Завлаб клана Росс (СИ)

Добрались, наконец. Теперь споро протестировать посудину, быстренько забить шесть сотен криокамер мясом, нахватать сувенирчиков и обратно к себе в клан. Чем быстрее обернемся, тем выше прибыль. А продать рабов проблемой не станет. Рабы с этой голубой планеты улетят как кредиты со счета! Сами считайте – средний уровень интеллекта как бы ни в полтора раза выше имперского! Со ста пятьюдесятью единицами каждый третий. Кормушка просто.
Сзади завозился капитан. Наверное, получил на нейросеть отчеты по технике и состоянию корабля. Во, точно.
– Са Кеш, сколько до выхода на орбиту?
– Через полчаса дойдем. Кем будем грузиться? Узкоглазыми?
– Нет... Там уже день будет. Опасно. Да и уровень у них не очень. – Капитан вывел на экран изображение планеты. – Давай вот сюда. Там раннее утро, место пустынное, дельта большой реки, явной опасности вроде не наблюдается… Заодно возьмем свежей воды тонн пятьдесят. А ночью будем искать рабов и паковать клетки.
Он помолчал.
– Узнаешь место? Говорили тебе? Кажется тут, год назад, вместе с водой и закачали те замечательные коробочки с семенами растений. Спасибо инженеру. Он их не выкинул, а отдал на анализ. Знаешь, сколько мы разом кредитов подняли? Двое сразу списались с корабля и осели на Либрии. А это не самая дешевая планета в Империи! Представляешь?
– Представляю. Еще пара минут, капитан... Все, орбиту занял. Сколько же тут космического мусора! Вы посмотрите на экран – просто свалка!
– Да уж... Они только недавно вышли в космос, дикари еще. Загадили своими железками все пространство около планеты. Мы выше? Тут безопасно?
– Да, капитан! Щиты и на двадцати процентах этот мусор не пропустят.
– Ну, хорошо. Дай экипажу команду грузиться в бот. Пойдем все, поищем эти семена. Тут без нас и искин справится. Справишься, железка чертова? Я так и думал. Пошли, пилот!
Через несколько минут бот начал быстро снижаться над плавнями Северного Каспия. Как в 1978 году...
Час спустя. Раннее утро, но уже достаточно светло. Мы вчетвером ищем и рвём стебли с семенами. Радист у сонара в рубке бота. Типа охраняет нас... Хотя, что тут охранять? Бот под режимом невидимости…
– Капитан! Наблюдаю лодку аборигенов. Четыре человека.
– Вот и хорошо... Все на борт, срочно! Прекратить экскурсию, ребята, работа подвалила. Мясо само в руки идет. Взять их! Лишними не будут. Закачка воды еще идет?
– Уже заканчиваем. Артиллерист, врежь по ним из парализатора! Вы, трое! На выход. Грузите это мясо в трюм.
***
В поредевших рассветных сумерках из нитки протоки осторожно высунулся корытообразный нос байды браконьеров. Плотно заросший щетиной седой дагестанец внимательно осмотрелся и что-то буркнул себе за спину. Лодка, почти не слышно подрабатывая моторами, вышла на русло рукава, разлившегося в этом месте метров на восемь. В ту же секунду над ней пронесся беззвучный вихрь удара парализатора, и байда, теперь никем не управляемая, неспешно прошла по темному зеркалу воды и залезла широким носом прямо в камышовую крепь, бесполезно будоража воду винтами и пофыркивая подводным выхлопом на малом ходу.
Вдруг над притихшей рекой раздался громкий хлюпающий звук, и из баков бота в реку сбросили остаток воды в системе. Почти минуту тишину разбивал лишь звук бегущих капель, потом послышалось легкое жужжание, и прямо в воздухе сначала нарисовалась темная щель, а потом неспешно раскрылась аппарель бота. Из мрачной, слабо освещенной норы, вышли три рослые фигуры, закованные в черную броню. Лица скрывали похожие на мотоциклетные шлемы. Двое спрыгнули в покачнувшуюся лодку и, отбрасывая ногами скользкие туши осетров, начали ворочать тела браконьеров. Третий пират стоял на самом краю аппарели с плазменной винтовкой в руках. Но это ему не помогло.
Из забытой всеми протоки беззвучно выдвинулся ободранный камышом нос "Казанки", и сразу гортанный крик сменила длинная автоматная очередь. Практически мгновенно к одному "калашу" присоединился второй, и дело пошло веселей.
Стоящего на часах пирата снесло первыми же пулями. Десяток метров – не расстояние для "АКМ". Как оказалось, 7,62 мм пули "калаша" легко пробивают ячеистую пластиковую броню, призванную бороться лишь с лучевым оружием. Пули очереди продырявили грудь пирата, разбили лицевой щиток шлема, под которым оказалось чернокожее, залитое кровью, лицо аварца. Впрочем, зубы и кости левой скулы, безжалостно обнаженные пулями, оказались вполне себе белыми.
