Крылья возмездия

Правда, сделаны эти вольности были без ведома королевы.
На следующий день знамена сняли.
После штурма дома правительства окраины и небольшие поселения Безымянного королевства радовались приходу к власти Альянса, а когда узнали о смерти Богов, так вообще начали праздновать с утра до ночи. До Эстеллы дошли слухи, мол, смертные собрались выдвинуться в Стеклянный замок, чтобы почтить тринадцатого потомка Богини Солнца, вернувшую им свободу от Сената и Богов.
Однако Эрелим торжествовал недолго. Когда на балкон Стеклянного замка вышла Богиня Солнца, воодушевление сменилось… принятием.
Другая же сторона не поверила и взбунтовалась. А вдруг Сенат решил их обмануть? Вдруг это ловкий ход Безымянного королевства и Льерса – двух государств, мечтающих захватить власть на континенте?
Они до мозга костей верили в своих Богов.
Мертвых Богов.
Но опять же – когда они увидели, как человеческое тело Дафны теряет очертания и становится огненной аурой, а небесное светило вспыхивает и увеличивается в два раза, их мнение изменилось. Точнее, если бы их мнение не изменилось, то самое небесное светило спалило бы их дотла.
Им пришлось признать павшую с пантеона Дафну своей единственной Богиней.
Эстелла тяжело выдохнула, стараясь отогнать воспоминания о том обращении и еще ненадолго остаться в этом моменте. Здесь, среди спокойной воды и горячего песка, она чувствовала, что Илай рядом. Что его еще можно спасти.
Словно не здесь три недели назад горели его крылья.
– Но самое главное, что ты жив и с тобой все в порядке, – продолжила Эстелла, обращаясь к пустоте. – У нас дела тоже относительно неплохи. Дагнар и Фрэнк – два глупых старика! – возмутилась она и скрыла улыбку, словно за ней кто-то наблюдал. – Ты бы знал, как они мне надоели. Постоянно ворчат, препираются друг с другом и пытаются доказать, что один главнее другого. А еще складывается ощущение, будто они ревнуют меня! Что за бред?
Волна окатила ее ступни – стало так щекотно, что Эстелла тихо хихикнула.
– Ты, кстати, выглядишь очень привлекательно даже без крыльев, – печально произнесла она. – Только тебе не идет такое выражение лица. Я так хочу увидеть твои ямочки, когда ты смеешься…
Эстелла только сейчас поняла, что нарисовала сбоку от себя солнце с шестью лучами. Тяжело вздохнув, начала выводить около каждого из них буквы.
– Астра встала на ноги. – Ее голос немного повеселел, когда она вспомнила сестру командира. – Ох, я разговариваю так, будто ты умер. Ну да ладно. Астра встала на ноги, но Дагнар заставляет ее передвигаться с тростью. Аарон не отходит от нее ни на шаг, поэтому можешь не переживать. А Клэр и Нэш… все еще не вернулись.
Ком встал в горле, но она прикрыла глаза и сосредоточилась на звуках волн.
– Я уже рассказывала, что Костяной Череп прибыла в Цитадель в тот же день, как мы покинули Стеклянный замок. Ей кое-как удалось выбраться из Льерса живой. Но я не виню ее. Она бы не смогла спасти их в одиночку.
На первом луче появилась надпись Клэр.
– Но они живы, любимый. И Нэш, и Клэр, и Леона. Они живы.
Только они. Остальные – мертвы.
Имя Нэш значилось на втором лучике солнца.
Эстелла ненадолго отвлеклась, когда услышала какие-то звуки. Подняв голову, увидела стаю пролетающих над океаном белоснежных птиц. Они закружились вокруг Эстеллы, а одна подлетела так близко, что девушка смогла разглядеть ее глаза-бусинки. Эстелла протянула руку, и птица опустилась на ее раскрытую ладонь. Затем распушила перышки и потерлась маленькой головкой о запястье.
– Ничего не изменилось, любимый.
Вспорхнув, птица последовала за стаей к небесам.
– Мир как существовал, так и продолжает существовать. Но в то же время… изменилось так много всего. Аарон ходит за мной по пятам. Мы с ним так сблизились за эти недели, что я уже не представляю себя без него. Астра нашла общий язык с Фрэнком, если глупые шутки и оскорбления можно назвать общением. А сам он… такой же, как прежде. Заставляет меня расставлять книги: только теперь не в лавке, а в Цитадели. Я так его люблю, Илай. Я так сильно люблю каждого из них.
На третьем луче появилось имя Аарон, а на четвертом – Астра.
– Цирея тоже не подает знаков. Я знаю, что вы пытаетесь ее найти. Ума не приложу, как она скрывается с пятитысячной армией. Мы ждем, когда она прибудет в Цитадель и встретится с Фрэнком. Ты бы видел его, Илай. Он так сильно ее ждет, что…
Эстелла вновь подняла взгляд к небу и сморгнула несколько слезинок.
– Родители никогда не любили меня так, как Фрэнк любит Цирею.
Вернув взгляд к рисунку, она вывела на пятом луче свое имя и почувствовала, как по щеке все же скатилась одинокая слеза.
– Мне так не хватает тебя, Илай. Мне так не хватает твоего тепла.
Эстелла наблюдала за своей рукой, что выводила его имя на последнем лучике солнца.
– Я так скучаю, ангел…
Слезы сорвались с ресниц и упали прямо в центр рисунка.
– Скоро мы встретимся. Обещаю, что больше никогда тебя не отпущу.
А когда Эстелла Солари давала обещание, она всегда его сдерживала.
Волна окатила ее ноги и стерла солнце, оставив после себя лишь мокрый песок.
 
