Колонисты. Хруст. Дилогия (СИ)

Сначала мне показалось, что я увидел кучу тряпья, лежащую на земле, а затем понял – это человек. Грязный и оборванный.
– Пошли отсюда, – с брезгливой гримасой предложил Кийко, – что за люди, даже здесь умудрились оскотиниться…
– Погоди‑ка… – от лежащего не несло алкоголем или запахом давно не мытого тела, который обычно и источают подобные персонажи. Более того, почему‑то мне он даже пьяного не напоминал.
Я подошел и аккуратно перевернул лежащего на спину.
– Твою мать! – констатировал Кийко, стоявший у меня за спиной.
Перед нами лежал Строгов. Его было сложно узнать – лицо опухло, покрыто ссадинами, синяками и грязью, залито уже успевшей засохнуть кровью. Но это однозначно был Строгов.
– Вот и повод для больницы нашелся, – пробормотал я. – Эй, ты как?
– Х…херово… – прошипел‑просипел Строгов.
– Кто тебя так? – спросил Кийко.
– С‑сослуживцы…бывшие, – прошепелявил Строгов одними губами.
– Млять, да они ему челюсть еще сломали… – возмутился Кийко.
– Помоги! – бросил я ему, хватая Строгова за рваные края бывшей некогда добротной одежды.
Мы вдвоем подняли Строгова. Подняли и потащили в сторону больницы.
– Эй, это чего? Это что? – встрепенулась медсестра, едва мы только вошли в здание. – У нас мест нет, нечего сюда всякую алкашню тягать!
– Это не алкаш, – вступился я за Строгова, – человеку нужна помощь, его избили сильно.
– Бухать надо было меньше! – был мне ответ.
– Значит так, мадам! – вступил в разговор Кийко. – Этот человек – егерь. Ему сильно досталось, и он имеет право на медпомощь. За которую, к слову, он еще вам и заплатит. Так что меньше текста, больше дела!
– Егерь! – ахнула тетка. – Это Строгов, что ли? Батюшки…
Она всплеснула руками.
– Это где ж ему так досталось? Мары, наверное?
– Как раз нет, – ответил Кийко, – в город он пришел на своих двоих и во вполне себе здоровом виде.
– А кто тогда? Колонисты, что ли? Вот ведь, сволочи. Понавезут всяких каторжников и шпану, и она…
– Вояки это, – перебил я словесный понос.
– Какие вояки? – не поняла тетка.
– Самые обычные, гарнизонные, – ответил я.
– Да кто же это? Да за что? – удивленно замямлила медсестра.
– Вот вы его сейчас подлечите, челюсть вставите на место, и мы узнаем, кто и за что, – ответил Кийко, – а потом к вам доставим, и вы тогда узнаете, кто это был.
– А к нам‑то зачем? – не поняла тетка.
– Лечить, естественно, – хмыкнул Кийко, – давай, тетя, не тяни время – зови врача!
– Сейчас‑сейчас, – забормотала тетка.
Не прошло и пары минут, как появился врач.
– Что тут такое? – начал, было, он.
– Егерь, травмы, – тут же сказал я, чтобы не разводить заново демагогию на тему «не принимаем алкашей, идите отсюда». Все‑таки Строгов, мягко говоря, выглядел действительно непрезентабельно – весь грязный, оборванный.
– Так…на каталку его, – приказал врач медсестре, и та тут же бросилась в подсобное помещение.
– Да к черту каталку, – сказал я, – давайте я его так доставлю. Показывайте куда.
– Тогда идем за мной, в конец коридора и направо, – приказал врач и двинулся вперед.
Я перехватил Строгова, подмигнул Кийко и поволок больного вслед за врачом.
Кийко остался на месте.
Выскочившая в вестибюль медсестра с каталкой удивленно озиралась, не понимая, куда успели деться Мик, Строгов и, собственно, врач, пославший ее за каталкой.
– В процедурную они пошли. Врач сказал туда ему каталку отвезти, – подсказал ей Кийко.
– Ой, дружок, а не отвезешь ли? – спросила медсестра. – Я ведь на посту…
– Да я знаю, что ли, куда надо? – пожал плечами Кийко. – Еще и грязный весь. Мне как раз по больнице шариться! Отвезите сами.
– А вдруг кто появится и начне…
– Да я успокою, объясню ситуацию. И вообще, что за пару минут изменится? Везите каталку, я тут покараулю.
– Ну, хорошо, – кивнула медсестра и двинула вперед.
Едва она скрылась за поворотом, Кийко запустил руку в карман, выудил миниатюрное устройство и воткнул его в порт стоящего на посту терминала.
Как и в прошлый раз, взломщику понадобилось секунд двадцать, чтобы сделать свою работу. Он мигнул зеленым диодом, сигнализируя, что работа выполнена, и тут же начал с нарастающей скоростью мигать красным, показывая, что до самоуничтожения остались считанные секунды.
 
