Навь. Книга 6 (СИ)
Палач провел бензопилой, и под дикий крик отрезанные ноги несчастного упали на расстеленную на полу полиэтиленовую пленку. Несчастный испустил дух, и палач, не торопясь, отпилил ему голову, упавшую вниз со стуком. Затем мастерски доделал расчленение тела, отпилив по очереди руки, причем последнюю уже с висящего на одной цепи тулова. Палач отложил бензопилу, и поднял за волосы голову бедняги, под торжествуюший ор и аплодисменты.
- Так будет со всеми врагами Рогатого Бога! — палач ткнул отрезанной головой в камеру. — Во славу Бафомета!
Видео кончилось.
Драбицыну стало нехорошо. Ну ладно, погибнуть от пули или ножа, но подвергнуться диким пыткам и потом быть распиленным? Страшная, мученическая смерть.
- Опознали, кто это был? — спросил глухо Драбицын.
- Да, господин генерал. Подполковник службы внешней разведки Вальтер Лемке, он же Клаус Ноймайер. Только вот его задание… Этого в базе нет и не может быть.
- Я и так знаю. Отнесите это криминалистам, господин полковник, пусть исследуют это видео от первого до последнего кадра, мне нужно полное экспертное заключение, — Драбицын взял листок из бумаги для заметок, и написал несколько слов. — Отдадите эту записку начальнику экспертно-криминалистического управления, я хочу, чтобы это исследование было проведено в тайне и результаты доложены мне лично.
- Есть, господин генерал!
Оставшись один, Драбицын задумался. На чем мог проколоться агент? Предательство исключалось, тем более на этом уровне. Значит, грамотно поставлено контрнаблюдение. Посмотрим, что найдут экушники. И даже что бы они не нашли, это к делу не приложишь — не пойдешь же в полицейский коммисариат и не скажешь: «вот у нас был агент, с заданием проследить за вот этим вот господином, но его зверски убили». Даже если бы это было возможно, то чтобы отыскать доказательства, надо перерыть носом всю Саксонию, и найти их место для шабаша. А потом их отпустят, если только дома у потенциального фигуранта не находится сам труп и бензопила. Так что оставалось пока утереться. И перетерпеть гнев начальника первого управления, который хоть и подчиняется формально Драбицыну, но является резкой и неприятной в общении личностью, которого терпят исключительно за то, что он жесткий профессионал. Единственное, что может смягчить гнев — только то, что в той же компании есть и другой независимый от первого агент, готовившийся ему на смену, так что поступление разведданных не прекратится. А то было бы совсем плохо. Но все равно, это прокол и большой.
Глава 4
- Ну вы даете, господа! — неодобрительно покачал головой Воронцов.
В этой компании мы с Лизкой были, наверное, лишними. Воронцов, Старший и Козьма — фигуры не нашего ранга, нас пригласили просто как статистов, точнее, исполнителей главных ролей.
- Ну ладно, я понимаю, что Александр — это просто ходячий магнит для неприятностей, у него приключения на роду написаны. Он может и ядерную войну походя начать. Но вы его засовываете в самую сердцевину нового кризиса как детонатор, и еще пытаетесь засунуть туда мою дочь!
- Но папа, я…
- Цыц! Молчи, пигалица, тебе слова не давали! — цыкнул князь на дочь.
- Мы только просим вашей поддержки, Ваша Светлость, — мягко и просительно сказал Козьма.
- До каких пор мои дети будут фигурами на вашей шахматной доске? — зло прищурился Воронцов. — Я не собираюсь ее ни хоронить, ни оставлять вдовой. И вы, граф! Сколько можно совать вашего сына во все свои оперативные дырки? Удача, знаете ли, она дама такая, один раз может и отвернуться.
- Этого требуют интересы Импе…
- Можете не продолжать, граф. Я знаю, что такое интересы Империи, и вы тоже знаете, что я знаю. Сколько раз мы уже вставали вместе плечом к плечу? Так что на это можете меня не брать. А у них вы уже, я думаю, спросили без меня, так? — он кивнул в нашу с Лизкой сторону.
- Так, — честно сказал Старший.
- Долго уламывали?
- Долго, — вздохнул я.
