Проданное счастье (СИ)

Руслан вернулся в Питер, прозрачно намекнул мне, что можно и в Северной столице открыть юридическую практику. Работой он меня обеспечит. Эта идея уже несколько дней крутится у меня в голове. Я о ней думаю почти каждую ночь, тщательно анализирую все возможности и трудности. Немного страшно, но, с другой стороны, терять мне нечего. Никто меня в этом городе не держит, даже прах дорогих мне людей находится далеко от меня. Вера Семеновна твердо заявила, что ее дочь будет похоронена на родине ее отца. Согласился, Эля всегда с улыбкой вспоминала первые десять лет своей жизни в теплой стране на берегу Каспийского моря.
Жил ли я все это время? Наверное, да. Я встречался с друзьями, умудрялся улыбаться, иногда смеялся. Я старался делать вид, что у меня все хорошо, когда на самом деле ничего хорошего не было.
— Так что? — возвращает меня на землю вопрос.
— Я бы судился с этой суррогатной матерью из-за невыполнения своих обязательств. Попробуй напирать на то, что заказчики рассчитывали получить в срок здорового ребенка, но никак не инвалида. Судье предоставь все анализы, УЗИ, заключения. А паре советую взять ребенка из детского дома, проблем меньше, — захлопываю папку, протягиваю ее Евгению. — Удачи тебе, Жень. Позвони мне потом и расскажи, чем история закончилась.
— Хорошо. Спасибо за консультацию.
— Это и консультацией сложно назвать, — пожимаю Жене руку, он убирает папку в сумку, кивает мне и уходит.
Некоторое время сижу неподвижно. Вздрагиваю, когда слышу стук. Входит Никольская. Приветливо ей улыбаюсь.
— Время обеда, не хочешь составить мне компанию?
— Спасибо, я не голоден.
— А по твоему виду не скажешь, — Маша присаживается на краешек стула, я против воли замечаю прозрачность ее блузки. Встречаемся глазами, она облизывает губы.
— Маш, — подаюсь вперед, понижаю голос. — Перестань. О'кей? Я прекрасно вижу изменения в твоем гардеробе, во внешности. Эти постоянные приглашения вместе пообедать, сходить в кино ни к чему не приведут.
— Ты видишь то, чего нет, — нервно смеется, накручивает на палец прядь волос. — Я не преследую никаких целей.
— Отлично, тогда хочу озвучить тебе одну свою идею, — встаю из-за стола, подхожу к окну. — Последнее время ловлю себя на мысли, что хочу уехать отсюда.
— Что? Ты с ума сошел! — Никольская сразу же оказывается рядом, заглядывает в глаза. — Натан!
— Ты меня не дослушала, — недовольно замечаю, она поджимает губы. — Этот город меня тяготит. Я задыхаюсь в нем. Меня ничто здесь не держит. Поэтому я думаю открыть филиал в Питере. Рассказываю тебе, как другу, которому доверяю.
— И кого ты оставишь вместо себя?
— Тебя.
— Меня? — широко распахивает глаза, не в силах скрыть свое удивление.
— Ты со мной работаешь давно. Я вижу, что ты достигла потолка на своем сегодняшнем месте. Тебе нужно расти, и тут два варианта: либо ты уходишь в какую-то крутую корпорацию, либо ты занимаешь руководящую должность здесь. Я думаю, второй вариант придется тебе по душе.
— Я тебя не понимаю.
— И не надо понимать. Если ты согласна, то в ближайший месяц займемся переоформлением документов. Я на неделе поеду в Питер, посмотрю что да как. Ты согласна? — от согласия Маши многое зависит.
Я не хочу оставлять на произвол судьбы все, чего с таким трудом и любовью достиг, но и в столице оставаться не могу. Я реально задыхаюсь. Город вроде не маленький, а все время натыкаюсь на те места, где когда-то был с Элей и детьми. В магазинах постоянно вспоминаю, что этот йогурт любил сын, а это мороженое нравилось дочери. И так по кругу. Иногда у меня ощущение, что я схожу с ума.
— Да. Я согласна.
Благодарно улыбаюсь Маше, уверен, что потом она скажет мне спасибо за предоставленный шанс. Меня ждут новые дела, новый город, новые люди.
  
8 глава
 
Руслан протягивает мне фирменный стаканчик «Старбакса», идем в сторону Невского проспекта. Я с интересом смотрю по сторонам. В культурной столице был пару раз, но все набегами, наскоками. В гости к Алиеву не приезжал, обычно он мотался в Москву ко мне или Умаеву.
 
