За порогом жизни, или Человек живёт и в Мире Ином

— Николай, что же ты так долго! Я ждала тебя и мне казалось, что ты не вернёшься…
— Как же я мог тебя оставить…!
Когда вернулся Óдин, нам пришла пора возвращаться. Мы немного поговорили и… она вернулась на Землю…
Помню, как мы гуляли по лесу, и я решил показать чудесный родничок леса! Его жемчужину! Прекрасную и неповторимую. Мы подошли к родничку. От воды шла ощутимая прохлада. Рядом с родничком стояла кружечка из бересты. Я зачерпнул воды. Немного отпил и протянул ей.
— Николай, что это?! — взяв из моих рук кружечку, удивлённо воскликнула она.
Да и было, чему удивиться. Чаша родника наполнялась по капле. Капельки жемчужинами падали с каменистого выступа над родничком. Она, очарованная увиденным, затаив дыхание, следила за капелькой, падающей в чащу родничка. Упала ещё одна жемчужинка и… тишина.
— Я никогда не видела подобного! Какое же это чудо!
— Ты рада… Я знал, что ты удивишься родничку.
Ещё мне вспоминается встреча, когда мы бродили у реки. Посмотрев на водопад, мы поднялись вверх по течению. На лугу было много цветов, они благоухали, над цветами порхали бабочки.
— Николай, давай немного отдохнём здесь.
— Если ты хочешь, я не возражаю.
Она склонилась над прекрасным лиловым колокольчиком, вдохнув его аромат, а меня осенила мысль сделать из цветов венок для неё. И я воплотил в жизнь свою затею.
Я хотел одеть ей на голову, но она отстранила мою руку, сказав:
— Не надо, Николай; есть такая примета — к разлуке дарят венок. А я не хочу с тобой расставаться.
— Я не знал…
— А мы его продадим воде, пусть она его примет в дар от нас, — и бережно опустила венок на гладь воды. Лёгкое течение понесло венок к водопаду…
Как много всего пережито! В моём сердце жила с радостью боль… К ней пришла любовь на Земле. В чём-то она в своём избраннике видела меня. Она тянулась к нему и сердцем, и душой. Она металась, мучилась от внутренней борьбы. Видя её муки, страдал и я. Страдал потому, что ничего не мог изменить в происходящем и никак не мог на неё воздействовать, чтобы облегчить переживания. Я боялся её потерять…
Что-то вмешалось в её жизнь Свыше. Они не ругались, но… расстались. Мне стыдно признаться в своём эгоизме, но глубоко внутренне я был рад, что он ушёл от неё. Я метался и переживал не меньше чем она. Меня одолевали сомнения, но наши встречи говорили о том, что мы по-прежнему духовно близки и неразлучны, что ничто не стоит между нами.
Не знаю, зачем и почему на её долю выпало ещё много испытаний. Я знал о них, но не имел права обмолвиться даже и словом. Иначе могло всё рухнуть. Чтобы мы могли соединиться, мне было определено Свыше — стать её сыном…
О! Как я переживал и молился за неё, чтобы в час испытаний она не ошиблась, не оступилась! Она должна была пройти путь соблазна, на который не поддалась, тогда ей усложнили ситуацию, подведя события так, что она могла быть изнасилована! Я не мог этого пережить, но и сказать ей не мог ни слова. Милая моя с именем Бога на устах вышла из этой борьбы. Она осталась чиста и верна своему обету! И это для неё было не последнее испытание. Но мне стало спокойнее: самое страшное она прошла…
Как много — значит: потерять девичью честь! Женщине это дано Свыше. Переступив запретную грань — всё равно, что совершить самоубийство! Нет, переступившие грань запрета не попадают в мир самоубийц, но ломают себе жизнь и несут Карму ответственности уже на Земле, а потом и здесь, в этом мире. Те, кто по своей воле отдаётся мужчине вне брака, горько каются. Одно то, что рушится жизнь женщины на Земле, другое — она здесь проходит путь искупления. Он не из лёгких.
А как же те, кто подвергается насилию против своих убеждений? Они не несут ответственности за свершившееся, если сделали всё возможное, чтобы избежать насилия. Однако ситуация судится только Всевышним, только Он решает правоту события.
