Пошел вон, Чернов! (СИ)

— Подожди, я соскучилась, — продолжает облизывать мой член.
— Кошка! — сам толкаюсь в ее горячий рот глубже. Слава возмущенно мычит, выпуская член.
— Прекрати самовольничать!
Снова играется, то закрывая головку члена, то максимально раскрывая.
— Садистка, — со стоном роняю голову на подголовник. — Пять минут у тебя, — рычу.
И моя девочка старается, вбирая член глубже и глубже. Да!
Но нет, она снова издевается, выпуская мой член, начиная с ним заигрывать.
— Ну всё, я предупреждал! — отпускаю её волосы, хватаю Славу за плечи и затаскиваю себе на колени. Насаживаю на себя без промедлений, дергая бедра. — Да, мать вашу! — замираю. — Это слишком, да? Прости.
Раньше я бы не извинялся, но сейчас Слава в положении.
— Прекрати, я не больна, — сама начинает двигаться.
И меня срывает на хрен. Одной рукой перехватываю её затылок, впиваясь в губы, а другой сжимаю бедра, помогая ей двигаться быстрее.
— Кошечка моя… — не знаю, что хочу сказать, она просто моя.
Мы задыхаемся вместе, не прекращая двигаться. Не целуемся, как всегда, горячо кусаемся и стонем друг другу в губы.
Слава улетает первой, вскрикивая мне в губы, ее бедра сотрясает крупная дрожь, утягивая меня за собой.
Зажмурившись, кончаю в нее. Вылетаю в прострацию от острой вспышки.
Нет ничего лучше, чем секс с любимой женщиной. Ни одна другая баба этого не заменит. И я теперь это четко понимаю. Сопротивляться бесполезно, что-то доказывать себе – тоже. Надо было принять этот факт изначально, и тогда всего этого пиз*еца не было бы. Идиот.
  
