Ты просто Космос, или Не беси меня, дракон! (СИ)

Так вот про что всё это время намекала Матильда! Хмыкнул. Глупо, конечно, получилось, но, во-первых, находясь на задании (а для себя я на нём находился), всё, что могло отвлечь, я игнорировал на базовом уровне. Во-вторых, работая в основном среди драконов, привык, что самочки… ну шарахаются они от меня, чего скрывать.
Вдруг я силу свою не сдержу и что-нибудь натворю или нейтрализую?
— А что именно тебе во мне понравилось? — мой пытливый ум и тут не оставлял в покое.
Дженни даже плотнее завернулась в покрывало и глянула на меня удивлённо. Это явно был её самый странный разговор с предполагаемым партнёром по постельным играм.
— Ты странный, — хмыкнула Дженни.
Ты даже не представляешь, насколько. И это мне говорили многие, включая Матильду. Привык.
— И поэтому я тебе нравлюсь? — уточнил я.
— Нет, то есть да. Точнее, и поэтому тоже, — лисичка вновь облизнулась и сжала покрывало до побелевших кулачков. — Ты вкусно пахнешь. Моей лисе нравится. Но не так, как добыча. А ещё ты добрый.
Тут не хватило одной брови — вверх взмыли обе.
— Сестрёнка у тебя ещё та собственница, а ты с ней так по-доброму, — пояснила Дженни. — А ещё ты такой отстранённый, — тут девушка приблизилась ко мне, почти касаясь своим телом. И посмотрела снизу вверх. — Тебя поймать хочется.
Всё, если удивиться ещё больше, брови потеряются где-то на макушке. Я не понимаю женщин. Придется с этим смириться. Как и со многим другим.
— Так что, побегаем как-нибудь? — улыбнулась лисичка. И столько в её взгляде было искренности и какой-то чистоты (несмотря на, так сказать, глубину предложения), что язык не повернулся сказать категоричное «нет».
— Не сегодня, — мотнул я головой. — На эту ночь у меня другие планы.
— Читать сказки? — глянула Дженни на смежную дверь.
— Нет. Мне надо уйти.
Внутри заворочалось что-то такое недовольно-остерегающее, что оставляю Матильду одну.
— Кстати, может, присмотришь за… — я просто мотнул головой в сторону комнаты. — Хотя нет, знаешь, лучше не надо. Если ты так же появишься в окне Матильды…
Дженни тихо засмеялась:
— Боишься, придётся читать сказки каждую ночь?
Если б. Опасаюсь всё-таки помогать прятать лисий труп. А я уже говорил, что на эту ночь у меня другие планы. И вот об этом:
— Ты как предпочтёшь: лисицей или в человеческом теле? — спросил я, и губы Дженни приобрели интересную форму буквы О.
— Я лисицей ещё не…
— Лисицей? Ну тогда давай через окно.
— А, ты об этом, — хрипло рассмеялась Дженни и легко сбросила покрывало. Отступила на пару шагов и только потом повернулась спиной. Глянула через плечо — смотрю ли я.
А я что — смотрю. Жду. Через миг на полу сидела рыжая лиса. По-своему красивая. Она мягко прыгнула на окно, балансируя на раме и растворилась в темноте.
Вот и мне пора. Окно на всякий случай прикрыл, дотянувшись с крыши пристройки. Опасно в мире Двуликих окна оставлять открытыми — это принимают за приглашение. Мотнул головой, отгоняя образ комнаты, забитой под утро оборотнями, занесёнными сквозняком. Нет, как они тут проветривают тогда?
Ночь прошла… странно. Я не то чтобы впервые «заглядывал» так далеко по магическим отпечаткам, но в первый раз на такой огромной площади и не зная конкретной цели.
Каждое заклинание или магическое действие оставляет после себя эхо. Надо лишь уметь прислушаться. От рождения уметь. На целый же город, пусть и небольшой, этого эха оказалось… оглохнуть можно. И это ещё тут с магами не очень. К тому же нельзя было полностью перейти на магическое зрение. И так-то выглядело со стороны странно, а если так «задумавшись» я пройду сквозь кого-то или что-то, чего не было много лет назад, это будет сложно замаскировать. Но пару интересных фактов для размышлений я успел подобрать.
Утром, принимая душ в нашей с Матильдой ванной, порадовался способности драконов не спать несколько дней без ущерба для здоровья. Следующей ночью уже знал куда двинуться.
