Проданное счастье (СИ)
Порой ловил себя на мысли, что с первыми детьми некоторые мелочи были мимо меня. Я редко вставал по ночам, в порядке исключения гулял по выходным, был типичным эгоистом папой и мужем. Двойнята заставили меня пройти школу отца от начала до конца из-за Веры Семеновны. Мысль, что ей трудно бегать по ночам к детям, заставляла подниматься с кровати и полночи укачивать то Матвея, то Марину из-за проблем с животиком. Обещал себе выспаться после года. Правда, педиатр «утешила», сказав, что когда полезут зубы, легче не станет. То есть высплюсь я ближе к трем годам.
— Натан? — в детскую заглядывает Вера Семеновна. — А я проснулась из-за шороха по радионяне. Все хорошо?
— Да, они спят, — шепотом отвечаю, борясь до последнего с соблазном притронуться к сладким макушкам. Дети неповторимо пахнут, чем-то сладким с примесью ванили и сахарной пудры.
— Сегодня приходил педиатр. Сказала, что нужно доделать прививки. Я написала отказ на Марину, так как она немного сопливит. Матвей чувствует себя хорошо. Вакцину заказала.
— Спасибо, не представляю, чтобы я без вас делал, — благодарно улыбаюсь, отходя от детских кроваток. Дверь не закрываю, как и не выключаю свет от ночных бра на стенах.
— Они славные малыши. Доброй ночи.
— Доброй ночи, — желаю в ответ и расходимся в разные стороны.
В спальне раздеваюсь, принимаю душ, ложусь на кровать. Разглядываю потолок, прокручивая в голове последний год, особенно полгода, как бы подводя итоги.
На лицо набегает тень, хмурюсь. Скоро годовщина смерти Эли и детей. Не хочется омрачать новогоднее настроение, которое уже с начала декабря витает в воздухе. Тем более это первый Новый год двойняшек. Нужно поставить в гостиной елку, украсить ее, украсить сам дом. Купить подарки и запаковать их. Вряд ли дочь и сын запомнят праздник, запомню я.
* * *— Какие очаровашки! — восторгается очередная соседка по улице. Матвей серьезно смотрит на незнакомую тетю, жуя свою соску. Марина улыбается, ей нравятся, когда с ней разговаривают ласковым голосом.
— Сколько им? Это двойняшки? Да? — обычные вопросы, на которые лень отвечать, но приходится.
— Двойняшки. Им полгода, — по моему голосу можно понять, что на долгий разговор не настроен, толкаю коляску вперед. Соседка не отстает.
— Как повезло вашей жене, редко мужья помогают с детьми, а у вас еще двойня, двойная нагрузка. Только вот ни разу не видела, чтобы вы гуляли вместе с женой. Обычно всех в округе знаю в лицо или лично, а вот вас не видела…
— Я не женат, — обрубаю бессмысленный поток пустых фраз.
— О, а как же… — вопросительно смотрит на детей.
— Мамы у нас нет, — делаю паузу, считаю до пяти, чтобы не огрызнуться. — Умерла.
— Боже! — прикладывает руки к груди и уже в глазах вместо вопроса появляется сочувствие. — Бедные детки! Как это они без мамы будут растит?
Я бы объяснил соседке, как дети будут расти без мамы — хорошо, счастливо, ни в чем не нуждаясь, окруженные любовью и заботой. Реакция окружения, когда узнают, что мамы нет — похода к гадалке не требует. Я всего один раз попытался объяснить нашему педиатру, откуда взялась двойня, увидел непонимание и даже осуждение. Потом выслушал получасовую мораль о том, как все богатеи зажрались и прут против природы, на поводу своих прихотей. Педиатра, конечно, я поменял, но после этого разговора никому ничего не рассказывал. Мамы нет и точка.
38 глава
Спустя 4 года
Перед садиком невозможно найти свободного места для парковки после пяти часов. Все заставлено машинами. А вот после шести пустое место возле ворот никем не занято.
Сегодня я пообещал детям забрать их из сада в пять. Не получилось, буквально перед выходом нарисовался проблемный клиент, которого еле отфутболил к шести часам, пообещав встречу на неделе. Поэтому заходя в раздевалку младшей группы, готовлюсь встретить недовольные взгляды своих малышей.
