Миротворец (СИ)
Позади меня раздаются звуки, будто кто-то задыхается. Оборачиваюсь и вижу остальных членов нашего отряда — Шелкопряд и Тай спешно натягивают респираторы, ошарашенно озираясь по сторонам и явно не зная, как реагировать на увиденное. Драгана и Ваалис молча переглядываются, ухмыляясь под визорами шлемов. Эти двое явно не впервые в подобных местах.
— Ну что, добро пожаловать в рай для любителей постапокалиптической эстетики, — натянуто шучу я, пиная подвернувшийся под ногу ржавый обломок, и он с глухим стуком проезжается по покрытой маслянистыми лужами мостовой — повышенная гравитация. — Болтами все закупились?
На лицах большинства моих спутников возникает удивление, лишь Тай понимающе хмыкает.
Поднимаю голову к небу, щурясь сквозь забрало шлема, непроницаемое снаружи. Впереди за пеленой смога проступают очертания громадных конструкций. Насколько хватает глаз, всюду высятся исполинские башни индустриального муравейника. Они тянутся к небу, словно окаменевшие пальцы давно почившего колосса, вгрызаясь в него острыми шпилями и антеннами. На боках жилых ульев тускло мерцают крошечные окошки, похожие на светлячков в ночи.
Меж жилыми кварталами громоздятся циклопические заводы, электростанции, очистные сооружения. Их массивные трубы непрерывно извергают в небеса клубы ядовитого дыма и пара, смешивающиеся с низко нависшими тучами. То тут, то там виднеются гигантские терриконы отходов, отливающие металлическим блеском. Даже отсюда видно, как их бока изъедены язвами коррозии.
Их источник — грязно-серые тучи, пропитанные токсичными испарениями, что клубятся в вышине. Время от времени их разрывают ветвистые всполохи мертвенно-жёлтых молний и потоки кислотного дождя. Периодически из туч обрушиваются потоки мутной жижи, дымящейся и пузырящейся, безжалостно разъедающей всё на своём пути.
Тесные улочки внизу забиты плотным потоком машин и пешеходов. Сквозь угрюмую дымку проглядывают неоновые пятна рекламных вывесок и голографических проекций. Все вокруг спешат по своим делам, не обращая внимания на царящую вокруг разруху и убожество. Да уж, похоже, местные привыкли к такому пейзажу.
И даже в этом технологическом аду можно разглядеть проблески дикой природы. Из трещин в бетоне там и сям пробиваются уродливые побеги каких-то особо стойких растений. Их узловатые стебли покрыты бугристыми наростами и усеяны мелкими колючками. Время от времени они выстреливают в воздух облачками бурой пыльцы, похожей на ржавчину.
Споры?
— Осторожнее с этой дрянью, — на всякий случай предупреждаю спутников.
Действительно, приглядевшись, замечаю, как некоторые прохожие буквально на ходу выдёргивают пробивающиеся из-под кожи ростки. Проклятье, вот же мерзость!
Шелкопряд брезгливо вздрагивает, покрепче прижимая к лицу респиратор. Сомневаюсь, что местная атмосфера пойдёт любому из нас на пользу.
Едва успеваем сделать несколько шагов от Телепортариума, как нас окружает отряд вооружённых ксеносов. Рослые, закованные в серо-стальные доспехи, с эмблемами в виде молнии на наплечниках. Судя по всему, местная охрана из клана Громовых Молотов.
Главарь патруля, здоровенный детина с бычьей шеей и лицом, скрытым глухим шлемом, преграждает нам путь. На его груди красуется непонятная нашивка. Возможно, офицер.
— Прошу вас назваться. Что вам нужно на Атарии? — спрашивает он, сверля нас тяжёлым взглядом из-под козырька шлема.
Видно, что ему непривычно сдерживать грубость, и лишь наши ранги заставляют беднягу выбирать выражения.
Выступаю вперёд, невозмутимо скрестив руки на груди.
— Меня зовут Егерь, я лидер клана Десперадос с Земли. У меня назначена встреча с Алариком Громовержцем. Ваше руководство уже должно быть в курсе.
Ксенос подозрительно щурится, но всё же касается пальцем шлема, активируя коммуникатор. После короткого диалога он кивает своим бойцам, и те неохотно опускают оружие.
