Красная дорама 2 (СИ)

Единственное, что еще можно было тут предпринять — проверить фактическое наличие на складе готовой продукции — в части, еще не отгруженной получателям. Но это я уже отложил на завтра.
А пока вручил девушке мотошлем, после чего мы с ней спустились к внутренней проходной, вышли во дворик, оседлали Кавасаки — и поехали ко мне.
  
33. Суета
 
Вторник у меня проскочил вроде и сплошь в делах, но до оскомины рутинно. До самого вечера не случилось ровным счетом ничего, достойного хоть сколько-то подробного рассказа.
Если же вкратце, то с утра я навестил склад готовой продукции, где сполна полюбовался на полки, заставленные громоздкими приборами неизвестного предназначения — изготовленными в интересах Министерства обороны. Ну, то есть как неизвестного — засекреченного. Теоретически нужный допуск у меня имелся, но процедура удовлетворения любопытства оказалась долгой и многоступенчатой — и уже на втором шаге я махнул рукой: потом разберусь. Благо, с точки зрения стоявших передо мной задач, это никакого значения не имело.
Так что я ограничился тем, что сверил артикулы, пощупал пломбы на угловатых корпусах секретных девайсов — и пересчитал общее количество хитрых аппаратов. Цифры сошлись.
Затем я снова поднялся на седьмой этаж, где в компании с товарищем Ли и Пак Су Бин продолжил анализ отчетов — и поступивших к оным из отделов дополнительных материалов. Работа у нас двигалась споро, но никакого прорыва не состоялось и здесь.
Совершенно то же самое можно сказать и в отношении нашего очередного занятия с Хи Рен: все прошло убаюкивающе ровно — ни головокружительных взлетов, ни грандиозных провалов. Ну разве что, может, сегодня девочка немного увереннее чувствовала себя в качестве пассажирки байка — и испытание моим бокам выдалось попроще. Отметим это как несомненный прогресс.
Единственным, что хоть как-то выбилось из этой будничной картины, был небольшой инцидент, совпавший с моим вечерним появлением в Пэктусан — когда я заехал за Чан Ми. Едва миновал внутреннюю проходную, как вдруг под потолком коридора истошно завыла сирена, и затем мимо меня вихрем пронеслись четверо крепких охранников — едва успел убраться у них с пути. Впрочем, пока я озадаченно озирался по сторонам и гадал, что за дичь происходит и куда бежать самому — за ними или назад, во двор — ревун благополучно смолк, а вскоре проследовала обратно и та четверка бугаев — уже явно никуда не торопясь.
На мой вопрос, что, типа, за на фиг приключилось, старший команды, скупо обронил:
— Ничего страшного, товарищ Чон. Видимо, ложное срабатывание.
Приблизительно то же самое сказала мне и Ким, когда я нагнал ее на подходе к инженерно-техническому отделу — в замасленной рабочей спецовке и с сумкой инструментов через плечо девушка как раз шла переодеваться после смены:
— В опытном цеху сигнализация почему-то заорала. Наверное, замкнуло что-нибудь. Давно надо бы профилактику провести!
— Ты как раз оттуда? — уточнил я.
— Нет, — мотнула головой моя собеседница. — Из любимой вентиляции. Просто слышала, как инженер Чэ говорил товарищу Сонгу про цех.
— Понятно, — кивнул я.
Если что, как я, кажется, уже упоминал, в той или иной мере работавший на весь концерн опытный цех находился в подчинении у Восьмого Управления — хотя и обслуживался нашими техниками, из «Семерки». То есть меня происшествие в нем всяко не касалось.
Ну а далее мы с Чан Ми поехали ко мне, и вот там уже ни о какой рутине речи точно не шло. Когда потом ставил под лестницу байк — уже после того, как отвез Ким домой и воротился — мне даже тетушка Мин претензии высказала: соседи, мол, жалуются. Так и подмывало посоветовать товарищам за стенкой делать в нужный момент погромче звук их любимого телевизора, но настроение у меня было хорошее, неконфликтное — и я просто сказал, что приму замечание к сведению.
— Смотри, Чон! — укоризненно покачала головой инминбанчжан, поняв, что ничего конкретного я ей не обещал. — Напишут на тебя куда следует — а уже грозились — достанется по полной программе и тебе, и мне заодно — что не пресекла своевременно!
  
