Паладин развивает территорию Том V (СИ)

Невозможно было изменить всё разом, поэтому воинам было позволено с разрешения хана участвовать в набегах, а их семьи в таком случае оставались заложниками на своих землях, что гарантировало лояльность.
Когда со всем было покончено, Виктор тайно от своей семьи попросил отправить к нему дирижабль, чтобы вернуться домой, потому что он уже готов был убить любого, кто скажет ему отправиться в путешествие на коне или в карете.
  
Однако тайно не значило, что никто об этом не узнает.
* * *
Столица герцогства Леомвиль, город Тиамант, был шумным, как никогда.
Суматоха началась сразу после того, как среди народа пошли слухи о возвращении герцога.
Жители, пять лет не видевшие и не слышавшие своего лорда, словно безумные готовились к встрече.
Повсюду на улицах развешивались флаги и разноцветные ткани, украшавшие дома. Рыцари вместе с полицией отлавливали любых нарушителей спокойствия, чтобы ничто не омрачило этот день.
Купцы последние две недели привозили товары со всего континента, чтобы преподнести в дар семье Леомвиль.
Не остались в стороне аристократы, прибывавшие отовсюду для встречи с Виктором, чтобы также выразить своё почтение и заручиться его поддержкой.
Хотя никто не знал, где точно пропадал Виктор, но с его возвращением затихшая знать активизировалась в одно мгновение, всем своим существом ощущая грядущие перемены.
Не остались в стороне и члены организации «Кредо убийцы», которые до этого момента уже отчаялись найти хоть какие-то следы герцога.
Им не удавалось проникнуть во дворец, так как там дежурили четыре легендарных рыцаря и шесть верховных магов, число которых увеличивалось день ото дня.
Не говоря уже про Балтес, который охранялся Звёздным магом и двумя десятками верховных магов и легендарных рыцарей, в чьём присутствии даже церковь должна была бы вести себя осмотрительно.
Однако, получив новости о возвращении своей цели, они тут же отправились в Тиамант.
Город был похож на встревоженный пчелиный улей, а летающие над ним десяток кораблей торговцев разных моделей, выпущенных за последние годы, делали это сравнение ещё более верным.
Тем временем были люди, которые готовились к возвращению герцога с особой тщательностью и прямо сейчас направлялись к северной части города, где располагалась посадочная площадка кораблей.
Две тысячи рыцарей верхом сопровождали двенадцать белоснежных экипажей с развевающимися флагами Леомвиль на них.
Гвардейцы в белоснежных мундирах, с двуручными мечами на поясе и винтовками за спинами въехали в город через южные ворота и по широкому проспекту, освобождённому от телег, карет и грузовиков, проходили маршем между столпившимися на тротуаре справа и слева от проезжей части жителями, которые приветствовали правящую семью.
Сильвия, находясь в идущем впереди экипаже с открытыми окнами, одетая в белоснежное платье, закрывавшее всё от пят до подбородка, сидела с горделивым лицом, иногда слегка поворачивая голову в разные стороны и кивая подданным, которые словно безумные кричали в ответ на её жесты.
Дети с улицы показывали на неё пальцем, дёргая за руку своих родителей, видя эту женщину несравненной красоты, которая с возрастом стала ещё величественнее и грациознее.
Никто не замечал, как она, нервничая, сжимала белоснежные ладони на коленях и поглядывала на своих детей, сидящих перед ней.
Двое её сыновей, одетые в белые мундиры, и две дочери, одетые в бирюзовое и зелёное платье, смотрели на мать, которую они никогда не видели в таком состоянии.
Всегда решительная и непоколебимая, прямо сейчас Сильвия, казалось, едет на суд, в котором будет решаться её судьба, отчего нервозность передавалась и им.
Видя, что смущает их, женщина мягко улыбнулась, чем вызвала бурю эмоций подданных, заметивших это, и одновременно успокоила детей.
— Вашего отца долго не было, но это всё ради вас и всей нашей семьи. Вы не должны опозорить его! — строго заявила она, на что дети ответили хором: Да, мама