Те же, кто встаёт на путь проституции… мне претит это слово. Эти души обрекают себя на гибель. Падшая женщина и здесь остаётся падшей. Она приходит порочной, то есть не свободной от порока и продолжает свои деяния и здесь. До тех пор, пока не деградирует как личность. Если же есть шанс восстановить дух, он даётся через возврат на Землю и жизнь, полную искушений и соблазнов, чтобы полностью увериться в избавлении от порока.
Жизнь падших женщин ужасна — они не знают приюта: их жилища даже если и роскошны — всегда лишь плод воображения, а не реальность. Они заманивают жертв в свои сети, а чаще бывают сами жертвами у блуждающих и тоже падших духов, особенно если попадают в мир соприкосновения Света и тьмы.
Я и сам когда-то попал под чары падшей женщины. Изменив свой облик, она заманила меня к себе. Спасло же меня Чудо!.. Жутко вспомнить её настоящий облик… даже по прошествии многих лет.
Горек удел и пьяниц, не избавившихся от порока Зелья на Земле. Они не могут здесь жить спокойно, их преследует Дух зелья, которому они отдаются, пристращаясь к алкоголю. Освободиться от его влияния трудно! Таких людей преследует запах спиртного до тех пор, пока они не находят путь удовлетворить растущую день ото дня прихоть: во что бы то ни стало соприкоснуться с одолевающим запахом. Путь к удовлетворению прихоти прост — Земля!
Дух, одолеваемый духом зелья, спускается на Землю и находит человека, употребляющего именно тот спиртной напиток, запах которого преследует его самого и пристраивается к нему. Становиться блуждающим духом! Человек пьёт, а дух через него вдыхает пары зелья, чем вынуждает человека пить всё больше и больше, и чаще.
Блуждающий дух постепенно деградирует и разрушается как личность. Но человек, к которому он пристраивается, тоже деградирует по-своему на Земле: меняется его облик, образ жизни и многое другое… Возле одного человека может собираться до десятка, а то и более блуждающих духов. Часто такой человек обречён на гибель.
Не все пьяницы, придя в этот мир, обречены на гибель. Есть души, которые через возврат на Землю полностью восстанавливают свой дух.
Шанс к возрождению даётся каждому. Используя его, можно обрести жизнь, а можно и усугубить своё положение. Жизнь на Земле полна соблазнов…
Мои переживания доводили меня до отчаяния, в такие минуты я удалялся в излюбленное место уединения у реки, только там обретал успокоение. Я знал, что самое тяжёлое для неё позади, но предстояли и другие события…
Теперь уже все переживания позади. Она осталась верна своему обету и встретила человека, моего будущего отца, с которым чистой пошла под венец.
Я не хочу рассказывать о том, как душа воспринимает зачатие, готовясь к переходу на Землю.
Своих родителей я знал, мне предстояло выбрать путь на Земле. Из семи предложенных мне вариантов я выбрал три и составил для себя единый путь. Возможно и такое, хотя чаще выбирается уже готовый вариант.
О своей грядущей Земной жизни я не имею права говорить, чтобы избежать перемен. Всё, о чём могу поведать — мне в этой жизни очень часто не хватало решительности, а с нею и мужества. Я часто метался, сомневался… Поэтому, идя на Землю, я ставлю перед собой задачу — быть сильным, стойким, решительным, мужественным. Одним словом — мне необходимо укрепить свой дух, закалить себя и воспитать в себе силу воли. Это не значит, что я совсем безволен, иначе мне не доверили бы работу Учителя, но я хочу приобретённые за годы черты характера сделать более устойчивыми.
При выборе жизненного пути определяется и срок или дата прихода на Землю. Исходя из которой вычисляется момент зачатия.
В момент зачатия между душой, идущей на Землю, и родителями устанавливается некая связь, которая сохраняется до смерти с матерью. С отцом же ниточка, связывающего его и плод, обрывается в момент родов. При этом отец не теряет с ребёнком ни кровного, ни духовного родства. Всё сохраняется. С матерью же эта связь более прочна: она существует в астральном виде и тянется от пупка ребёнка к матери, на каком бы расстоянии они ни находились. Эта связь прерывается лишь со смертью одного из них. Одним из основных предназначений женщины на Земле — полностью и всецело посвятить себя воспитанию детей. Поэтому так сильна связь между ней и детьми. Отец, конечно, тоже должен воспитывать своих детей. К тому же мужчина несёт полную ответственность за рождённых от него детей, даже если он и не знает о таковых. Это усиливает его ответственность за брошенное семя, потому что мужчина, как и женщина, должен соблюдать чистоту плоти.