Синдикат должен быть разрушен (СИ)

— У нас есть такая поговорка, «не надо делить шкуру неубитого медведя», — усмехнулся я. — Сотрешь — молодец, но мне почему-то кажется, наоборот: из твоей рожи получится прекрасный бифштекс с кровью.
— Окей, — Винс с трудом сдерживался. Сжатые в огромные кулаки пальцы побелели. Его буквально распирало от желания порвать меня на части.
— Давай, где проведем поединок? — прорычал он.
  
— В Эмпайр-Стейт-Билдинг недавно открылся прекрасный центр единоборств и бокса. Мы с сотрудниками туда заходили, смотрели, что к чему. Можем встретиться там, — предложил я.
— Давай, — кивнул немного успокоившийся блондин. — Завтра не получится, а послезавтра до шести вечера я свободен. Устроит?
— Устроит, — улыбнулся я.
— Тогда позвони мне, завтра вечером, — Винс с той же брезгливой миной протянул визитку. — Скажешь когда подъезжать.
Я скривился и, осторожно двумя пальцами, будто боясь запачкаться, взял прямоугольную картонку.
— Договорились. Не забудь взять с собой перчатки и форму.
— Не забуду, — усмехнулся блондин. — А ты — аптечку с нашатырем, пластырем и бинтом.
— Согласен, может понадобиться, — кивнул я, нарочито, со всех сторон, осматривая здоровенную рожу Винса. — Надо будет больше пластыря и бинта взять, на такую огромную морду много уйдет.
— Ты меня очень разозлил, — надменно заявил парень. — Готовься, бить буду сильно. Не успокоюсь, пока зубы вместе с языком не проглотишь.
— Какой ты грозный и страшный, — насмешливо хмыкнул я. — Не пугай так, не надо. А то я уже трясусь от страха.
— Пошути, пошути, — фыркнул Батлер. — Посмотрим, как ты зачирикаешь, когда я начну выбивать дух из твоей дохлой тушки.
— Главное, не перестарайся, Терминатор доморощенный, — насмешливо ответил я. — Можешь обгадиться в процессе. Ты и так не розами пахнешь, потом придется из-под тебя кучи дерьма убирать.
Винс рванулся ко мне, но на его руке повисла Бетти. Глянула хмуро и потащила парня в сторону.
— Майк, зачем? — в голосе Мадлен слышалось раздражение.
— Всё просто, — объяснил я. — Никто не имеет права унижать ни меня, ни мою страну. Я неидеален, моя Родина — тоже. Сам это понимаю. Если бы он выразил претензии в корректной форме, можно было бы обсудить, без переходов на личности. Но когда самодовольный мажор изображает из себя белого господина, столкнувшегося с быдлом и пытается плюнуть в душу — получает ответ в таком же духе. Лебезить и пытаться сгладить углы в ответ на хамское отношение — никогда не буду. Вообще за такое все порядочные люди сразу дают в морду, и правильно делают. Я сдержался, только ради тебя. И бить его изначально не собирался. Он сам напросился.
— Понятно, — Мадлен странно глянула, прикусила губку, о чем-то задумалась.
— Мисс Рокволд, мистер Елизаров, — как подошел молодой мужчина в двубортном костюме, я не заметил.
— Добрый вечер, Ирвин, — свернула ослепительной улыбкой Мадлен. — Вы что-то хотели?
— Да, мистер Борух просил передать, чтобы ваш спутник никуда не уходил. Сейчас он занят, освободится минут через тридцать-сорок и хочет поговорить с мистером Елизаровым. Я скажу, когда
— Хорошо, — кивнула девушка. — Майк никуда не уйдет и обязательно дождется.
Я промолчал.
— Значит, я могу быть уверенным? — вопросительно поднял бровь Ирвин.
— Конечно, — кивнула мисс Рокволд. — Мы будем ждать, когда мистер Борух освободится.
— Отлично, — улыбнулся мужчина. — Кстати, примите мои поздравления. Ваши платья были великолепными.
— Спасибо, — благодарно наклонила голову Мадлен.
Ирвин кивнул мне и двинулся обратно.
— И что это было? — саркастично спросил я. — Кто такой этот мистер Барух, и почему его следует дожидаться?
— Очень могущественный человек, — пояснила Мадлен. — Его отец — гениальный финансист, известный биржевой игрок и один из самых влиятельных людей мира своего времени. Ирвин — секретарь мистера Баруха.
