Плач по мечте

  
  
  
 — Даже знаю эту рыжую птицу, — недовольно буркнул Артем.
  
  
  
 — Так что у тебя там за дела с жидами? Вынюхиваешь чего или какой пиковый интерес есть? — Пыса сплюнул папироску на дорожку и затоптал его тяжелым военным сапогом.
  
  
  
 — Я просто у них хату снимаю, — ответил Артем. По его спине снова пробежал холодок. Он не боялся этого мелкого фраера Пысу, но как только его дорога пересекалась с ним или кем-то из его компании, в душе Артема поднимала голову холодная и скользкая змея беспокойства.
  
  
  
 — Так ты ж не дурак, Псих. Не поверю, что не прошелся по их сундукам. Небось, цацек всяких у них завались. Да и золотишко припрятано, — Пыса развалился рядом с Артемом на лавке.
  
  
  
 — Да откуда у них золото? — равнодушно пожал плечами Артем. — Они беднее нас с тобой.
  
  
  
 — Ой, не пой мне песни, — Пыса залез в свой карман, достал горсть семечек, сдунул с них пыль и закинул в рот. — Был у нас в доме до войны еврей один. Шиллер-Миллер какой-то. Так он ходил в обносках и ел только хлеб и воду, а как помер, так в его матраце полмиллиона старых денег нашли и еще коробку с золотишком в шкафу. Так что ты там посмотри как следует. Потом меня найди. Мы у них все это барахлишко экспроприируем.
  
  
  
 Артем хотел было возразить Пысе, что у этих людей нет ни гроша, но в этот момент увидел Давида, спешащего к нему. Тот радостно улыбнулся, увидев Артема, и махнул ему рукой.
  
  
  
 — О! — Пыса усмехнулся. — Смотри-ка, какой жиденок забавный. На бабу похож. Уж не с ним ли ты шуры-муры водишь?
  
  
  
 — Да я тебе сейчас! — Артем подскочил и схватил Пысу за воротник футболки.
  
  
  
 — Эй-эй! Парень! Да и ты правда Псих, — Пыса оторвал от себя руки Артема, — шуток уже не понимаешь? Ладно, — он встал, поправил ворот футболки и сплюнул шелуху от семечек на землю. — Я пошел. Если чо, узнаешь про золотишко еврейское — сам знаешь, где меня найти, — и с этими словами Пыса пошел по дорожке в сторону трамвайных путей.
  
  
  
 — Это кто был? — спросил Давид, поравнявшись с Артемом. — Твой друг?
  
  
  
 — Знакомец старый, — сказал сквозь зубы Артем.
  
  
  
 — Тем, чего ты такой странный? — удивился Давид. — И глаза вон блестят.
  
  
  
 — Да вчера под дождем промок и простыл. Трусит меня немного, — озноб и правда вернулся в его тело.
  
  
  
 Несмотря на то, что Роза приказала Артему немедленно лечь в постель, тот вооружился молотком, раздобыл у Фимы пару гвоздей и прибил щеколду к внутренней стороне двери.
  
  
  
 — Принимай работу, — сказал он Давиду. Он тут же закрыл дверь, щелкнул задвижкой и всем телом прижался к Артему. — Не выдумывай, — Артем приложил руку к его вытянутым трубочкой губам.- Еще не хватало, чтобы ты заразился от меня.
  
  
  
 Роза дала Артему горячего морса, натерла ему грудь вонючим скипидаром и замотала горло теплым шерстяным платком. Выходя из комнаты, она посмотрела на щеколду, обернулась и тяжело вздохнула.
  
  
  
 — Тем, — Давид уселся на диване и серьезно посмотрел на Артема, — вчера… ну… — его щеки вспыхнули. Он заправил черную прядь волос за красное ухо и продолжил. — Тебе вчера понравилось?
  
  
  
 — Понравилось, — Артем улыбнулся и почесал шею, которую колол шерстяной платок. — Если честно я никогда таким не занимался.
  
  
  
 — Я тоже, — опустил глаза Давид, — а это считается, что мы ну… что между нами что-то было?
  
  
  
 — Конечно считается, — уверенно кивнул Артем. — Правда, это был не совсем секс, но было приятно.
  
  
  
 — Секс? А как тогда по-настоящему заниматься сексом? — у Давида загорелись глаза, и он подвинулся поближе.