Проект "Ковчег" (СИ)
Отец Сашки, полковник ФСБ Стаин Петр Валентинович отвечал за безопасность базы. Начальником базы был назначен человек уникальный – доктор физико-математических наук, академик и при этом генерал-лейтенант Терещенко Игорь Викторович. К лету 2022 года стало понятно, что войны не избежать. Постоянный персонал базы вел интенсивную подготовку к возможной эвакуации. Двенадцатилетнего Сашку после окончания учебного года полковник Стаин, видимо предчувствуя близкую войну забрал с собой на базу. Обслуживающий персонал, члены их семей, руководство Российской Федерации и Республики Беларусь с семьями, должны были эвакуироваться на базу, сразу, как только возникла бы такая необходимость. Но они не успели. Никто не успел. Слишком быстро случился апокалипсис. Отец со своими людьми, как раз были в Смоленске. Предполагалось, что туда подъедут семьи тех, кто находился на базе и остальной персонал по эвакуационному списку. Правительства государств должны были прибыть несколько позже, чтобы своей эвакуацией не создать панику среди населения.
Установка перемещения во времени тоже еще не была готова. Эксперименты с уменьшенным прототипом были проведены успешно. Единственное, ученым так и не удалось определить закономерности, по которым осуществлялось перемещение. Проколы во времени происходили рандомно. Людей тоже пока не перемещали, и как перемещение скажется на живом организме, было не понятно. Нет, животных перемещали, но снять показания состояния их организма не представлялось возможным, прокол не держался долгое время, а открыть его в то же время и место, как было сказано выше, не получалось. На основании проведенных экспериментов академиком Терещенко была разработана схема установки позволяющая создать темпоральное поле, позволяющее перемещать во времени очень крупные объекты с относительно минимальными затратами энергии. Вот так и появился проект «Ковчег».
На момент апокалипсиса на базе находились 168 человек. Группа академика Терещенко – ученые и монтажники – 24 человека и военные различных специальностей, находящиеся на боевом дежурстве – танкисты, вертолетчики, связисты, медики, ремонтники, прочий обслуживающий персонал. Из гражданских на базе находился только Сашка. Но его присутствие было согласовано и разрешено генерал-лейтенантом. Чтобы Сашка не мешался, он был приказом закреплен за учебными классами. Там он помогал ребятам из подразделения информационно-технического обеспечения устанавливать виртуальные тренажеры, подключать компьютеры, тянуть сети, благо для своих не полных 12 лет с компьютерной техникой был знаком неплохо. Когда все началось, они со старшим лейтенантом Ваниным или просто Максом, как раз проверяли дублирующую систему связи с центральным пультом управления базы. Поначалу они приняли тревогу за учебную, такие тревоги проводились часто, но тем не менее, разбежались по своим местам.
Сашка во время тревоги должен был находиться в своем кубрике, выделенном их семье для проживания. Кубрик представлял собой помещение из двух комнат по 14 квадратов и 10 квадратов. Та, что поменьше с четырьмя удобными койками и двумя шкафчиками отведена под спальню, в комнате побольше стоял компьютерный стол с компьютером, плазменный телевизор, диван и небольшой столик. Забежав в кубрик, Сашка с трудом закрыл за собой металлическую дверь и повернул штурвал на двери загерметизировав помещение, как и было положено в случае тревоги. Сашка беспрекословно выполнял все требования, предъявляемые ему, ибо отец строго-настрого предупредил его, что при первом же «косяке» отправит его как маме и Альке. А домой Сашке, ох, как не хотелось. На базе ему было интересно, здесь у него появились друзья, да тот же старший лейтенант Ванин, взявший над Сашкой своеобразное шефство. Сашке было непривычно и лестно, что взрослый дядька, офицер относится к нему почти как к взрослому, шутя, называя младшим рядовым подразделения информационно-технического обеспечения. И парень отвечал Ванину благодарностью и пацанячьей преданностью. Любое поручение старшего лейтенанта выполнялось быстро и точно, любое слово было истиной в последней инстанции. Отца такие отношения только радовали. Полковник, вообще, считал, что армейский коллектив и дисциплина - лучшие педагоги.