— Марина, Матвей, папа пришел, — мне улыбается Светлана Андреевна, придерживает дверь, ждет когда дети выйдут из группы. Радует, что мои не одни ждут родителей, замечаю еще несколько детишек.
— Ты опоздал, — недовольно буркает Матвей, сердито подходя к кабинке. В отличие от брата Марина кидается ко мне, обнимает за ноги, радостно поднимает на меня свои медовые глаза.
— Папа, папочка, я так рада, что ты приехал. Думала бабушка придет за нами. А мы сегодня делали открытки, — дочь сразу же отстраняется и крутит перед собой поделкой.
— Для нас она не актуальна, — бурчит Матвей, самостоятельно раздевается, не смотрит на нас.
Сын сложный человек. Особенно если его ожидания не совпадают с реальностью. Для своих малых лет он слишком умный, эрудированный, развит не по годам. Именно про него можно сказать «мой мальчик с года разговаривает на чистейшем английском и с удовольствием учит китайский». Откуда в нем гениальность, без понятия.
Другое дело Марина. Веселая, улыбчивая, всегда в отличном настроение. Она не интересуется языками, ей нравится больше рисовать, танцевать и играть. После рабочего дня, когда хочется отдохнуть в тишине и спокойствии, она сядет рядом и будет тебя жалеть, ласково гладя по голове. К дочери я тянусь больше, так как мне с ней легче. Она как солнечный лучик.
Присаживаюсь на низкую скамейку, беру протянутую Мариной поделку. Заставляю себя улыбнуться, сердце сжимается.
— А еще мне дали выучить стишок, — дочка расплывается в улыбке, на щечках появляются милые ямочки. Смотрю в сторону Матвея, он закатывает глаза.
— Очень красиво. Подарим бабушке, она ведь тоже мама. Теперь давай переодеваться. Сегодня мы заедем в наш любимый ресторан и встретимся с дядей Русланом, — кладу рядом с собой открытку, подталкиваю Марину к ее кабинке.
— Ура! Хоть что-то приятное в этом дне, — сын оживает, плохое настроение испаряется и быстрее переодевается. Я подхожу к Марине, помогаю малышке справиться с платьем. Процесс переодевания занимает не больше получаса.
— Папа, ты забыл! — дочка буквально на выходе с укором смотрит на скамейку, где одиноко лежит открытка, про которую я действительно забыл.
— Спасибо солнце, что напомнила, — возвращаюсь и забираю поделку.
Дети с веселым визгом выбегают на улицу, я не спеша иду следом. Поглядываю на открытку в руках, без понятия что мне с ней делать. В конце ноября День матери, все муниципальные учреждения готовятся к этому празднику. В прошлом году мы этот праздник успешно пропустили, у меня был отпуск и улетели к теплому морю. В этом году обстоятельства сложились не в мою пользу.
К любимому ресторану, в котором не только отличная кухня, но и замечательная детская комната подъезжаем через час. Замечаю внедорожник Алиева. Дети уже в нетерпение ерзают на своих местах, но не смеют отстегнуть ремни, пока я лично не разрешу. Глушу машину, оборачиваюсь. Матвей и тут быстрее сестры справился с задачей, улыбается мне. От буки не осталось и следа. Милый мальчик, которого порой хочется потрепать за щечку.
В ресторане быстро находим Руслана, первая к нему несется Марина. Она им очарована и не раз мне заявляла, что когда вырастет, то выйдет за него замуж. Упаси боже. О таком зяте я даже в страшном сне не мечтаю. Матвей более сдержан в своей симпатии, но тоже тянется к этому типу. Алиев умеет нравится независимо сколько тебе лет.
— Дядя Руслан! — Марина подбегает к столу, Руслан поспешно встает, подхватывает малышку, невысоко подкидывает.
— Как настроение моя невестушка? — улыбается, расстегивает пальто. — Ты сегодня невообразимо прекрасна, моя леди. Я осмелился заказать тебе пасту с мясными фрикадельками в томатном соусе и ванильное мороженое, политое шоколадом.
— Это вкусно, — Марина довольно кивает головой, ее ставят на ноги. Она сразу же занимает свободный стул возле Руслана.
Алиев опускается перед Матвеем, протягивает ему руку в знак приветствия. Сын с серьезным видом пожимает, кивает. Взрослый мужик.