Квинсленд. Штат солнечного сияния (СИ)

— Ладно, киса, — приобнимая подругу за плечи, сказала она. — Пошли. А то еще уведут твоего Ромео. После таких-то серенад.
— Не моего, — насупилась Джонсон.
— Конечно, конечно. Но лучше все равно поторопиться.
— Смотрю, Ромео начал завоевывать и твое расположение? — усмехнулась Руби. Она-то уже давненько и тайком даже от самой себя перешла на сторону Кайла.
— Ни разу нет, — закатила глаза Эш. — Но все же заработал маленький плюсик за смелость. Хотя с той полусотней минусов, что у него накопилась, ему это не поможет.
Подруги вернулись в зал. “Вестники” доигрывали к тому моменту только третью композицию. Хлоя с девчонками замерла у столика в дальнем конце, с невинным лицом поедая абрикосы, фаршированные сыром. Не обращать внимания на любопытные моськи было непросто, но получалось. А вот не поднимать головы на Кайла, который, в свою очередь, то и дело поглядывал на нее, оказалось выше сил, так что искоса она все же нет-нет да поглядывала на сцену.
Группа отыграла чуть ли не половину репертуара, прежде чем ушла со сцены, но после премьерного хита народ полностью так и не оправился. Подпевали, танцевали, визжали, и все же было заметно, что их так и разрывало узнать, что же будет дальше и как отреагирует та, кому было обращено послание.
И такой шанс им представился. Ну… типа того. Ее же попросили быть помягче.
— Идет, — заглянув через плечо подруги, шепнула Руби вежливо пятясь и утягивая за собой Эшли.
Хлоя не оборачивалась, но чувствовала, что Кайл замер позади.
— Ну как? Получила ответ?
Понятно, ошибки нет.
— Влюбился, значит? — спросила она, уставившись на тарелки с угощениями. Всю напускную уверенность как ветром сдуло, хм…
— Виноват.
— И что, теперь не отстанешь?
— Умница. Основную суть уловила верно.
— Даже если скажу, что ты мне безразличен?
— Вообще, конечно, и с этим можно работать, но мне повезло — в данном случае безразличием и не пахнет, — мужские руки привлекли ее к себе, заключая в объятия. — Скорее чистой вредностью.
Хлоя не пыталась вырваться. И не хотела, и не могла, если честно. Накатившая слабость оказалась такой приятной, что хотелось откинуться ему на грудь, закрыть глаза и, наплевав на посторонние физиономии, просто стоять вот так. Час, два, может день…
— И зачем тебе это? — медленно сходя с ума от горячего дыхания на шее, спросила она. — Со мной непросто, ты же знаешь.
— Пытаешься запугать?
— Предупреждаю, если вдруг забыл.
— Киса, напоминаю — у меня четыре сестры. Знаешь, что это означает? Врожденный иммунитет к женской придури любого вида, — легкий, для остальных и незаметный вовсе, поцелуй обжег ей кожу на шее. — А уж к твоим детским попыткам сопротивляться и подавно.
День двадцать первый (понедельник)
— Чего-то ты нервная какая-то, — заметила Хлоя.
— А? Да нет, нормальная.
Хоть врать Руби умела с особым блеском, сейчас она даже не пыталась придать голосу подобие правды. То ли было не до этого, то ли считала, что не имело смысла и пытаться пробовать, но… Причем насколько успела заметить Джонсон, подруга была такая и вчера, когда они приезжали убирать зал. Молчаливая, чуток дерганная. Все вздрагивала, если слышала посторонние шаги. А теперь сидит как лопатой огретая, вжавшись в стул.
Прозвенел звонок, оповещающий, что первый на сегодня урок биологии начался. Учитель еще не появился, зато подоспели опоздавшие Кайл и Тео. Холден, пролетая мимо, исхитрился чмокнуть Хлою в щеку, бросить на ходу: “доброе утро” и проскользнуть на свое место, оставив все рвущиеся наружу колкости Джонсон так и не высказанными.
Пряча в очередной раз покрасневшее лицо за волосами, оставалось уставиться в открытый учебник и делать вид, что она в упор не замечает переглядок одноклассников. Браво, Холден. Решил после пятницы перейти на новый уровень третирования — со свободным доступом. С прятками по парковкам они, по всей видимости, закончили. Одновременно с этим Хлоя заметила лицо сидевшей рядом Руби, практически ничем не отличающимся от ее собственного — такое же раскрасневшееся и отстраненное. Да что с их партой творится, а?
 