— Нравится?
— Пока не понял, но определенно здесь все по-другому. Нет ощущения бешеного ритма.
— Поэтому я люблю Питер. Здесь все пропитано искусством, историей, трагедией и любовью, — держит серьезную паузу, потом начинает смеяться. — Расслабься, старина. Можно на выходных рвануть к соседям.
— Каким?
— К финнам, уверен, мы замечательно проведем там время, — пошловато ухмыляется, качаю головой. В этом весь Руслан. С виду типичный серьезный восточный мужик с бородой, а в узком кругу может пошутить, подколоть, посмеяться. Друг он замечательный, надежный.
— Я вчера на сайте смотрел офисы, адреса которых ты скидывал мне на почту.
— И?
— Мне нравится тот, что на Невском, но аренда…
— Договоримся, — перебивает Руслан, вновь становясь серьезным человеком. — Ни о чем не беспокойся. Выбирай офис, об остальном я позабочусь. Это мой город, я многих тут знаю.
— Я надеюсь, все в рамках закона, — придирчиво смотрю на Руслана, он тут же расплывается в очаровательной улыбке. Интуиция скептически напоминает мне о делах, которые я вел от его имени.
— Обижаешь! Разве я похож на урку? — делает глоток кофе. Его показная веселость в разговорах о своей работе — ширма, на самом деле мы оба прекрасно знаем, чем он занимается.
— Мне не обязательно иметь офис в центре, можно и другие варианты рассмотреть. Думаю, за пару дней изучу предложения и подберу подходящее помещение.
— Натан, расслабься. Все будет официально, не ищи плохое там, где его нет. Я хочу тебе помочь, хочу, чтобы ты тут осел. Оглянись по сторонам, — раскидывает руки, жестом показывает куда смотреть, я смотрю. — Этот город просто создан для жизни.
— Погода, правда, «не айс», — замечаю, поднимая ворот пальто.
— Привыкнешь. Пойдем, посмотрим твое будущее рабочее место. Уверен, как только ты увидишь панораму из окна, другие места тебе будут уже неинтересны.
Руслан оказывается прав. Как только я увидел вид из окна, искать новый офис расхотелось. Пока друг ведет беседу по поводу аренды, я подхожу еще раз к окну и смотрю на Казанский собор. Улыбаюсь, чувствую душевное спокойствие и умиротворение. Еще рано говорить, что нашел новое пристанище в море под названием «жизнь», но то, что сердце не сжимается, а солнце светит в глаза, заставляя щуриться, — дает надежду, что сумею прижиться в новой своей реальности.
— Может, отпразднуем? — Руслан в ожидании смотрит на меня, я смотрю на бумаги в руках. Договор об аренде. Сдержанно улыбаюсь. Второй шаг сделан, теперь обустроиться, и можно сказать, что первый уровень пройден достойно.
— Почему бы и нет.
— Я знаю замечательное местечко с божественной кухней, пальчики оближешь.
И опять Руслан оказывается прав. Выбранный им ресторан приятен по интерьеру, еде и самой атмосфере вокруг. У меня возникает ощущение, что друг вливает в меня какой-то эликсир жизни. Я начинаю различать цвета вокруг, улавливать звуки, слышать счастливый смех со стороны и не кривиться от внутренней боли. После пятой рюмки очищенной водки, меня отпускает. Словно сделали обезболивающий укол с двойной дозой лекарства.
— Спасибо, — выдавливаю из себя, Руслан хмыкает, разливает по рюмкам остатки алкоголя. — Ты не думал подрабатывать психотерапевтом?
— Нет. Зачем мне чужие проблемы, переживания. Я открыт только для близких.
— Почему ты не женишься? Из тебя бы получился отличный муж.
— Возможно, я еще не встретил ту самую, для которой я захочу стать идеальным мужем, — смеется, протягивает мне рюмку. — За тебя, мой друг. Желаю тебе почувствовать вкус жизни.
 
— Завтра буду страдать похмельем, — чокаюсь, выпиваю, морщусь.
— Это будет завтра, а сегодня расслабься. Может, к девочкам? — темная бровь вопросительно ползет вверх, я отрицательно мотаю головой. Никаких девочек. Мне противно от одной мысли, что я буду находиться в одном помещении с какой-то незнакомкой, прикасаться к ней, чувствовать ее запах, ее дыхание…