Глава 2
 
Живой пепел
 
Рулан, Льерс
Половина городов Льерса – настоящая помойка.
Именно об этом думала Эстелла, сидя через пару дней в одной из таверн королевства Ветров Трамонтана. Она низко склонилась над забрызганным элем столом, надвинув на лицо капюшон. Никто не видел ее усмешки и серебристых волос.
Эстелла навострила уши, медленно пережевывая принесенную подавальщицей еду. Свое белое платье она смотала веревкой и засунула в сумку, переодевшись в кожаные штаны и рубаху. Сейчас она была похожа на обычную путницу, решившую всласть наесться перед дорогой.
От еды, конечно, пахло омерзительно. Рагу из картошки и овощей плавало в какой-то мутной жиже, а куски мяса казались недоваренными. Или недожаренными – черт знает, что с ними делали. Засаленную кружку эля Эстелла даже в руки не взяла. Однако после нескольких дней полета картошка казалась вполне себе съедобной.
– Ходят слухи, что Драу Великий будет выплачивать хорошее жалование всем, кто вступит в армию Богини Солнца…
Эстелла никак не отреагировала на шепот за соседним столом: лишь поморщилась от попавшей в рот морковки.
– Говорят, в армии началась реорганизация. Представляешь, мать твою, сколько денег мы сможем срубить? Главной силой останутся ангелы, но к ним присоединятся ведьмаки.
– А смертные? – спросил второй голос, не такой воодушевленный. – Смертных тоже на корм пустят?
– А черт его знает. Они же даже сражаться не умеют. Говорят, в их королевстве какие-то… технологии развивают. Людишки даже в руках оружие держать не умеют, – хохотнул ведьмак, и Эстелла с силой воткнула вилку в кусок мяса.
Она немного не рассчитала силы, отчего тарелка загрохотала по столу, привлекая ненужное внимание.
– Устала с дороги, – бросила Эстелла, почувствовав повернувшиеся к ней головы.
Через пару секунд всем стало плевать на грязную девчонку. Подавальщицы продолжили бегать между столами, уворачиваясь от похотливых рук ведьмаков. С кухни доносились звуки бьющейся посуды и пряный аромат, перемешанный с запахом пота. Эстелла скривилась, продолжая прислушиваться к болтовне.
Она выбрала именно этот город – город Триединой Матери, расположенный к югу от столицы Льерса. Эстелла перекинулась парочкой слов с ведьмаком, учащимся в Молчаливой Цитадели, и смогла отыскать много интересного о тех, кто управляет подобными заведениями.
А еще ей нужны сплетни от обычных жителей.
Таких, как тот мужчина за стойкой. Грузный, с обвисшими щеками – льерсец оглядывал таверну, довольно улыбаясь. Пару раз он остановил взгляд на Эстелле, и его глаза-пуговицы вспыхнули интересом. Он мог видеть только ее фигуру, проглядывающуюся сквозь плащ с застежкой в виде звезды.