- Ладно. Я вам помогу и на этот раз. Вот только в этот раз правила в этой игре определять буду я. Или — категорически откажу, — твердо сказал князь.
- Мы согласны, — сказал папА.
- Итак, куда вам нужно их послать?
- У нас есть несколько зацепок. Баден-Вюртемберг, Тюрингия, Саксония. С нее, кстати, лучше всего и начать.
- Я составлю список своих предприятий и интересов на этих землях. И официально, а по большей части так оно и будет в самом деле, наследница клана Воронцовых ездит по заграничным владениям отца, чтобы вникнуть в дела семейного бизнеса. Естественно с большой охраной, как и полагается, с материально-техническим обеспечением. Ни в каких боевых операциях она не будет участвовать, подчеркиваю, ни в каких! Вам ясно, господа?
- Папа, — попыталась что-то пискнуть Лизок.
- Молчи, я сказал!
- Мы согласны, — ответил Старший.
- И полностью обеспечить безопасность моего зятя.
Вот тут обеим графам пришлось проглотить язык. Ибо они эту самую мою безопасность обеспечить-то и не могли. Да и кто может дать гарантию за жизнь оперативного агента?
- Я сам обеспечу свою безопасность, даю вам слово… — чуть не вырвалось «слово офицера», но об этой тайне Воронцовым знать не следовало. В секрет моего появления в этом мире остались посвящены только двое — Старший и Козьма.
- Ладно, — скептически произнес Воронцов. — Если уж эти два старых имперских фанатика не могут ничего обещать, придется положиться на твое слово. Ну а пока, дети, выйдите, нам, старшим, есть что обсудить и без вас.
Когда мы вышли в коридор, и двери за нами захлопнулись, Лизок обняла меня.
- Ну куда ты лезешь, маленькая? — сказал я с нежностью. — Оно тебе надо?
- Надо. Я люблю тебя, и хочу, чтобы мы были вместе долго. И очень долго. Поэтому я буду всегда с тобой.
- Лизонька, ну это игры не для девочек. Тут может случиться всякое, — папА мне описал, что сделали с агентом адепты Рогатого Бога, а я не стал ее расстраивать. С другой стороны, со мной это будет проделать довольно затруднительно, сраться по углам будут они. Но все-таки, я не хотел подвергать ее неоправданному риску.
- Молчи! — прошептала она, и запечатала пальчиком мои губы. — Все будет хорошо, потому что этого хочу я. И я всегда готова ко всему, я знаю, за кого выходила замуж. И знала, что рано или поздно это произойдет, ты не можешь сидеть на месте, ну не офисный ты планктон. Не помню, кто это сказал — «даже если весь мир будет против тебя — я буду тихонько стоять за твоей спиной и подавать патроны».
- Спасибо, малышка! — я крепче обнял ее и зарылся лицом в ее волосы. — Я люблю тебя.
Темный лес корабельных сосен обступал большую поляну, обнесенную частоколом. Внутри было языческое капище — копия того, что находилось в Ляди. Только на этот раз волхвы высшего ранга встречались в Яви, решив прибыть лично. А сделать это было непросто — тайное место Силы находилось далеко от Петербурга, в лесной глуши губернии.
Козьма знал их всех. Когда-то он их подбирал, учил, взращивал, как в свое время и Кресислава — все-таки славянское братство было малочисленно и разрознено, мало осталось наследников древних родов. Да и выглядели они по-современному — скинув современную одежду и облачившись в родовую все равно весь их облик не соответствовал традиционному старославянскому. Такими они были только в Ляди.
Козьма молча встречал вошедших внутрь, приветствуя их легким прикосновением к плечу. Так же молча волхвы, ведуны и единственная среди них женщина-ведунья рассаживались в сени древних идолов вокруг священного огня, разведенного посередине. Проводив к костру последнего, Козьма и сам закрыл ворота и присоединился к остальным.
Все молча смотрели в очищающее пламя священного костра.
- Вы знаете, зачем мы здесь собрались, — начал Козьма. — Убит наш брат, Кресислав. И кровь его взывает к отмщению. Более того, угроза, нависшая не только над нами, серьезнее, чем кажется.
- Известно, кто это сделал?