— Почему я ничего не знаю о таком великом человеке? — с сарказмом спросил я.
— Потому, что не всегда тот, кто обладает реальной силой и властью, хочет быть известным, — усмехнулась мисс Рокволд. — Рассказать тебе о Барухах, чтобы ты представлял, с кем будешь иметь дело?
— Расскажи, — кивнул я.
— Глава династии — Бернард Маннес Барух появился на свет в 1870-ом году в семье врача среднего достатка. Сначала жили в Южной Каролине, потом перебрались в Нью-Йорк. После окончания колледжа Барух устроился на работу в брокерскую контору «Хоусман энд ко». Через несколько лет он, провел несколько крупных удачных сделок и выкупил часть фирмы. В котировках ценных бумаг он разбирался как бог, умел и любил рисковать, обладал потрясающим чутьем на прибыль и постоянно зарабатывал огромные суммы. В 1903-ем году Бернард основал собственную компанию «Барух Бразерс» и заработал первые миллионы. Чтобы увеличить состояние Барух занялся политикой. Он решил вложиться в компанию кандидата в президенты Вильсона и выиграл. После победы кандидата стал завсегдатаем Белого дома. Возглавил Военно-Промышленный комитет, начал скупать акции компаний, специализирующихся на производстве оборонной продукции. Первая Мировая обогатила его и сделала крупнейшим акционером этих предприятий. Барух лоббировал и раздавал заказы своим компаниям. К концу войны у него уже было двести миллионов долларов. Всё производство ВПК шло через него. Когда наступил мир, Баруха назначают личным советником Вильсона. Именно он стоял за созданием Федеральной резервной системы. Как сказал дед, усилиями этого человека доллар стал мировой валютой.
— Ничего себе, — присвистнул я. — Серьезно?
— Да, дед мне врать не будет, — подтвердила Мадлен. — Мне кажется, это был единственный человек, которого он серьезно опасался и побаивался. Во всяком случае, говорил о Барухе с подчеркнутым уважением. У деда даже мелькнула такая фраза: «ему будто сам дьявол помогал». Даже во времена Великой Депрессии в двадцать девятом году, когда многие миллионеры мгновенно стали нищими, Барух не пострадал. Он заранее продал все акции, переложил деньги в облигации и не только сохранил, но и приумножил своё состояние.
Именно Бернард Барух финансировал и последовательно приводил к власти президентов Хардинга, Гувера, Рузвельта, Трумэна и Кеннеди. Ходят слухи, что последний не оправдал его ожиданий, разорвал договоренности, за что и был убит.
Во время Второй мировой, Барух снова обогатился на оборонных контрактах. Когда военные действия закончились, он стал представителем США в Организации Объединенных Наций по атомной энергетике. Хотел провернуть финт с СССР, предложил запретить ядерное оружие.
— И, что США были готовы уничтожить ядерные свои бомбы? — иронично поинтересовался я.
— Навряд ли, — честно призналась мисс Рокволд. — Дед намекал, что Бернард всегда играл краплеными картами и держал в рукаве парочку тузов. Скорее всего, хотели обмануть. Не получилось. Дядюшка Джо наотрез отказался и послал Боруха куда подальше. Бернард первый раз в жизни потерпел поражение. После этого он стал главным идеологом противостояния с Советским Союзом. Дед говорил: термин «Холодная война», придумал не Оруэл, а Барух.
— Слушай, если он родился в семидесятом году прошлого века, то сейчас дедуле должно было быть, — я на секунду замолчал, прикидывая, и продолжил: — Сто девятнадцать. Ты хочешь сказать, что это ходячая мумия до сих пор жива и может бродить по залу, внушая ужас гостям?
— Нет, — девушка горько усмехнулась. — Я же сказала — с тобой хочет поговорить его сын. Бернард Маннес Барух умер в шестьдесят пятом, через год после смерти дочки. У него остались ещё одна дочь и сын — Бернард Барух младший. Ему сейчас семьдесят шесть. Вот он с тобой и хочет пообщаться. После смерти отца, вся остальная семья перестала мелькать в газетах, о них ничего не слышно, будто исчезли из информационного поля. Но своё огромное состояние, влияние на политиков и чиновников семья сохранила. Так что не обольщайся, будь очень осторожен, ничего не обещай, следи за каждым словом и не хами — последствия могут быть серьезными, даже дед не сможет ничем помочь. Он не будет пытаться что-то сделать, в отличие от ситуации с Майерсом.