— Следуйте за мной, — бурчит главный. — Транспорт вскоре прибудет.
Бросаю взгляд на своих товарищей. Шелкопряд, Тай и Драгана напряжённо переглядываются, готовые в любой момент ринуться в бой, но я качаю головой — не стоит начинать визит с кровопролития.
Зато Ваалис абсолютно невозмутим. Его чёрные глаза с багровыми белками смотрят прямо перед собой, а вся его фигура источает равнодушие.
— Тай, останешься за главного, — негромко бросаю я. — Вместе с Драганой и Шелкопрядом подождёте нас здесь, у Телепортариума. А мы с Ваалисом прогуляемся на милую беседу с местным царьком.
— С чего это ты выбрал его? — тут же вскидывается Драгана, кивая на невозмутимого пришельца.
Да-да. «Почему он, а не я⁈»
Усмехаюсь краем рта.
— Всё просто. Он может вытащить нас оттуда порталом, если беседа накалится. А идти на встречу всем составом — не вариант. Пять Супернов — это всё-таки сила. Решат ещё, что переговоры лишь предлог для захвата их территории. Оно нам надо?
Ушастая недовольно складывает руки на груди, но возражать не решается.
Следуем за проводником к ожидающему неподалёку транспорту. Это приземистая бронированная махина на шести мощных гусеницах, больше похожая на гибрид танка и вездехода. Собственно, почему похожая? Она и есть.
— А что, летающей техники на Атарии нет? — интересуюсь я, забираясь внутрь тесной кабины.
— Почти не водится, — хмуро отзывается офицер. — Гравитация слишком высокая. Чтоб поднять машину в воздух, нужны либо зверские двигатели, либо хренова туча арканы. И то, и другое недёшево объодится.
Пристегнувшись, откидываюсь на спинку кресла, глядя в узкое окно. Ваалис молча устраивается рядом, сложив руки на коленях. Поехали.
Бронемашина трогается с места, тяжело переваливаясь на ухабах. За толстыми стёклами мелькают унылые индустриальные пейзажи — бесконечные заводы, терриконы, жилые ульи… Даже небо здесь и то будто припорошено пеплом и гарью. Тоскливое зрелище.
В окно иногда попадаются местные работяги — коренастые, мускулистые, с характерной сутулостью от постоянной борьбы с гравитацией. Даже те из них, кто родился в других мирах, со временем приобрели схожее телосложение — природа быстро отсеивает тех, кто не способен приспособиться к тяжести этого мира. Большинство использует простейшие экзоскелеты или хотя бы усилители для ног, чтобы легче передвигаться в этом царстве повышенной гравитации. Те немногие, кто обходится без механической поддержки, двигаются неторопливо и размеренно, экономя силы и явно стараясь избегать резких движений.
— Что, нелегко приходится экологии на вашей планетке? — говорю я, покосившись на лейтенанта.
Тот мрачно кивает.
— Атария сильно пострадала во время одной древней войны, — неохотно делится он. — С тех пор природа так и не оправилась. То ли ядерные бомбардировки были, то ли ещё какая дрянь… Толком уже никто не помнит. Одни руины остались, да отравленная земля. Зато в недрах полно ценных ресурсов, плюс кое-какие древние технологические объекты остались в целости. На их базе подняли промышленность.
Ага, «какая-то война». Это Кар’Танар расстарался, утюжа своих древних врагов — аматерианцев.
Машина продолжает движение по оживлённым улочкам, оставляя за собой клубы ржавой пыли. На горизонте маячат громады промышленных комплексов, опутанные сетью конвейеров, труб и переходов. Там, судя по всему, и обретается клан Громовых Молотов.
Спустя минут двадцать тряской езды, мы въезжаем на территорию базы. По местным меркам — прямо цитадель! Массивные бастионы из чего-то вроде бетона и стали, утыканные турелями и защитными полями. Вышки с прожекторами, многоуровневые блокпосты, патрули дронов… Солидно, ничего не скажешь.
Внутри периметра — целый лабиринт складов, цехов и ангаров. Между ними бредут рабочие в засаленных серых робах. На осунувшихся лицах грязно-серые изношенные респираторы и выражение бесконечной усталости, а в глазах давно погас огонь, оставив лишь пустоту и смирение. Многие щеголяют увечьями — то пальца нет, то кисти, а на её месте простейший манипулятор.