Две золотоволосые девочки Анна и Адель подражали своей матери, стараясь держаться горделиво, в то время как Бьёрн пытался сосредоточиться, думая о предстоящей встрече.
Единственным, кто с самого начала ни о чём не беспокоился, оставался Александр, который рос точной копией своего отца, как внешне, так и характером.
Пусть Виктора и боялись все, но мальчик его толком не знал и даже в свои шесть лет не считал того достойным, чтобы перед ним так выслуживались, пока не докажет, что заслужил такое отношение.
Это была непоколебимая вера, присущая больше мужчинам, нежели детям, и этим он напоминал Рагнара.
Сильвия, казалось, засияла от счастья, глядя на своих детей, и сама не заметила, как все тревоги испарились.
Ей было важно показать, что пока супруг отсутствовал, семья осталась единой, а дети вели себя достойно своего отца.
Тем временем конвой, растянувшийся на полгорода, с шумом от стука копыт проезжал одну улицу за другой, где люди, словно морская волна, шумели с приближением очередного экипажа, в котором сидела одна из жён герцога со своими детьми.
Полиция с трудом справлялась с тем, чтобы сдерживать ликующих жителей, чуть ли не бросавшихся под колёса карет, и порой применяла ауру рыцарей для подавления совсем ретивых людей.
По крышам передвигались верховные маги, которые поддерживали на каретах непроницаемые барьеры для защиты пассажиров, вкладывая в это огромное количество маны.
В то же время сам Виктор лежал полураздетый в койке, приходя в себя после пьянки с дворфами, которую они устроили, посетив какой-то город, где закупили несколько бочек вина.
Открыв глаза, лорд лежал, глядя в потолок, пытаясь вспомнить, где он и почему здесь оказался.
Наконец осознав, что находится в каюте летающего корабля, Виктор с трудом поднялся с кровати и, опустив ноги на деревянный пол, стал двумя руками потирать виски, ощущая пульсирующую боль в голове.
— Проклятые дворфы… ай. — Даже собственный голос доставлял ему боль, и, решив ничего не говорить, лорд медленно поднялся с кровати и побрёл к небольшому санузлу, чтобы помыться.
Корабль в этом плане был очень удобен, так как двигатель давал не только энергию для движения, но и предоставлял холодную и горячую питьевую воду, что упрощало жизнь пассажиров.
Виктор, добравшись до раковины, стал умываться прохладной водой, когда услышал стук в дверь и бодрый голос Гелдора.
— Мы прибыли, выходи уже! Давай быстрее! Ау, ты там⁈ Просыпайся, чёрт тебя дери!
От каждого звука этого басящего дворфа голова лорда, казалось, сейчас треснет.
С трудом сдержавшись, чтобы не убить назойливого карлика, он вытер полотенцем лицо и, накинув рубашку, застёгивая её, пошёл на выход.
Со злостью распахнув дверь, лорд встретился взглядом с ехидно ухмыляющимся дворфом, который явно всё это делал нарочно, зная состояние герцога.
Однако, прежде чем они успели поссориться окончательно, Виктор замер, ощущая своей аурой тысячи людей вокруг корабля, но что было более странным, это ощущение людей в небе.
Обойдя самодовольного Гелдора, он прошёл через небольшой коридор и вышел на палубу, откуда открывался невероятный вид.
Корабль стоял на бетонированной площадке прямо у стен города, окружённый рыцарями Леомвиль, построенными в боевом порядке, создавая живой коридор, в конце которого собрались жёны и дети Виктора, за спинами которых стоял десяток верховных магов в белых робах с капюшонами, скрывавшими их головы и лица.
В небе кружили летающие корабли разных моделей, а сам город за стенами явно стал более современным, так как там можно было видеть высокие стеклянные здания, больше напоминавшие бизнес-центры на Земле.
  
Ошарашенный лорд наблюдал эту впечатляющую картину, напоминавшую какой-то «стимпанк», где кареты, грузовики, лошади, рыцари, маги и летающие корабли смешались воедино.
Забывшись от вида этой картины, герцог подошёл к борту корабля и посмотрел вниз на своих рыцарей, которые тут же ударили себя в грудь кулаком и хором закричали на всю площадь.