Предатель. Ты променял меня на бывшую (СИ)

Мое тело так естественно и привычно прижимается к нему, сердце в груди радостно колотится, а по коже бегут мурашки от его прикосновений.
Юрочка, мой любимый, милый, родной! Мне хочется задушить его в объятиях от переполняющих меня эмоций…
Жмурюсь и мурлычу как кошка, прижимаясь к его лицу и зарываясь пальцами в его волосы.
— Девочка моя… такая сладкая… — бормочет он мне на ухо, щекоча кожу дыханием.
  
Вот только какой-то запах меня тревожит. К запаху Юриного парфюма примешиваются нотки другого — женского, тяжелого, резковатого, хоть и едва уловимого.
Я открываю глаза и не сразу понимаю, где я нахожусь. Только что это был наш сад, а сейчас вдруг какая-то полутемная комната… кажется, это спальня в доме Юриных родителей…
Блин!
Какого черта?!
Глава 24
Я отталкиваю Юрину руку, которая гладит меня по лицу, вырываюсь, но он перехватывает мои запястья и прижимает их к кровати.
— Тихо, тихо…
Что, блин?..
Сон как рукой снимает.
За окном уже рассвет, и мягкие розовые лучи рассеивают мрак, освещая сидящего на моей кровати мужчину.
Он выглядит странно. Волосы взъерошены, ворот перекошен, на шее помада, глаза дикие.
— Юра, ты офигел? Что происходит? — ахаю я.
— Хреново мне, Мил, — отвечает он сквозь сжатые зубы, а на лице играют желваки.
Ему хреново? Ему?!
А мне, блин, хорошо?
Решаю не спрашивать его, что случилось. На фиг мне его проблемы!
— Зачем ты приехал? — цежу я.
— Я же должен вас отвезти домой.
— Не нужно! Нас Игорь отвезет! — сердито отвечаю я.
— Ты попросила Игоря? Зачем? — хмурится он.
— Потому что ты уехал! Откуда мне было знать, что ты вернешься?
— Как же я мог не вернуться? Ты же меня знаешь, я бы так никогда не поступил. Если обещал отвезти, то отвезу. Я собирался тебе сказать, но ты убежала.
— Знаю тебя? Я тебя вообще не знаю, Юра! Совсем! Ты для меня — незнакомый чужой человек, ясно? Ты уехал со своей любовницей в спа-отель, бросил меня тут одну с ребенком, у которого температура… И что, я не должна была ничего предпринимать?
— У Темы температура? — он хмурит брови, а в голосе появляется тревога.
— Уже нет, я ее сбила.
— Нужно показать его врачу.
— Да что ты! Без тебя не догадалась бы!
Как же он меня бесит!
— Почему ты мне не сказала? — продолжает он свой допрос.
— Ты собирался со своей прошмандень в спа-отель, зачем портить тебе отдых? — язвлю я.
— Я — его отец, Мила! Ты должна сообщать мне такие вещи! — сверкает он на меня глазами.
— Да ни хрена я тебе не должна! Ты заявился ко мне в комнату прямиком от любовницы из вашего спа! И еще смеешь от меня что-то требовать?
— Это не так, — на его лице играют желваки. — И я не был ни в каком спа.
— Неужели? — смеюсь я, это и правда смешно. — Ты бы хоть помылся после нее. От тебя ее духами разит и помада на шее. Фу!
Он отпускает мои запястья и выпрямляется.
— У меня не было времени принять душ.
— Да ну! Сейчас пять утра! Куда ты так торопился?
— К тебе.
Он смотрит на меня своим каким-то безумным взглядом, чем порядком пугает меня.
— Иди туда, где был, Юра. Я поеду с Игорем. Не хочу даже в машину с тобой садиться. И больше не приходи ко мне. Ребенка я тебе в дверях буду передавать. Видеть тебя не хочу! Ты мне отвратителен!
Юра
Это больно. Слышать такое от нее больно.
На душе так тяжело, что хочется выть.
— Пойду проверю, как там Тема. Спи, еще рано.
Выхожу из комнаты и иду к сыну.
Он спит. Лоб не горячий, жара явно нет. Выглядит нормально. Облегченно вздыхаю и иду на кухню. Нужно хоть кофе выпить.
— О, какие люди! А мы решили, что ты не вернешься, — заявляет Игорь в пижаме, пьющий чай за кухонным столом.
— Что ты тут делаешь в такую рань? — интересуюсь я, открывая шкафы в поисках кофе.
— Не спится, — пожимает он плечами.
