Паладин развивает территорию Том V (СИ)

Хотя лорд любил их, всегда хвалил и даже ласкал, но с тех пор, как Рагнар в столовой, сидя на коленях отца, отбивался от остальных, оказаться на коленях отца стало своего рода знаком победы над другими братьями и сёстрами, а прямо сейчас именно младший победил всех.
Виктор, дослушав рассказ Бьёрна, даже смутился немного от такого восхваления.
— Кхм… Всё верно, — откашлявшись, ответил он, а затем добавил: — У меня множество проектов, которые надо реализовать. К тому же, всё это необходимо сделать до начала войны с империей Тиллисат. — Он задумался на секунду, после чего, улыбнувшись, посмотрел на Сильвию: — Я никогда не хотел быть герцогом. Я занял трон только потому, что это было необходимо. Когда закончится война, мы с вашими мамами возьмём корабль и отправимся в путешествие по всему миру, а вы останетесь руководить владениями.
  
Женщины чувствовали себя так, словно попали на какие-то эмоциональные карусели, потому что их супруг заставлял прочувствовать весь спектр: от счастья до отчаянья.
Последние слова оказались особенно приятными для каждой из них.
Миранда со счастливой улыбкой обратилась к супругу:
— Мы отправимся все вместе? Я слышала, что высшие эльфы перебрались на другой континент. Может, сможем их найти!
Виктор, самодовольно улыбаясь, ответил:
— Конечно, поедут все, кто захочет. Не зря же я построил такой огромный корабль.
Александр сидел, насупившись, на его коленях, не зная, что теперь делать. Он очень хотел злиться на отца за то, что тот пренебрегал Сильвией, да ещё и пропал на целых пять лет.
Ему постоянно рассказывали, какой великий человек его отец, но самому мальчику довелось видеть только грустное лицо матери при каждом упоминании её мужа.
Однако прямо сейчас отец гладил его по голове, и от этих прикосновений исходило настоящее тепло, отчего не получалось толком злиться.
Исподлобья посмотрев на Виктора, Александр с трепетом разглядывал героический профиль своего отца, который, словно высеченный из камня бог, единственным глазом смотрел на свою семью.
Вновь опустив голову, ребёнок думал лишь о том, чтобы тот никуда больше не уезжал и не оставлял семью надолго, ведь тогда самому мальчику и его матери не придётся грустить.
Лорд, заметив взгляд сына, улыбнулся ему и, потрепав по голове, подхватив на руки, поднялся с места.
— Сильвия, пожалуйста, займись всеми делами герцогства. Пусть меня не тревожат, я планирую вернуться в Балтес и заняться действительно важными делами. — Бросив эти слова, он, забрав остальных детей, направился в боковую дверь, оставив всех в недоумении.
Женщины смотрели то друг на друга, то на хранителей, которые вскоре, поклонившись, пошли прочь из зала.
Шона, провожавшая взглядом своего мужа, презрительно фыркнула:
— Вот ублюдок! Это он, наверно, так мстит мне за то, что я не прихожу в его спальню! Ну, мы ещё посмотрим… — Женщина была абсолютно уверена в своих словах.
Гордо задрав подбородок, она, развернувшись, громко стуча каблуками по мраморному полу, пошла в сторону центрального выхода, ни с кем не прощаясь.
Фрейя пожала плечами, глядя на Миранду, и, ухмыльнувшись, направилась следом за Шоной.
— Отпуск… Неплохая идея, — напоследок бросила девушка с лисьими хвостами.
Миранда в реверансе попрощалась с Сильвией и также пошла следом за остальными.
Лишь хозяйка дома до последнего стояла, осмысливая произошедшее сегодня.
В книге, что она получила, было слишком много правил, и, хотя их нельзя было направить на нынешних жён, но на детей запросто.
Особенно беспокоили те, за которые наказание — смертная казнь. Причём обвинения могут быть выдвинуты как самими хранителями, так и другими членами семьи. При достаточном количестве доказательств не пощадят никого, и от этого женщине становилось тоскливо.
Ей было тяжело думать, что кого-то из детей в семье могут убить в будущем, пусть даже это не её собственные дети.
От одной мысли Сильвию мутило и хотелось расплакаться, словно это всё уже случилось. С трудом собравшись с мыслями, она направилась в боковую дверь за Виктором, не желая сдаваться.
Надо было попробовать отговорить его от идеи введения кодекса в семье. Пусть такая попытка и выглядела обречённой, но попытаться стоило.