Поэтому, когда ведьмачка постучала в нашу общую дверь со словами:
— Есть хочу, если ты ещё голышом, могу и тебя употребить.
 
Я уже был одет в свежий комплект одежды и ждал, сидя в кресле у окна. На всякий случай прикрытого.
Встал навстречу Матильде, и та замерла, сглотнула, потёрла пальцами глаза и вновь на меня посмотрела.
— Б… б… брат, — наконец выдала она. — Кто тебя в это одел?!
Я уже и не вспомню, с какого возраста одевался сам. Но одежда, полученная вчера от Дэш, была для меня непривычна. Белая рубашка со множеством кружев у горла застёгивалась слишком туго на шее. Чёрные плотные штаны из гладкой кожи, но с хорошей циркуляцией воздуха. По крайней мере, в них не было жарко, несмотря на достаточно узкий крой. Высокие шнурованные ботинки оставались мои.
— Не на печеньки вчера надо было засматриваться, а за б…б…братом смотреть, — подначил Маник.
— Так нельзя выходить на люди! — постановила Матильда.
— А что не так? — не понимал я происходящего. За исключением слишком тугого воротника двигаться было удобно.
Матильда обняла себя одной рукой, второй прикрывая лицо.
— И он ещё спрашивает, что не так… Тебе вчера мало визита лисицы было? Хочешь, чтобы тут очередь из оборотниц выстроилась? Как? Вот как всё это, — Матильда обходила меня по кругу, осматривая сверху вниз и обратно, — можно было испортить обычной одеждой?
В конце концов она остановилась ровно напротив меня:
— Будем портить вид. Иначе я за себя не ручаюсь.
Ведьмачка открыла свой ридикюль и зачем-то свистнула туда.
— Подожди, откуда ты знаешь про ночной визит Дженни? — выхватил я информацию, которую хотя бы понимал.
— Я была уверена, что она придёт, — Матильда пожала плечами, перебирая рюши на моей рубашке. — Если б ты видел что-то кроме своего расследования, то и сам понял. Так же, как я знала, что в этот раз Дженни ничего не перепадёт. Так или иначе. Но ты учти, — тут она подсунула ладошку под пояс моих штанов и подтянула вплотную к себе. — Если Дженни ещё раз придёт, я могу стать плохой девочкой. Очень плохой.
Темнота начала заполнять глаза Матильды, начиная с уголков, на висках тонко проступил рисунок ведьмаческих татуировок. Это… завораживало. Я глубоко вдохнул воздух, наполнившийся запахами грозы, и довольно улыбнулся. Всегда любил вкус молний. Потрясающая энергетика. Такая свежая, колкая, даже чешуя дыбом. Чешуя? Хм…
— А если придёт не Дженни? — прорычал успевший забраться в кресло Маник. Голос мантикора изменился, но личина держала образ белого и пушистого котика в розовом ошейнике. Зато кресло очень жалобно прогнулось, разъезжаясь ножками. Кстати, надо этим заняться. Бубенчиком, а не креслом, конечно.
— Никому нельзя! — вышипела Матильда. — Ясно?! — ткнула она меня пальцем свободной руки в грудь и оскалила ставшие острыми зубы.
— О, у тебя и язык чёрным становится, — заинтересовался я. — Покажи!
Матильда недоумённо заморгала.
— Ты ненормальный! — выдохнула она, стремительно возвращая обычное лицо.
Жаль. Язык я так и не успел рассмотреть. Там такой интересный рисунок силы.
— Ты хоть меня слышал? — нахмурилась ведьмачка.
— Слышал, — я кивнул. — Нельзя, чтобы ко мне кто-то приходил, — Матильда согласно кивала моим словам. — Тогда я буду приходить сам.
Ведьмачка замерла. Хрустнул пояс моих брюк, так как ладошка, удерживающая его, сжалась в сильный кулак. Я так снова без одежды останусь.
— Ну а как мне ещё вести расследование? — перестал я понимать условия сотрудничества. — С Дэш я точно планирую встретиться поговорить.
— С Дэш… — протянула Матильда и рассмеялась, упираясь лбом мне в грудь. Я посмотрел на Маника, но тот тоже фыркал. Положил лапу на подлокотник, уперся в неё мордой и по-кошачьи смеялся. Ну фамильяр же. Пришлось переждать непонятное веселье. Наконец ведьмачка вновь посмотрела на меня, в карих глазах искрило смехом. Как будто вспыхивали красные искорки. Красиво. — Признайся уже, ты — девственник?