С лодкой все было еще проще. Длинная очередь ударила в спины двум черным фигурам и бросила их мордами прямо на еще мокрых осетров. Впрочем, пираты были в шлемах. А вот с оставшимися в боте капитаном и щитовиком все было гораздо сложнее...
***
Мы выскочили из-за поворота, и я увидел уткнувшуюся в камышовую стенку байду, полную трупов, медленно дрейфующую к нам "Казанку", в которой один абрек настороженно крутил стволом автомата, выцеливая что-то нам не видимое, а второй, подвывая на своем языке, пытался трясущимися руками сменить магазин.
Инспектор повел себя молодцом.
– Оружие на пол, козлы! Стреляю! – пароходной сиреной проорал он, но его призыв привел к совершенно иным результатам.
Дагестанец начал стрелять, еще не полностью довернув ствол к нам. Я, нарушая все законы гравитации, быстрее звука рухнул на пайолы[5]. Над головой пронесся горячий вихрь, зазвенел пробитый металл борта, тоскливо загудел рикошет от подвесного мотора. От ударивших по мотору пуль он дернулся, и наша лодка встала в правый разворот. Меня кинуло на борт, и я, хочешь не хочешь, приподнял бестолковку.
Теперь я увидел удивительную картину – дверь в никуда. Выше камыша, на фоне светлеющего неба вдруг стало видно темный прогал, из которого ударили светлые брызги, как в "Звездных войнах", честное слово! Брызги попали в стрелявшего в нас браконьера и нашинковали его на части... Лодка закачалась, плавно разворачиваясь. Меня не стошнило просто потому, что это было еще не все! Лодку дагестанцев накрыли светлячки новой очереди. Вспыхнул мотор, кажется загорелся и бензин в баке. Дагестанец, пытавшийся сменить магазин, бросил автомат и махнул рукой на все. То есть буквально! Он что-то заорал и что-то швырнул в нору. Тут его настигли плазменные разряды и разорвали в клочья. А еще через пару-тройку секунд в темноте неведомого помещения коротко сверкнуло, негромко бухнул взрыв, и из двери в никуда выбило клок дыма. А горящая голова дагестанца, треща охваченными пламенем густыми волосами, укоризненно смотрела на меня сквозь огонь. Вонь стояла неимоверная. Тут меня и стошнило...
Тупо вытирая обрыганные штаны рукой, я не отрывал глаз от полыхающей "Казанки". Бешено стучало сердце, еще какой-то звук настойчиво пробивался в мозги. Кап-кап-кап... В нашей байде что-то капало. Я медленно повернул негнущуюся шею. На корме, откинувшись на мурлыкающие на холостом ходу моторы, безжизненно лежал рыбинспектор. В опущенной руке он держал пистолет. Вот с него-то и капала текущая по руке кровь. Прямо с обреза ствола. Стрелял ли он? Не знаю. Знаю, что уже настрелялся. До смерти.
Я медленно вытер рот рукавом и на подгибающихся ногах проковылял к моторам. Стянул и уложил инспектора. Дал задний ход. Развернул нашу лодку и неспешно, огибая гудящее пламя разгорающейся "Казанки", подошел борт о борт к байде дагестанцев. Долго смотрел на нее. Мне показалось, что в лодке одни трупы. И рыба... Такая же мертвая... Наконец встал, перелез в качнувшуюся лодку. На черных спинах бронированных людей черными мокрыми пятнами виднелась кровь. Я перевернул ближайшего броненосца и после долгой возни снял с него шлем. Надо же! Негр! Ну, я понимаю – наши мотаются на сафари в Африку и стреляют там всяких слонов с носорогами. А тут, видать, наоборот. Негры на охоту к нам... и стреляют исключительно дагов. Вот дела-а...
Тут громко зашелестел камыш. Я быстро встал. Пронесшимся порывом ветра на меня двинуло что-то мерцающее, что-то нереальное. Здоровенный куб пространства, через который было видно камышовую стенку берега. Но это был обман. Обман зрения. Маскировка. Объект отбрасывал тень, и в него слепо стукались огромные, басовито гудящие стрекозы. А пустота ведь прозрачна для лучей солнца? И проницаема? Надвигаясь на меня, что-то огромное и почти неразличимое глазом гнуло и прижимало к воде шелестящий камыш, оставляя за собой ясно видимый след. Объект медленно поворачивался. На уровне моей груди из пустоты торчала металлическая аппарель. За ней была темнота, только периодически мигал и искрил плафон освещения, потом проявились в солнечном луче и стали видны ноги лежащего передо мной человека с изуродованной выстрелами головой. Опять негр. А есть тут, к примеру, альбиносы или блондины-скандинавы на худой конец? Ау-у... Я подскочил и вскарабкался на аппарель. Ау, кто тут? Шаг, еще шаг. Глаза привыкали к отсутствию освещения. Еще шаг, поворот за какой-то штабель ящиков. Опа! Пятно копоти от разрыва наступательной гранаты и два трупа, посеченных осколками. Прямо корабль мертвецов какой-то.