Пошел вон, Чернов! (СИ)
— Предложение отклонено. Вариант у нас только один. Праздновать здесь вдвоем. Чего я, в принципе, и добивался, — ведет бровями.
— Сволочь!
— Приятно познакомиться, — театрально отвечает мне с поклоном.
— Ну, Чернов, — надуваю губы, как маленькая обиженная девочка. И это ему тоже нравилось. Я знаю все твои слабости. Они-то тебя и подведут. — Новый год – это мандарины, шампанское! Оливье и селедка под шубой, в конце концов. Я год этого ничего не ела. Чтобы оторваться в новогоднюю ночь!
— Всё будет, моя девочка. Всё есть: и «Асти» твой любимый три бутылки, и мандаринов пара килограмм, и даже твои любимые миндальные конфеты. А еще все продукты на салаты и мясо я приготовлю, как ты любишь, — подмигивает мне.
— Смотри, какой предусмотрительный. Прям всё просчитал, да? — прищуриваю глаза.
— Конечно. Я женщину свою готовился похищать. Всё для твоего комфорта, — хитро улыбается.
Самоуверенная сволочь. Но воздержусь от язвительных комментариев. Я же надела костюм «хорошей девочки». Всё идет по плану.
— Ладно, где твои продукты? — иду к холодильнику. — С меня салаты, с тебя мясо. А телевизора у тебя случайно нигде не завалялось? Скучно же так, в тишине. Без настроения.
— Телевизора нет. Но есть музыка, — достает с верхней полки портативную колонку, втыкает в нее флешку, и раздаётся музыка. — Так веселее?
— Определённо, — вынимаю продукты из холодильника.
— Помочь?
— Елка, — выдаю я.
— Береза, — отвечает он.
— При чем здесь береза?
— А при чем здесь елка?
— Я говорю, Новый год не состоится без елки. Возле камина она будет шикарно смотреться, — взмахиваю рукой.
— Чего нет, того нет. Но у тебя богатая фантазия, представь, что она есть.
— А у тебя за окном лес, — указываю на окно. — Там и без фантазии полно елок.
— Так они там двадцатиметровые.
— Иди найди маленькую. И без елки не возвращайся! — включаю приказной тон.
Ну а что? Надо же как-то создавать себе настроение. Новый год всё-таки.
— Слушаюсь, моя госпожа. Будет тебе и елка, и аленький цветочек.
— Ага, — отмахиваюсь, принимаясь мыть овощи на салаты.
Чернов уходит. Естественно, запирая меня на ключ. Наивный. Бежать я не собираюсь. Пока. Завтра сам меня увезешь. И с удовольствием.
Прости, Чернов, ты сам затеял игру без правил.
Пока изображаю из себя отчаянную домохозяйку, даже ловлю свой кайф. За окном заснеженная природа, музыка, запахи еды, нет городской суеты и пафоса. Есть в этом месте свой вайб. Прикольно. Чернова нет уже около часа.
— Надеюсь, его съели медведи, — говорю коту, скармливая ему кусок селёдки. Но внутренне начинаю переживать за этого гада.
До леса рукой подать. Что там так долго делать?
Несмотря на то, что я ненавижу этого мужика, я не желаю ему ничего плохого. Пусть в его жизни будет всё хорошо. Но без меня.
Еще минут через двадцать начинаю реально паниковать.
Вот скотина! Куда ты пропал?! Убью!
Всматриваюсь в окно.
Выдыхаю, когда вижу, как Руслан заходит во двор с небольшой елочкой. Красивая, пушистая, настоящая. Давно не праздновала Новый год с живой ёлкой.
Дышу глубже, отходя от окна, продолжая готовить.
Еще не хватало, чтобы он заметил, что я за него переживаю.
Чернов заносит в дом ёлку. Не обращаю внимания, словно это не я ее заказывала.
Повыделываться – святое для женщины.
Но краем глаза наблюдаю, как Рус устанавливает ёлку. Предварительно сделав из деревяшек импровизированную треногу. Какой сообразительный.
Ну красота же? Живая ёлка возле камина. И запах хвои.
— Принимай, — взмахивает рукой Чернов, гордо демонстрируя ёлку. — Всё, моя госпожа довольна?
Скептически осматриваю ёлку.
— Не совсем, — цокаю я, действуя ему на нервы.
А как ты думал, Чернов?
