Квинсленд. Штат солнечного сияния (СИ)

— Эй, Джонсон? — раздался голос позади.
К ней, вероятно с задней части отеля, где за раскрытыми дверями можно было разглядеть уютные уличные столики с зонтиками и диванчики, вышагивали Эммет и Ленс.
— Ну слава богу! — закатила глаза Хлоя, таким взглядом смерив девицу, что та смущенно потупила взгляд.
Парни приблизились.
— Если скажешь, что приехала вправить ему мозги, — басист был как никогда серьезен. Ага, значит уже в курсе. — Я тебя расцелую.
Отвечать та не стала. Просто кивнула, за что тут же была подхвачена и расцелована в обе щеки. Поочередно обоими парнями.
— Где он? — не без труда выбравшись из их медвежьих объятий, спросила она.
— В номере. Пошли… А, да. Дай сюда паспорт, — Ленс нетерпеливо перекинул документ Эммету и, оставив его разбираться у стойки с оформлением нового постояльца, повлек Хлою на второй этаж. — Они приехали часа четыре назад. Оба не в настроении, а потом как бахнули по башке новостью, я чуть на пол не осел.
— Это я виновата, — понуро опустила голову Джонсон.
— Понятное дело, — тот и не стал спорить, заправляя за уши свои длинные светлые волосы. Ох, постригся бы уже давно, а то ходит как не пойми кто. — Ты нам все перевернула, но мы не в обиде, честно. Ты прикольная. Чуток двинутая, но прикольная. К тому же мы Кайла таким счастливым еще не никогда видели, так что… Теперь лишь бы убедить его не делать ошибок. Ты ведь понимаешь, что значит для него группа?
— Понимаю.
— Вот и мы понимаем. А он… Пришли, — Ленс замер напротив темно-синей двери и постучал.
Дверь открыл Тео. Хлою видеть он был не удивлен, наверное, Руби уже его предупредила, когда узнавала адрес. Не удивлен и откровенно рад, судя по… благодарной улыбке. Да, а клавишник изменился за это время. Раньше от него было почти невозможно дождаться такого вот радушия. Кажется, подруга хорошо на него влияет. Как и он на нее.
— Кайл в ванной, — негромко сказал ей Тео, пропуская внутрь, а сам поспешно выскользнул в коридор. — Скоро выйдет. Удачи.
Дверь закрылась, оставляя ее одну. Почти одну. Через вторую дверь в номере доносился характерный шум воды. Ладно, еще есть несколько минут. Хлоя неторопливо прошлась по комнате, разглядывая светлые стены, какие-то странные синие артхаусные картины со странными кругами, две односпальные кровати и сброшенные в угол спортивные сумки.
Пробежалась пальцами по зачехленной гитаре, бережно уложенной на диванчике, с нежностью погладила оставленный на столе телефон с кислотной заставкой, будто приветствовала страрых знакомых, и только после этого присела в серое винтажное кресло напротив двери, нервно теребя лямку рюкзака.
Вышедший через какое-то время Кайл ее не сразу и заметил, на ходу вытирая мокрую голову. Зато у Джонсон было приблизительно пять секунд, чтобы незаметно полюбоваться парнем. Джинсы он, конечно, на себя надел (и на том спасибо), а вот с верхом решил не заморачиваться. На голых плечах и груди красовались капельки воды. Не каченный-перекаченный, но и не худой. Всего ровно столько, сколько нужно, чтобы пустить слюну. Какой же он все-таки красивый…
Холден поднимает глаза, видит гостью и… тяжело вздыхает.
— Тео проболтался, да?
Нет, ну вот почему он ничего не надел, а? У Джонсон все мысли разбежались по разным углам. Она сидела и смотрела на него, не произнося ни слова. В голове кружились настойчивые и никак не желающие прогоняться хороводы из поцелуев, объятий и смятых простыней.
— Хлоя? — пощелкал пальцами Кайл, привлекая внимание.
Джонсон вздрогнула.
— Оденься, пожалуйста, — вздохнула она. — Невозможно же разговаривать.
Раздался смех, но Холден послушно полез в сумку за чистой футболкой.
— Так вот что надо было сделать, чтобы ты меня не бросила? Раздеться? Я запомню.
— Обхохочешься, — нахмурилась мигом посерьезневшая Хлоя, которую больше уже ничего не отвлекало. — Мне пришлось, только почему-то это не помогло.
— Интересно, и почему это? — пожал плечами Холден, присаживая на кровать так, что они теперь сидели друг напротив друга. — Ну и зачем ты приехала? Будешь пытаться меня переубеждать?
 