В ответ я лишь кивнул.
Никакой благодарности, если задуматься! Я им — такой ремонтище подогнал, а они на меня — «куда следует»…
Хотя, конечно, никто ведь здесь не знает, что дом реконструировали благодаря мне…
В итоге, вежливо поблагодарив тетушку Мин за предупреждение, я отправился спать.
* * *
А вот следующее утро сходу оказалось категорически не томным. Нет, «откуда следует» ко мне не пришли — зато позвонил знатный ценитель алых роз, он же — адъютант полковника Кана старший лейтенант Юн. И подтвердил, что его патрон готов сегодня со мной встретиться. Назвал адрес и время.
Все бы ничего, но речь шла о пяти часах вечера. А на четыре у нас по средам традиционно стояло собрание ячейки Союза молодежи!
О каких-то вариантах в разговоре с Юном у меня даже заикнуться толком не вышло — сообщив, что хотел, офицер сразу же дал отбой. Так что пришлось спозаранку бегать по Управлению с высунутым языком — в поисках товарища Гу. Но отыскать ответственного секретаря было куда меньшим, чем полдела. А вот отпроситься с пресловутого собрания…
— Как можно, товарищ Чон⁈ — возмущенно развел руками Гу. — Первый вопрос повестки дня — как раз касается вашего избрания!
Блин, резонно.
— Хорошо, — кивнул я. — Первый — ладно. А если я потихонечку уйду сразу после этого?
— Потихонечку? Из президиума⁈ После избрания вы же у нас туда должны будете пересесть!
Твою ж наперекосяк! Вот ведь не было печали!..
— А что там за вопрос — после моего? — хмуро спросил я. — Надолго?
— Обсуждение статьи в журнале «Чхоллима». Часика в два, думаю, уложимся…
Ясно.
— Товарищ Гу, — вкрадчиво выговорил я. — Мне совершенно необходимо уйти — и не позднее половины пятого. По-любому — так! И это не мое личное дело — в нем напрямую заинтересована товарищ Джу, — тут я, можно сказать, и не соврал: так-то не факт, что Мун Хи одобрила бы мой наглый выход на полковника — но не желать, чтобы решились проблемы ее тонсен, начальница Управления никак не могла! — Давайте вместе подумаем, что тут можно сделать!
На какое-то время мой собеседник действительно погрузился в размышления.
— Ну… — с большим сомнением протянул он затем. — В принципе… «Чхоллима» — журнал ежемесячный… По большому счету, в следующую среду обсудить статью будет еще не слишком поздно… Но беда в том, что я уже согласовал сегодняшнюю повестку! — вздохнул ответственный секретарь. — Чтобы теперь перенести вопрос, нужна о-очень веская причина!
— Какая, например?
— Ну, скажем, кто-то захочет выступить с содокладом — но попросит дополнительное время на подготовку…
— О чем хоть статья? — поинтересовался я.
— О международном положении. В частности, об агрессивных происках японской военщины.
— Да… — пробормотал я, торопливо соображая. — Эти известны всему свету… Как… в общем, как сознательные граждане, должны мы потребовать их к ответу… Товарищ Гу, давайте так! — предложил затем достаточно очевидное решение. — Я найду вам этого содокладчика. А вы — перенесете вопрос на другой раз. Так, чтобы сегодня со всем закончить к половине пятого. Договорились?
— А кого вы предлагаете? — скептически склонил голову набок мой собеседник.
— Пока не знаю. Но если никого не подберу — выступлю сам.
— Вот это было бы просто отлично! — просиял ответственный секретарь.
— Наверное, — не стал спорить я. — Но, честно говоря, очень не хотелось бы. Поверьте: дел у меня сейчас невпроворот!
— Да уж верю, — в свою очередь согласился Гу.
— Поэтому постараюсь организовать вам кого-то еще.
— Только заранее скажите мне кого. Ну или что все же сами беретесь. Не позднее двенадцати — иначе никак не успею согласовать перенос вопроса повестки!
— Хорошо, — обещал я.