Плюхнувшись на диван, Сашка схватил пульт и включил плазму. Учебная тревога обычно длилась от получаса до трех часов, и он коротал это время за просмотром телека. Но в этот раз вместо телевизионных программ на экране высветилась надпись, что сигнала со спутника нет. Сашка пощелкал пультом и с досадой выключил телевизор. Нет, так нет, мало ли что случилось, пока можно погонять компьютер. Чем парень и занялся. Выхода в Интернет из соображений секретности на базе не было, свободный от дежурств персонал базы по локалке рубился в «контру», но сейчас в сети никого не было, все были заняты по тревоге. Пришлось играть против компа.
Прошло четыре часа, а отбоя тревоги так и не было. Внезапно базу сотрясло несколько сильных толчков, от которых Сашку подбросило на диване. Он жутко испугался и бросился к двери, желая поскорее уже открыть кубрик и посмотреть, что все-таки происходит. Но дисциплина взяла свое, пацан опять уселся на диван, уставившись в черный экран плазмы и грызя ногти. От одиночества и неопределенности в голову лезли всякие мысли, а вдруг тревога не учебная, и началась война, а на базе уже нет никого живых, и он остался совсем один. Но вот из динамиков системы оповещения раздался голос генерал-лейтенанта Терещенко:
- Внимание! Всему персоналу базы, кроме находящихся на боевом дежурстве, собраться в малом актовом зале. Повторяю, всему персоналу базы кроме находящихся на боевом дежурстве собраться в малом актовом зале, - слово «всему» генерал выделил голосом. У Сашки екнуло сердце. Значит, точно что-то случилось, обычно об отбое тревоги объявлял дежурный офицер. Сашка вышел из кубрика и отправился в актовый зал. Вместе с ним потянулись и остальные обитатели базы. Лица людей были бледны и тревожны, гнетущая атмосфера тяжело давила на плечи. Тихо, без лишних разговоров все расселись в актовом зале. Сашка поискал глазами Ванина, но его не было. Значит занят. Увидев ребят из своего подразделения он, направившись к ним, сел рядом. Разговаривать не хотелось, что-то такое витало в воздухе, что люде старались не произносить лишних слов. Сашка только вопросительно взглянул на сидящего рядом весельчака и балагура капитана Анастасиади, на что получил в ответ такое же молчаливое неопределенное пожатие плечей. Ждать долго не пришлось, в зал с осунувшимся постаревшим лицом зашел генерал-лейтенант и, встав перед людьми произнес, выдавливая из себя тяжелые слов:
- Товарищи, четыре часа назад по нашей стране, без предъявления каких-либо претензий, без предупреждения, был нанес массированный ракетно-ядерный удар. Атака была масштабной, противоракетная оборона оказалась бессильна. Системами наблюдения базы были зафиксированы многочисленные вспышки ядерных взрывов мощностью около 1 мегатонной со стороны Смоленска и Смоленской АЭС, - в зале раздался гул, кто-то с громким то ли всхлипом, то ли стоном втянул в себя воздух. - Так же были атакованы наши союзники из Республики Беларусь, зафиксированы вспышки над Витебском и Оршей. Сейчас идет расшифровка самописцев, точная мощность и место ударов будут определены и доведены до сведения всех лиц в порядке их компетенций. Тридцать минут назад сработала система «Периметр», ответный удар был нанесен всеми силами РВСН России[ii]. Сейчас связи ни с кем нет. Сами понимаете, электромагнитный импульс. С этого момента база переходит на боевой режим несения службы, соответствующий приказ с новой штатной расстановкой будет доведен до всех чуть позже. Наша задача обеспечить прием всех выживших. В связи с недостаточностью персонала на базе, все должны будут пройти обучение дополнительным специальностям. Работу по проекту «Ковчег» так же никто не отменяет, в сложившейся обстановке считаю целесообразным наоборот ускорить работы над проектом.
Голос Терещенко дрогнул: