Колонисты. Хруст. Дилогия (СИ)

– Пока не родила, – буркнул тот, – нормально все. Когда в Муравейник собираетесь выдвигаться?
– А ты торопишься? – поинтересовался я.
– Не хочу тут надолго оставаться, – ответил Строгов, – сам знаешь почему.
Ну да, знаю. Уж больно вояки невзлюбили Строгова. Впрочем, он им отвечал тем же. Насколько я знал, он не стал строчить жалобу Матери на тех двоих, что его так лихо отработали. И явно он отказался от жалобы не потому, что боялся их или сомневался, что система вояк накажет. Нет, Строгов явно вынашивал план мести. Так сказать, готовил ответку. Что же, он в своем праве.
– Знаю, – кивнул я, – но у нас тут планы поменялись.
– М‑да? – поднял бровь Строгов. – И что вы тут напридумывали?
– Сначала скажи: Кузьма действительно хороший механик?
– Насколько знаю ‒ да. А вы что, транспортом разжились?
– Планируем, – усмехнулся я. – Как думаешь, сможет он запустить вездеход?
– Сможет, – уверенно заявил Строгов, – можешь быть уверен. Если вездеход не разворотили чем‑то серьезным и движок работает, то запустит.
– Ну вот, я ж говорил, – сказал Кийко.
– М‑да, выходит действительно одаренный, – признал я, – и механик, и оружейник, и…
– Кто оружейник? Кузьма оружейник? – рассмеялся Строгов. – Да какой он оружейник? Так, халтурщик.
– В смысле? – не понял я.
– Да он не знает, с какой стороны за ствол взяться, – продолжал веселиться Строгов.
– Ну не знаю…ОСЗ и «Щелчок» он нормально чистил. Да и энергопистоль мне настроил, – засомневался я в словах Строгова.
– На этом все его возможности заканчиваются, – вновь рассмеялся Строгов, – он у нас энергопушки любит. А вот все остальное – нет. Почистить любой дурак может. А вот поставить приблуды, все настроить, поменять ложе или приклад, так для этого у него руки не заточены.
– Да ладно, – вмешался Шендр, – нормально он мне винтовку переделал. Вон, облегченный приклад поставил и оптику сменил.
– Ты какого лешего оружие испортил? – возмутился Строгов. – Я тебе нормальный ствол отдал, а ты его так изгадил? Ну‑ка, дай сюда.
Прежде чем Шендр успел возразить, Строгов схватил его винтовку и принялся вертеть ее в руках, щелкая фиксаторами, переключая режимы прицеливания.
– Блин! Да тут все заново переделывать! – с возмущением заявил он спустя пару минут. – Приклад болтается, оптика смещена. А тут он что начудил?
– Нормально там все, – буркнул Шендр, забирая у Строгова оружие, – меня все устраивает.
– А‑а‑а! Ну, если устраивает, то другое дело, – протянул Строгов, возвращая оружие владельцу, – но потом не ной, что косить начал.
– Не буду, – пообещал Шендр.
– Так что вы задумали? – поинтересовался Строгов у меня.
– Сходить на болото, – ответил я.
– Удачи, – Строгов плюхнулся на свободный стул и забросил ноги на стол, – я вас тут подожду. Или могу возле клон‑центра встретить. Что вы там забыли?
– Нормальную броню и нормальное оружие, – ответил я.
– И что ты имеешь ввиду под «нормальным»? – с издевкой спросил Строгов.
– Фазерные винтовки, – ответил я.
– Повтори! – Строгов моментально посерьезнел.
– Фазерные винтовки, – ответил я.
– Парень! Ты хоть знаешь, что это? – тихо, практически шепотом спросил Строгов. – Это оружие армейского спецназа. Откуда оно здесь, на Хрусте?
– Оно здесь есть. Толяныч подтвердил, – ответил я, глядя на удивленно округлившиеся глаза Строгова. – Так что, ты не передумал?
– Одна винтовка мне, – тут же заявил Строгов.
– Не‑а. Винтовки наши, – отрезал я.
– Тогда мне на кой туда тащиться и шкурой рисковать? – поскучнел Строгов.
– Толяныч тебе велел передать, что если справимся – он подумает над твоей просьбой.
Строгов вновь изменился в лице. Никаких шуток‑прибауток. Он просто кивнул головой и произнес:
– Ладно, я в деле.
– А что он тебе пообещал‑то? – полюбопытствовал я.
– А он не рассказал?
– Нет, – покачал я головой.
– Тогда, если дело выгорит, расскажу, – пообещал Строгов. – Так что, когда выдвигаемся?
– Да вот, ждем Кузьму – с ним еще переговорить надо и подписать на наше турне какого‑то спеца от Толяныча.
 
– Спеца, говоришь… – протянул Строгов. – Давай, не темни. Вы ведь не просто за оружием туда собрались? Что‑то и Толянычу там надо?
– Контейнер, – ответил я и вкратце пересказал то, что мне рассказывал Толяныч об искомом предмете.
– Вот оно что… – кивнул Строгов. – А вот интересно…
Но досказать он не успел. Словно из ниоткуда возле нашего столика появился гость.
А точнее, гостья.
То, что это женщина, (пардон, девушка), я понял сразу – высокая, худая, с роскошной копной черных волос, смуглым лицом и холодными, словно бы сделанными из самого синего льда глазами, которые хотелось назвать глазами убийцы. И лишь затем рассмотрел, что она одета в добротную форму (причем сидела она на ней так, словно бы специально под нее и шилась), на бедре кобура, на плече ремень от висящей за спиной винтовки.
– Ты Мик? – вопрос звучал так, будто бы задан был для приличия. А на деле она уже прекрасно знала, кто я есть, и мой ответ ровным счетом ничего не изменит.
– Ну, – промямлил я.
– Меня зовут Анна. Игорь Анатольевич сказал, что вашей группе нужен специалист‑сканировщик.
– Кто? – не понял я.
– Не важно, – вздохнула она, словно бы сожалея, что ей придется работать с такими болванами, как мы (точнее, я). – Я помогу вам в поиске м‑м‑м…объекта.
***
Толяныч вернулся домой поздно. Хотя он как раз наоборот торопился закрыть склад, но не срослось. Колонисты перли, как назло: у того шкуру прими, у того оружие. Тем то продай, тем это. А затем еще пришлось все считать да высчитывать. Эта черная бухгалтерия его уже порядком достала. Впрочем, добытые Миком и его подельником данные уже отправлены в штаб «Гардена» и наверняка дойдут до адресата. Даже при условии, что в штабе сидят люди, которым проплачивает Айден. Толяныч отправил данные по своей линии, и он был уверен, что там нет «проплаченных». Какой смысл коменданту платить взятки ведомству Толяныча? Да никакого.
Так что можно ждать аудитора.
Однако прилет аудитора решал проблемы Хруста. И то, только возможно. Проблемы же и задачи Толяныча это никоим боком не касалось.
Он вернулся домой и первым делом достал из сейфа коммуникатор. Активировал его и проверил статус других устройств на канале. Как и прежде, с момента исчезновения группы активно было только одно устройство. Но как бы Толяныч ни старался, какие бы коды и запросы не отправлял – ответа не было.
Мик не врал, Толяныч это сразу понял. Его ребята погибли…все до одного. Те, с кем он прошел огонь и воду, те, с кем топтали пески горячего Фаэтона – планеты‑пустыни, с кем воевали на Кулаке – первой планете, где произошло восстание синтетов, с кем ютились в землянке в лесу, на захваченной чужими Этаре – планете, некогда бывшей процветающим и богатым Золотым миром…
Коммуникатор завибрировал – снова начали приходить служебные сообщения. Так было в прошлый раз и в позапрошлый. Что за запросы, кто их шлет, Толяныч так и не смог понять. Он всегда отключал устройство, как только начинался поток этих сообщений. У него было подозрение, что некто захватил коммуникатор одного из погибших бойцов группы и теперь ищет координатора, то есть его – Толяныча.
Но в этот раз пришло всего два сообщения, и прежде чем Толяныч успел выключить устройство, коммуникатор успокоился – новых сообщений не было.
И что это значит?
Толяныч выключил девайс, вытащил батарею, а затем, достав из шкафа свою верную импульсную винтовку, положил коммуникатор на стол, ударив сверху прикладом.
Мелкие детали, осколки пластика разлетелись по комнате.
 
Незачем больше включать и тем более хранить одноразовое устройство, работающее только в связке с другими. Тем более, если есть вероятность, что одно из них попало в руки потенциального противника.
Кто он? Кто убил всю группу? Толяныч совершенно не верил, что его бойцы могли проиграть в схватке марам или уж тем более колонистам. Не верил он и в нападение хищных зверей. Пусть здесь, на Хрусте, все они неимоверно агрессивные и отличаются просто огромными размерами – зверье не могло уничтожить всю группу. Толяныч мог допустить гибель одного из бойцов, но не всех…