Половина дня ушла на то, чтобы выпытать у подруги хоть какие-то пояснения. Бесполезно. Та как в рот воды набрала. Единственное, что можно было понять — дело касалось Тео. Именно от его опасной близости у Руби возобновлялись приступы стыда. Именно стыда. Что у них там произошло?
Ответ удалось получить только после обеда, во время которого девушка вела себя необычайно тихо за столиком и едва ли поднимала глаза от тарелки дольше чем на пару секунд. Что объяснялось предельно просто: разумеется, группа сидела с ними. И если Руби было сложно что-то заметить с такого ракурса, то все остальные прекрасно видели, как Тео буквально поедал ее глазами. И тоже мало что понимали.
Устав от непоняток, Хлоя затащила подругу в туалет, едва они разошлись после столовой с Эшли. Уж при Эш, которая даже после танцев с трудом воспринимала самые невинные разговоры о школьных любимчиках, та бы точно не раскололась. Убедившись, что они одни, Джонсон грозно нависла над Руби.
— А ну колись! Что происходит? И только попробуй сказать, ничего. Сломаю нос еще раз!
— Да норма…
— Нос! Помни про нос!
Подруга обречено вздохнула.
— Ну… между мной и Тео кое-что произошло…
— Это я догадалась, как ни странно. Конкретней.
— Ну… в пятницу ты уехала с Кайлом, Эшли вспомнила о какой-то недоделанной работе, хотя на деле просто хотела свалить побыстрее, а я… решила немного убраться после того, как все разошлись. Чтоб еда не тухла до конца выходных.
Хлоя согласно кивнула. Да, об этом она знала. И да, Кайл тогда настоял на том, чтобы отвезти ее. Настоял — это в смысле перекинул через плечо и потащил к машине. На глазах всех, но ладно уж… это можно опустить.
— Ну я и бегала из зала в библиотеку, оттуда на кухню и обратно в зал…
— И?
— Забегаю в очередной раз в библиотеку, а там Тео стоит…
Нетерпеливое покашливание. С каких это пор из Руби нужно вытаскивать все клещами?
— И? — покачала головой Хлоя. — Опять поругались? Снова залепила в него чем-то?
— Да нет! Мы и словом не обменялись вообще-то, — подруга прикрыла глаза, собираясь с духом. — В общем, он меня поцеловал, обоим сорвало крышу и… ну ты понимаешь.
— О, — Джонсон поняла. Вот вам и тихоня-зазнайка, таящийся в уголке с книжкой. — То есть вы с ним…
— Ага, а потом я просто сбежала, — Руби смущено зарделась. — Понятия не имею, что на меня нашло. И тем более не понимаю, что ему ударило в голову. Короче я запуталась. В выходные решила работать по схеме: было и было, пусть радуется до старости, больше все равно не повторится, а на деле…
Ничего не поделаешь, любовь зла. Она почему-то всегда заставляет вести себя с толикой безумства. И если даже самоуверенная Руби, у которой вообще-то секс был и раньше, причем неоднократно, (Хлоя знала, что ее подруга в прошлом году, в попытках забить на Тео, пыталась завести длительные отношения с парнем из другой школы) теперь ведет себя как робкая младшекурсница, то что уж говорить о ней самой и Кайле?
Джонсон вздохнула.
— Как-то у вас все чересчур сложно… В любом случае, ты делать ничего не должна! Не вздумай только оправдываться. Следующий шаг должен быть его. Решит сделать вид, что ничего не было… ну тогда и ты не отставай. Много чести тратить на него нервы! И хватит раскисать, ты меня такой пугаешь.
Руби согласно закивала.
— Ты права. Да, да, да… Чего это я нюни распустила? Подумаешь, большое дело…
 
В такое резкое послушание верилось, конечно, с трудом, но все же оно было лучше, чем ничего. Да и вообще, их с Эшли подружка была из того типа людей, что не умели долго горевать. Либо тараним проблемы лбом, либо, помахав ручкой на прощание, отпускаем в далекое плаванье за невозможностью решить. Денек другой и ее точно отпустит.