Предатель. Ты променял меня на бывшую (СИ)

— Помнишь, когда мы только приехали из роддома, как ты боялась уснуть, потому что вдруг он проснется, а ты не услышишь?
Мне становится смешно от этих воспоминаний. Не услышать крик голодного Темы было просто невозможно!
— Да. Потом я спала в любое время и в любом месте.
Тема был довольно беспокойным, и у нас были трудности в первый год.
Юра тогда здорово мне помогал. Без него я бы вообще не справилась.
  
— А помнишь, как ты качал пустую кроватку?
Юра смеется.
Он тоже тогда не высыпался. В одну из ночей я взяла кричащего Тему на руки, чтобы покормить, а Юра, толком не проснувшись, пробормотал мне: “Спи, спи” и стал качать пустую кроватку.
Это было смешно и мило.
— Помню, как уснул на работе. Прямо на совещании захрапел. Меня тогда Свиридов в бок толкнул, я чуть с кресла не упал.
Он тогда только недавно расширил компанию, и без него там было никак. Так что бедный Юра после бессонных ночей ехал еще утром в офис.
— Я же предлагала тебе спать в другой комнате! Ты же его все равно кормить не мог, так хоть бы высыпался!
— И оставить тебя одну? Ну уж нет! Мы его вместе делали, а ты еще и рожала! Так что вместе и мучаться ночами. А сбегать в другую комнату и оставлять тебя не спать одну, было бы неправильным. Хотя, признаюсь, порой хотелось, — улыбается он.
— Хорошо, что это длилось не очень долго.
Мы промучались так полгода, прежде чем наладили сон. И то получилось только благодаря Юре, который нашел в интернете какие-то таблицы с графиком сна для младенцев.
Я поначалу отнеслась к этому скептически, но мы попробовали, и дело пошло на лад.
— Да. Мы молодцы, мы справились.
Да. Когда были “мы”, мы могли справится с очень многим.
Мы стоим рядом и смотрим на нашего сына. И вновь у меня возникает ощущение дежавю. Мы так часто это делали, когда были одной семьей!
Вот так стояли и смотрели на спящего Тему, тихонько улыбаясь. Юра еще брал мою руку и прижимал мою ладонь к своим губам, словно бы благодаря меня за то, что подарила ему такой чудо.
Этот простой жест был таким милым и трогательным! И всегда наполнял мое сердце радостью.
В такие моменты я особенно ярко ощущала, что нас соединяет не просто любовь, но и этот очаровательный результат нашей любви, так сладко посапывающий в своей кроватке.
Внезапно чувствую, как Юрины пальцы вдруг переплетаются с моими, а потом кожу на ладони покалывает щетина, а затем к ней прикасаются горячие губы.
Так обалдеваю, что не сразу могу пошевелиться.
Что он делает?
Я нахожусь в замешательстве несколько мгновений. Но время словно замедляется для меня в этот момент.
Чувствую как стучит в ушах сердце.
Помимо воли вся эта ситуация и его прикосновение лишь усиливают состояние дежавю.
Я вдруг словно погружаюсь в прошлое.
В те времена, когда мы были еще семьей. Когда между нами не было другой. Когда мы просто любили друг друга.
На пару секунд в моей груди разливается приятное тепло и сердце разрывается от счастья. Я словно вновь та, другая Мила, что осталась в прошлом, а он — тот, другой Юра, который любит только меня.
И мы с замиранием сердца любуемся на нашего спящего сына, а затем мой муж нежно целует мою ладонь.
Как же я была счастлива тогда! Как мне было хорошо, уютно, тепло, защищенно!
Все было просто и понятно. Он был рядом — надежный мужчина, на которого всегда можно положиться. Мой любимый, мой муж, мой лучший друг, моя родная душа, половинка моего сердца.
Как же я хочу, чтобы ничего просто не было! Все стереть из памяти, отмотать назад, вернуться в прошлое!
Все это проносится в моей голове за пару мгновений.
Я моргаю, и возвращаюсь в настоящее.
Это все просто мечты. Фантазии, иллюзия.
В моей реальности я разведена, а мой бывший муж любит другую.
Вздрагиваю, понимая, что он и в самом деле целует мою ладонь.
И на меня обрушивается волна боли. Боли от того, что больше ничего нет. Всего этого нет. Моей семьи нет. Нас нет.