Кийко перегнулся через стойку поста, вытащил устройство и бросил себе в карман. Вот и все, дело сделано.
Он дождался медсестру, сообщил ей, что никого не было, отправил сообщение Мику. Дождавшись ответа, он попрощался с теткой на посту и вышел из больницы, зашагав в сторону бара Кэссиди.
Кийко не заметил, что на уже начавшей темнеть улице, буквально в нескольких метрах от входа в больницу затаились трое.
– Он, не он? – спросил один из них у главаря тихим шепотом.
– Не. У того ствол был такой…энергетический, в кобуре. И с ним второй тип был – клон. А этот, видишь, нормальный и один.
– Тогда ждем. Рано или поздно он из больницы выйдет…
Врач сделал свою работу качественно и быстро. Вкатил Строгову обезболивающее, вставил челюсть на место, наложил гипс на поломанную руку, обработал ушибленные места. Конечным аккордом стал укол нанитами.
– Ну вот, – сказал он, – в порядке будет ваш егерь. Не обещаю, что завтра, но послезавтра точно, как новенький станет!
– Поговорить с ним можно будет сегодня? – спросил я.
– Вряд ли, – покачал головой врач, – обезболивающее как вкололи, он тут же и отключился. Думаю, до утра проспит. Да и не стоит его сейчас тревожить.
– Ну, ладно, – кивнул я, – до утра потерпим как‑то…
– Вот и славно, – согласился врач, – помоги‑ка мне его на носилки перенести. А то пока санитаров дождемся, сами тут заснем.
Мы осторожно переложили Строгова с кушетки на каталку, и врач толкнул ее в коридор.
– Куда его? В отдельную или в общую? – поинтересовался он у меня.
Я задумался.
– Давайте в отдельную, если проснется и будет буровозить, я утром приду и оплачу его палату.
– Не вопрос, – пожал плечами врач, – тогда он будет в одиннадцатой. Если что, утром туда и подходи.
– Хорошо, спасибо, – кивнул я, – тогда до встречи.
– До свидания, – ответил врач и покатил Строгова дальше по коридору.
Я же отправился на выход.
– Ну, как там, нормально с ним все? – окликнула меня медсестра на посту.
– Да, жить будет, – ответил я, – врач сказал, завтра‑послезавтра как новый будет.
– Ну, и слава богу, – облегченно вздохнула тетка, – а твой дружок ушел уже…минут пятнадцать назад.
– Да, знаю. Я ему написал, чтобы не ждал, – ответил я.
Я действительно предложил Кийко подождать меня в баре. Зачем ему торчать в больнице? Тем более, если я правильно понял по его сообщению, здесь взломать сеть и украсть данные тоже удалось. Все сложилось удачно.
Я толкнул дверь и вышел на улицу. Уже совсем стемнело, хотя время было относительно ранее – около 18 часов. М‑да…осень, что сказать. Тут, на Хрусте, световой день зимой, наверное, будет еще короче, чем на Земле…
– Он, точно он! – донеслось до меня откуда‑то сзади.
Я попытался повернуться и тут же получил удар по голове. Я успел разглядеть летящую мне навстречу плитку, украшавшую крыльцо больницы.
Больно ударившись об нее лицом, я все же нашел в себе силы попытаться встать.
Однако мне не позволили.
– Ну что, клоун, нравится? – послышался злобный шепот. А затем мне под дых ударили так, что в глазах потемнело, грудь просто взорвалась от боли. Я попытался вдохнуть, но не получилось ‒ я раскрывал рот, словно выброшенная на берег рыба, будучи не в состоянии вдохнуть или выдохнуть.
– Мразь! Я ведь не забыл тебя! – вновь послышался голос. – Думал, моську сменил, и я тебя не знаю? А, хрен тебе!
 
В этот раз удар пришелся прямо в лицо. Жесткий носок ботинка разбил мне нос и губу, я тут же почувствовал во рту привкус крови.
– А знаешь, как я тебя узнал? – говоривший схватил меня за волосы и вздернул голову, заглядывая в лицо. Вот только я его разглядеть не смог – в глазах плавали черные пятна, сфокусироваться никак не получалось.