— А получится?
— В данном случае, вряд ли.
— Кайл, это глупо. Ну нельзя же…
— Эй, давай-ка подумаем: прошло достаточно времени. Я все взвесил и решил. Так что никаких необдуманных решений, сделанных на эмоциях, или как ты там говорила? Это мой выбор.
— И что, хочешь сказать, тебе наплевать на группу? Больше не хочешь играть?
— Почему? Хочу. И если у нас ничего не получится, о чем ты опять же столь незатейливо намекнула мне тогда, наверное, будет шанс вернуться в нее. Но пока вот так.
— Только я этого не хочу. Не хочу, чтобы из-за меня… — Хлоя замялась, устало подперев голову рукой и потирая переносицу. Молчала, молчала… а потом решилась. — Ты не уйдешь из группы, ясно?
— Потому что… — вопросительно округлил глаза тот.
— Потому что не уйдешь. Точка.
— Ух ты, как аргументировано. Да ты умеешь убеждать!
— Не ерничай.
— Хлоя, я не могу тебя потерять. Не сейчас. Ты нужна мне больше, чем думаешь. Не могу этого объяснить, да и не хочу. Просто…
Джонсон резко поднялась с кресла, подошла к нему и, сбросив на пол рюкзак, уселась верхом на изумленного парня.
— Не потеряешь, — ответила она, пальцами обводя контуры его лица. Как же сильно за эти дни ей хотелось это сделать. А еще поцеловать, очень-очень хотелось… Хлоя склонилась, запечатляя на его губах легкий, но наполненный всеми бушующими в ней чувствами поцелуй.
Кайлу пришлось приложить усилия, чтобы сдержать порыв завалить ее на постель, покрывая и покрывая поцелуями. Раздеть, а затем продолжать целовать. Везде, всюду и… Но разговор был еще не окончен и первым отстранившись, он взял ее лицо в ладони, с любовью и нежностью разглядывая милые черты.
Интересно, а Хлоя знала, что когда она морщится — у нее на переносице вырисовывался забавный еле заметный треугольничек. А когда улыбалась — с правой стороны появлялась ужасно милая ямочка. А эта россыпь крохотных родинок под левым глазом? И едва заметный шрам внизу на подбородке. Вроде незначительные детали, но именно они и делали ее по-особенному привлекательной.
— Точно не потеряю? — тихо переспросил Холден.
Такой же тихий, но уверенный ответ.
— Нет.
— У тебя есть какой-то хитрый план?
— Возможно… И хоть я слабо представляю себе отношения на расстоянии, но… нужно попробовать в этой жизни все, верно? Да и скучать мне не придется. Буду занята учебой в Гриффите, если еще поступлю конечно, так что… — Хлоя склонилась, достала из валявшегося у ног рюкзака белую розу и протянула парню со слегка смущенной, но не лишенной хитрости улыбкой. — Мой белый флаг. Пойдем на перемирие?
Кайл расплылся в улыбке. Знакомые слова, очень знакомые. Он же и говорил их ей казалось бы совсем недавно, но на самом деле ужасно-ужасно давно… И что ему сделать? Ответить так же, как когда-то ответила она? Хотя вряд ли у Джонсон припасен мешок с розами, чтобы засыпать его машину.
Нет, нет, нет. Лучше он кое-что уточнит.
— Перемирие, говоришь? И ты действительно готова пойти на это? — принимая цветок и игриво поглаживая Джонсон бутоном по носу, спросил Холден. — Два года немаленький срок… А там еще неизвестно, как сложится дальше.
— Еще как известно. Контракт придется продлять. Я в вас не сомневаюсь. И это хорошо. Правда, хорошо.
— И?
— Ну… — Хлоя честно задумалась, вспоминая последние разговоры с отцом. А они обсуждали самые разные варианты, включая переезд в полном составе, что особенно сильно зацепило тогда ее. Папа почти не сомневался, когда это предложил. ПАПА не сомневался, а она… — Закончу университет, а там и Софи подрастет… Возможно, я больше не буду им так нужна и смогу перебраться сюда…
 
— И что, оставишь Квинсленд? Ты ведь его любишь.
— Люблю, — кивнула Джонсон. — Но тебя люблю все же больше, — легкое замешательство, словно Кайл не до конца осознал смысл ее слов… И почти сразу восторженный блеск в глазах. Самое лучшее и самое желание признание. Как давно он его ждал. Торжествующая улыбка растянула губы. Торжествующая, довольная и… насмешливая. Что, серьезно? Даже сейчас без нее никуда? Девушка негодующе пихнула его локтем. — Что за физиономия? Вот еще заржи! Я ему тут душу наизнанку, а он…