— Отвезешь Милу и Тему в город?
— Да без проблем! Я и сам туда поеду. А ты разве не за этим вернулся?
— Она не хочет со мной ехать, говорит, что я ей отвратителен.
— Ну, я ее понимаю. Ты, похоже, неплохо отдохнул в спа-отеле, судя по твоему непотребному виду, — поднимает он бровь.
— Да не был я ни в каком спа-отеле! Это Селена предложила, а Мили услышала.
— А где же ты был?
— Селену в город отвез. Не мог ее саму отправить. У нее машина заглохла в полукилометре отсюда. Она оттуда сюда пешком дошла.
— Хмм… Уверен, что она и правда заглохла? — бросает на меня любопытный взгляд младший брат.
— Нет. Но ходить и проверять в темноте желания не было, — качаю я головой. — Пусть потом сама приезжает и забирает свою тачку.
— Так, ладно. Ты из-за Мили ее повез?
— Естественно! Я же обещал ей, что Селены тут не будет. Эмилии видеть ее неприятно, и это логично. А в итоге получается, что соврал! Я такое не люблю, ты же знаешь. Я был обязан решить проблему.
— У тебя помада на шее, — между делом замечает он.
— Да знаю я уже! Черт!
Потираю шею, не понимая, где именно нужно тереть, чтобы стереть отпечаток.
— Левее. Вот, да. Теперь все. Ты ее в машине что ли… оприходовал?
— Слова-то какие! — фыркаю я. — Нет. Она пыталась меня… кхм… убедить поехать с ней в отель.
— И ты не поехал?
— Не поехал, я же сказал.
Игорь, прищурившись, смотрит на меня.
— Ясно. Ты такой странный. Дурной я бы сказал.
— Я знаю, — отвечаю я, помешивая в кофе сахар.
— Ну а чего злишься?
— Откуда знаешь, что злюсь? — удивляюсь я.
Вроде я свои эмоции не демонстрирую.
— Пфф!.. — он закатывает глаза.
— На себя злюсь, — признаюсь я.
— А, ну это правильно. Дел ты наворотил, братец… Теперь разгребать и разгребать.
Это точно.
— А Селена что? — спрашивает Игорь.
— Ничего.
Посвящать брата в подробности не хочу.
И вообще, обсуждать это сейчас тоже не хочу. Я слишком зол.
Глава 25
Юра
2 месяца назад
Я выхожу из нашего дома с сумкой на плече.
Ощущение странное. Вроде как в командировку еду, хотя умом понимаю, что нет.
Первые минуты я на каком-то адреналиновом подъеме.
Сажусь в машину, выезжаю в сторону города. Внутри буря из эмоций, желудок крутит.
Останавливаю тачку, проехав всего пару километров. Руки дрожат, нужно подышать.
Выхожу и, опершись на кузов своего “гелика”, опускаю голову и делаю несколько медленных глубоких вдохов.
Небо потихоньку краснеет на востоке. Вот и рассвет. С удивлением смотрю на эту красную полоску.
Когда я в последний раз летом видел рассвет? Не помню.
Кажется, это было, когда мы с Милой застряли на Васильевском острове из-за того, что мосты развели, и всю ночь напролет гуляли, держась за руки и болтая о всякой ерунде.
Она была в летнем платье с маленькими вишенками, которые я вначале принял за мухоморы, а чем ей и сообщил. Мила обиделась за свои вишенки, и пошла впереди, скрестив руки на груди, в шутку, конечно.
А я шел сзади и с удовольствием разглядывал ее стройную девичью фигурку и загорелые идеальной формы ноги, отпуская ей вслед тупые шутки.
Вскоре она не выдержала и засмеялась. Я любил, когда она смеялась. Мне кажется, именно в ее улыбку я и влюбился.
Мы были молоды, влюблены и счастливы.
А сейчас… Мы и сейчас еще молоды, вот только за ежедневной рутиной потеряли ту легкость, что в нас была.
Глубоко дышу и тру переносицу.
Что за день сегодня такой?
Все с самого утра пошло наперекосяк.
Ночью мне вновь снилась Селена.
Просто наваждение какое-то, блин. Пытаюсь выкинуть мысли о ней из головы днем, так она приходит ко мне по ночам.
Я смотрел вечером с Милой фильм, когда она прислала сообщение.
Решил не отвечать и даже не открывать. Но Мила недовольно посмотрела на вибрирующий телефон, и я взял его в руки.
Селена: “Я бы очень хотела тебя увидеть”