Вслед за болью приходит злость.
Какого черта?!
— Юр, ты обалдел? — шиплю я, пытаясь выдернуть руку.
Тема причмокивает губами во сне.
— Ш-ш-ш!.. — шипит в ответ Юра.
— Зачем ты?.. — моему возмущению нет предела.
— Вспомнил просто, как делал это раньше… вот и накатило, — невозмутимо отвечает он.
— Раньше ты был моим мужем! А сейчас ты мне никто!
Он прикрывает глаза и вздыхает.
— Ладно, Мили, остынь. Я не хотел ничего такого.
Он не хотел ничего такого!
Скотина!
Я выдергиваю руку и быстро направляюсь к двери. Юра было следует за мной, но я обжигаю его взглядом:
— Даже не думай!
В этот момент на кровати ворочается Тема, и Юра останавливается.
Я выхожу из спальни и иду вниз.
Щеки горят, в груди кипит. Нужно на свежий воздух.
Выхожу на террасу. Еще светло, но уже потихоньку сгущаются сумерки.
Сажусь за стол и наливаю себе сока в бокал. Замечаю, что руки подрагивают. Залпом его выпиваю, даже не почувствовав вкуса.
— Эмилия, ты Юру не видела? А то хотим уже торт выносить… — спрашивает меня свекровь.
— Он наверху. Тему укладывал. Думаю, скоро спустится, — немного нервно отвечаю я, тщетно пытаясь успокоиться.
Разворошил во мне все!
Внезапно я слышу красивый женский бархатный голос. Знакомый голос.
Сердце пропускает удар.
— А для меня найдется кусочек торта, Наталья Семеновна?
Глава 21
Не может быть!
У меня во рту все пересыхает.
Я ошарашенно поднимаю глаза и вижу, как на террасу заходит Селена.
На ней красивое платье цвета топленого молока, великолепно подчеркивающее ее золотистый загар и точеную фигуру.
Длинные роскошные черные волосы заплетены в нарочито небрежную французскую косу, перекинутую на одно плечо.
Макияж совсем легкий, естественный. Ей больше двадцати семи и не дашь.
При этом выглядит она очень элегантно и невероятно дорого. На запястье стильный широкий золотой браслет, который стоит, судя по всему, целое состояние.
В ее руках большой букет из потрясающе красивых нежных белых роз и перевязанная золотистой лентой подарочная коробка, тоже белая. Кажется, она даже цветы и упаковку выбирала так, чтобы подходили по цвету к ее платью.
На террасе воцаряется тишина. Так тихо, что я слышу, как сильно бьется мое сердце.
Селена не шарит глазами по гостям, не выискивает Юру или меня. Она смотрит только на свекровь.
А та ошарашенно глядит на неожиданную гостью так, словно увидела привидение. Я вижу, что она растеряна.
Да, Наталье Семеновне сейчас не позавидуешь. Что ей делать?
Встретишь гостью тепло — мать ее внука может обидеться. А отношения со мной она явно не хочет портить.
К тому же, она помнит, в каком состоянии был ее сын после расставания с Селеной, так что навряд ли она рада тому, что они вновь сошлись.
А встретишь холодно — вдруг сын потом на ней женится? Получается, с будущей невесткой тогда отношения испортишь. К тому же, она — дочь подруги, даже если они давно не общаются.
Свекровь растерянно обводит взглядом гостей, в надежде увидеть сына, который бы как-то разрулил ситуацию, но Юра все еще в доме.
— Ой, Селена!.. Какая неожиданность… — бормочет она, вставая со стула и нервно сжимая пальцы рук.
Бедная женщина, мне становится ее жалко. Это Юра тут накрутил, а выпутываться приходится ей.
— Я вернулась в город и вот, решила вас навестить и поздравить с днем рождения. Я ведь помню, что он у вас сегодня, — воркует та.
— Помнишь? Надо же…
Я понимаю, что свекровь явно не знает, как себя вести и что говорить, а потому просто тянет время, надеясь на спасительное появление Юры, которого все нет.
— Ну конечно, мы же уже его отмечали все вместе. Правда это было несколько лет назад, но ваша семья всегда была мне как родная.
Какой изящный прогиб!
Интересно, знал ли Юра о ее приезде? Нет, вряд ли. Скорее всего, это самодеятельность, так же, как и тогда после развода.