Я девочкой-лапочкой никогда не была. Если только немного. Но это только когда меня несло от чувств к нему. А сейчас…
— И что не так? Недостаточно высокая, не совсем зелёная? Нечётное количество иголок?
— Она не украшенная, — взмахиваю ножом, очерчивая ёлку.
— Ну простите, барыня. Игрушки и мишура в лесу не растут. Так что довольствуйся ёлкой. А-ля натюрель.
— Ни грамма креативного мышления. И как ты только бизнес ведёшь? — усмехаюсь.
— А у меня для этого есть специально обученные люди.
Молча достаю из холодильника пакет с мандаринами и коробку с конфетами.
— Привязывай к ним ниточки и вешай на елку. И снежинки из бумаги вырежи. Думаю, будет шикарно.
— Серьёзно? А аппликацию тебе не вырезать из цветной бумаги?
— В идеале – да.
— Не прокатит. Это ты у нас творческая деятельная личность. Иди твори, а я мясом займусь.
— Да, пожалуйста, — бросаю нож. — С удовольствием.
Хватаю пакет с мандаринами, конфеты и иду к своей ёлке.
***
К вечеру у нас горит камин, рядом стоит ёлка, украшенная мандаринами и конфетами, а в духовке запекается мясо, источая сумасшедший аромат специй. Мои салатики готовы и даже украшены зеленью. Последний штрих. Капельки майонеза на укропчик, как снежинки на ёлочку.
Улыбаюсь, довольная собой.
— Так! — командую я Чернову, который подбрасывает поленья в камин. — Убирай всё с журнального столика. Накроем возле камина.
Руслан смотрит на меня с подозрением. Но делает всё, что говорю.
Да, правильно ты понял. Я вдруг резко не оттаяла. Даже не надейся. Это план. А какой – ты узнаешь, когда отвезешь меня в город.
Несу свои салаты на журнальный столик. Возвращаюсь за приборами, Чернов по-хозяйски режет свое фирменное мясо, укладывая на большое блюдо. Прям семейная идиллия. Меня немного ведёт от противоречивых эмоций.
Идиот ты, Руслан.
У нас ведь это всё могло быть по-настоящему.
Беру тарелки, вилки, возвращаясь в зону гостиной. И с ужасом замечаю, что наглая рыжая морда залезла на стол и с удовольствием ест селёдку под шубой.
— Ах ты, зараза! — хватаю полотенце, сгоняя кота со стола. Рыжий с пробуксовкой удирает от меня и залетает под диван. — Ну вот как так! — причитаю над помятым, объеденным салатом. — Я же тебя накормила!
— Что произошло? — интересуется Руслан, подходя ко мне. Объяснять ничего не приходится. Кошачье преступление налицо. — Где эта скотина? — злится Чернов.
— Под диван сиганул, — выдыхаю я.
Чернов идёт к дивану, начиная его отодвигать. Рыжая морда вылетает из-под него и несётся в сторону кухни, залезая под массивный кухонный шкаф.
Руслан за ним. Хватает метлу, пытаясь достать кота. А мне смешно. Взрослый мужик с метлой в руках.
— Кис-кис-кис, — притворно ласково зовёт он его. — Иди сюда, зараза такая.
— Да не трогай ты его. Пусть сидит, — смеюсь я.
— В смысле «не трогай»? Он мой любимый салат сожрал.
— Ну не совсем сожрал. Выкинем эту часть. Другую он не трогал.
— То есть я за котом доедать должен? — возмущается Чернов.
— Ну достанешь ты его и? Что сделаешь?
— Выкину на хрен на улицу. Откуда пришёл, туда и уйдет.
— Э, нет. Не смей. Это мой Рус.
— Кто? — с возмущенным видом разворачивается ко мне Чернов. — Ты кота Русланом назвала?
— Не Русланом, а Русом. Вы чем-то похожи, — усмехаюсь я.
— Это я похож на эту рыжую морду? — идёт на меня Чернов.
— Не ты на него, а он на тебя, — показываю ему язык и отступаю назад.
— Так, значит? А ну-ка иди сюда! — срывается с места Чернов.
— А-а-а-а-а! — теперь удираю я. Далеко убежать не получается. Руслан хватает меня за футболку и дёргает на себя.
— Не смей меня трогать, иначе…
— Что иначе? — выгибает брови, не отпуская меня. — Буду сломанными пальцами выбитые зубы собирать?
— Аха-ха-ха, — закатываюсь от смеха, отбиваясь от его рук.
Глава 12