвергались, а в итоге мы смогли уничтожить всех диверсантов и захватить нескольких колдунов. Один из них, к слову, уже успел «потрудиться» на Каюрри, но его оттуда быстро спугнули…
— Не переводи тему. Я ещё проверю, что и как тут происходило… но ты должен был быть осторожнее!
Хинко качнул головой:
— Я и был. Но одарённые чувствуют друг друга, а способ замаскироваться мне не известен. Возможно, со временем мы и найдём что-то такое, но пока все одарённые, которых удалось выявить, учатся чувствовать Эфир и параллельно охраняют всех тех, кто может оказаться очередной целью.
— Я рада, что ты не растерялся и выбрал оптимальный вариант. Единение пошло таким же путём: они разработали биомеханизм на основе человека, способный выявлять активность Эфира.
— Эти сверхспособности и правда не столь страшны, если удаётся своевременно обнаружить факт их применения. — Подтвердил Хинко. — Я и выжил-то только благодаря возможности среагировать заранее. Не будь у меня дара, и я бы погиб, ха-ха, с первой попытки… так что ты, дорогая, отныне будешь вынуждена держать при себе минимум двоих одарённых. Я нашёл нескольких девушек и женщин, готовых на такую службу. Тебе осталось лишь отобрать понравившихся. Но кандидатуры двоих из них не обсуждаются: только они обладают необходимым боевым опытом, на роль телохранителей их уже активно натаскивает моя личная охрана.