Глава 28
 
Руслан 
Снова звоню в дверь квартиры Ларисы. Сегодня я без предупреждения. В моих руках снова большой пакет с питанием и прочими детскими вещами, которые посоветовал консультант в магазине. Повторный тест я не делал. Да мне и не нужно. Лариса сегодня во всём признается сама. Проще выяснить правду, когда ее уже знаешь.
Лариса беспечно открывает дверь, даже не спросив, кто.
— Ой! — застывает на пороге, удивлённо распахивая глаза.
Осматриваю ее. Нормально выглядит. Даже похудела немного, похорошела. Не такая уставшая. Бодрая, розовая. Ну и славно.
— Это ты? — задаёт глупый вопрос.
— Я. Ожидала кого-то?
Я вообще без претензий. Мы уже точно совершенно чужие люди. Просто спрашиваю, видя в глазах Ларисы растерянность.
— Да нет, проходи, — распахивает дверь. — Ты просто всегда предупреждаешь о визите.
Захожу, протягивая Ларисе пакет.
— Проходи на кухню. Влад спит.
Раздеваюсь, иду за Ларисой. Она по-хозяйски разбирает мой пакет и, как всегда, скептически цокает. Но меня это уже не трогает и не взрывает. И нет, я даже не зол на нее. Мне легко и свободно. Жалко только пацана.
— Чай, кофе? — интересуется Лариса.
— Нет, — сажусь на кухонный диванчик.
— Тебя, кстати, давно не было, — с претензией в голосе предъявляет она, опираясь бёдрами на кухонную стойку и складывая руки на груди. — Всё, наигрался в папашу? — в голосе яд.
— А я сидел.
— Где сидел? — не понимает она.
— В СИЗО, — заглядываю ей в глаза.
— За что?
— За похищение женщины, — ухмыляюсь я.
— Ну я серьёзно, — фыркает Лариса.
— Я тоже. Ну да не суть. Тебя это не касается.
— Ну-ну, конечно, кто я такая! — психует она, разворачиваясь к раковине, начиная намывать детские бутылочки. — Всего лишь мать твоего сына!
Сколько же в ней лицемерия. И ведь раньше я даже испытывал чувство вины. Я, конечно, тоже не одуванчик. Ярослава права, никто меня не заставлял цеплять Ларису в клубе.
— Мать твоя дома?
— Нет. Она на работе, — сквозь зубы отвечает Лариса. — Я, кстати, няню нашла – наша соседка из соседнего подъезда. Медицинское образование, работала раньше в детском саду. Опыт, в общем, есть. Но она хочет приличную сумму. Ты сказал, что оплатишь.
Встаю, подхожу к окну, рассматривая заснеженный двор.
— В общем, я переведу тебе оплату за няню на первые пару месяцев. А дальше сама.
— В смысле сама? — в ее голосе появляются истеричные ноты, от которых меня коробит. Нет, я не благородный принц. Я тот ещё мудак. Но ребёнок ни при чём. Я по-своему проникся малышом. И хочется помочь именно Владу, раз мать у него такая дура.
— Ты хоть знаешь, от кого ребёнок?
— Что?
— Ты слышала, — сквозь зубы проговариваю я.
— А, ты опять завел старую песню. Тебе еще раз результаты теста показать? — язвит она. Такая уверенная в себе сука.
— Я сделал ещё один тест, Лариса, — лгу, конечно. — И я не отец.
— Какой тест? Когда? — яда в ее голосе уже меньше. Там теперь больше страха.
Что и требовалось доказать.
— А неважно. Ребёнок не мой на сто процентов. Да и тот, кто помог тебе всё это провернуть, подтвердил.
— Кто?
— Коган.
И наступает звенящая тишина.
Кажется, Лариса даже не дышит. Вот я и сделал тест… Стопроцентная гарантия.
— Так чей пацан-то? — разворачиваюсь к ней. А на Ларисе нет лица. — Не знаешь?
— Я… я… — всё, затроила, губы затряслись.
— Да успокойся ты, — усмехаюсь. — Наказывать и как-то отыгрываться на тебе не стану. Дура ты, Лариска. Но спасибо тебе. Вот, бля, искренне. Это охренительный урок для меня. Так кто отец? Есть вообще хоть какие-то предположения?
— Есть. Я не шлюха, чтобы не помнить, с кем была, — обиженно всхлипывает. Плакать, что ли, собралась? Глаза на мокром месте. Только уже бесполезно плакаться.
— И кто наш герой? — выгибаю брови.
— Какая тебе разница? — садится за стол, закрывая лицо руками.
— Помочь тебе, дуре, хочу. Заставим настоящего папашу поучаствовать в жизни сына.
— Бесполезно, — глухо произносит в руки. — Это депутат местный. Женат, трое взрослых детей. Ему легче меня закопать, нежели признать ребёнка, чтобы не опорочила его репутацию.
— А нах*я ты с такими серьезными дяденьками трахаешься?
— Каждый устраивает жизнь как может.
— Устроила? — хмыкаю я.
Молчит.
Ну хер ли здесь скажешь.
— Ладно. Не реви. Деньги на няню переведу. Работай, поднимай сына. Найди нормального мужика. Не кидайся на всех подряд.
Замолкаю, потому что Влад просыпается, начиная плакать. А Лариса размазывает слезы по лицу.
— Умойся, приди в себя, — велю ей, а сам иду к ребенку.
Прохожу в спальню.
— Ну, привет, малыш, — поднимаю мальчишку на руки. Тот затихает, рассматривая меня. Улыбаюсь ему, цокая языком. А он – мне в ответ. Чистенький, ухоженный. Поправился, щеки округлились. Лариска, несмотря на блядскую натуру, нормальная мать. Что успокаивает. Да и бабушка у пацана боевая. Не пропадут. — Ну давай, расти большой, здоровый, сильный, мать защищай. Если что, обращайся, малой.
*** 
Выхожу на улицу, прикуриваю сигарету, поднимая глаза на окна Ларисы, замечая её с ребёнком на руках. Курю спокойно.
Да, мне стало спокойнее.
Жалко даже эту дуру. Хотя я сам был такой же блядун. И осуждать никого не могу.
В кармане вибрирует телефон. Вынимаю. Сообщение от Славы.
Кошка: «Я на работе. Заедешь пообедать?»
Улыбаюсь, как идиот. Как я скучал по ее заботе и этому умиротворению.
Руслан: «Через двадцать минут буду».
Кошка: «Купи по дороге в аптеке что-нибудь от ожогов».
Руслан: «Я очень надеюсь, что не тебе?»
Кошка: «Там разберёмся».
Блять. Вышвыриваю сигарету. Сажусь за руль, еду в аптеку.
Нахрена ей вообще работать?
Запру дома, чтобы спокойнее было.
Скупаю в аптеке от ожогов всё, что есть. Долетаю до ее кафе за десять минут, попадая под камеры.
Захожу с пакетом. А моя Кошка в форме официантки флиртует с каким-то хреном. Осматриваю ее внимательно. Жива, здорова и вполне счастлива, судя по усмешкам. Какой-то бритый мужик что-то ей вешает, а она смеётся, записывая в блокнот. И ведь не просто принимает заказ, а сидит за столиком.