Лечить нельзя добить (СИ)

Куда там леденеть — кажется, я сейчас лавку спалю к Йорговой бабушке. Особенно если тонкие девичьи пальчики не остановятся на моей шее, а… 
— Минус балл всему курсу! 
— За что? — провыли парни хором. 
— За замашки театралов, — отрезал Эльр. — На противника надо смотреть, а не на безобидных статистов. 
Это я-то безобидный? Да я… 
— А вашего декана давно последний раз травили? — не затруднив себя понижением голоса, поинтересовалась Анни. 
  
— За завтраком! — отозвался магистр, хотя находился от нас довольно далеко. Уши у дроу не зря такие выдающиеся — слух у них отменный. 
— Оно и видно! 
Йорг, сейчас же нарвётся! Я поспешно притянул девушку к себе под плащ — и согреется, и с глаз куратора исчезнет. 
Анника дёрнулась разок, а потом затихла и даже за талию меня обняла, чтобы удобнее было, и я как-то вдруг перестал мечтать, чтобы тренировка поскорее закончилась. Хорошо же сидим! Уютно так: можно сказать, по-семейному… 
— Люц, сзади! — ворвался в моё умиротворённое состояние вопль Вальта.
  
Глава 6
 
Анника 
Я не успела опомниться, как парень резко вскочил, подхватил меня со скамьи и буквально швырнул в руки подскочившего Вальта, который явно решил, воспользовавшись ситуацией, вытереть мной половину грязи со своего тела. А в следующую секунду на Люция с радостным «уру-ру» налетело что-то чёрное и склизкое. И оба они — пациент мой и «слизняк» — покатились по снегу, пытаясь убить друг друга. 
Вернее, это Люций пытался убить нападавшего, а Уруру лезло к нему… кхм… с поцелуями. 
Нет, я, конечно, знала, что король боевого факультета популярен, но не у зомби же! 
— Ох, Йо-о-орг! — взвыл кто-то из подбежавших старшекурсников. 
— Красава какая! — хохотнул другой. 
— Да как так-то? — вопросил мироздание Вальт, сильнее меня к себе прижимая. 
И это боевые маги?! Стоят, глазеют и ржут! Спасибо, что ставки не делают! 
А ведь на Люция очередное покушение! Но всем почему-то пофиг. 
Я двинула Вальту локтем и, вывернувшись из ослабевших объятий, кинулась спасать мои утренние труды по магическому штопанью. 
— Стоять! Ишь резвая какая. 
На этот раз меня поймал сам Эльр — за воротник, как котёнка, и бить его было бесполезно: хватка у декана боевиков оказалась каменная. 
— Но он же… они же… Почему вы не вмешиваетесь?! 
— Справится твой герой, — усмехнулся дроу. — А если нет — ему не место на факультете. 
Йорговы порядочки! Этот остроухий точно не сам Люция экспериментальным снарядом приласкал? Чтоб проверить, на своём ли он месте! 
За пациента стало обидно. И страшно! Плевать на плетение — новое сделаю: лучше прежнего. Лишь бы это любвеобильное Уруру ему голову не откусило. 
К счастью, не откусило. Облизало лицо и за шею пару раз цапнуло. А там, где не облизало — облапало, прежде чем превратиться в мерзкую лужу от смертельных чар противника. 
Когда Люций, наконец, одолел чокнутое умертвие, с соседнего полигона уже прибежали некроманты с претензиями — мол, это их опытный образец (очередной!) сбежал, пока они занимались образцами посерьёзней. 
Бесовы труповоды! Лучше надо за своим некропарком следить! 
Дальше — больше. Едва Люций встал, обтекая от слизи, как победная ухмылка сползла с его лица, а глаза закатились. На этот раз боевики подсуетились и довольно слаженно поймали падающего друга. Я привычно применила стазис, а магистр — левитацию для транспортировки пострадавшего в лазарет. 
Больше Эльр не скалился и не юморил, а меня так и подмывало позлорадствовать, но я сдержалась. Йорг судья этому остроухому, а Йаала пляски на чужих костях не одобряет. То есть на чужих ошибках. 
Пока Близард и Айвен, нагрянувшие в лазарет, в очередной раз осматривали Люция, почему-то выставив меня за дверь, я заметила в сторонке незнакомую девицу, в глазах которой чуть ли не слёзы стояли. Она прижимала к груди руки и едва шевелила губами, будто молилась. 
Симпатичная такая, молоденькая. Наверняка студентка. Только слишком бледная — чуть ли не в зеленцу. Или это просто игры приглушённого света? 
А ведь на полигоне её точно не было. Да и не пропустили бы её сюда. Откуда же она взялась тогда? Из соседней палаты выползла, что ли? 
В груди неприятно кольнуло. Неужели поклонницы моего боевика всё же просочились в лазарет? Она ведь ничего себе не сломала для этого? А если нет, можно я сама ей что-нибудь сломаю? Руки чешутся отыграться хоть на ком-то! 
Когда Близард с остроухой бандой вышли из кабинета, моё внимание переключилось на них. Оказалось, всё не так страшно. Причиной обморока Люция стала — кто бы сомневался! — вскрытая во время схватки рана. И залатывать её пригласили меня. 
Не прошло и десяти минут! Могли бы сразу с собой позвать. К чему эта секретность? 
Я бросила взгляд на девицу, но той уже не было. Точно из соседней палаты! «Отвод глаз» в лазарете запрещён, как и другие маскирующие заклинания — сигналка бы на весь коридор взвыла. 
Решив, что подумаю о новой соседке позже, я подошла к завёрнутому в простыню Люцию. Неожиданно чистенькому и приятно пахнущему. 
Так вот чем магистры занимались эти десять минут! Приводили пациента не только в чувство, но и в порядок с помощью магии. 
Спасибо, что ли. 
-Люций 
Вот почему я снова умудрился предстать перед Анни в столь жалком и смешном виде? Узнаю, кто за того слизняка любвеобильного ответственен, устрою юмористу сеанс страсти с пьяными огрихами — знаю я в столице одну таверну, куда они частенько наведываются. 
Хотя… может, и не устрою. Если мне ещё немного края раны тёплыми пальчиками погладят и подуют, как малышу на царапину. Приятно! И пробирает до дрожи. Хорошо, что её можно списать на боль. А не то вспугнул бы добычу раньше времени. 
Тихий девичий голос ласкал слух, пусть даже и произносил сплошные ругательства. А я представлял, что Анника сердится потому, что за меня переживает, а не из-за собственной работы. Наслаждаясь её прикосновениями, сам не заметил, как уснул. 
Когда проснулся, за окном уже сияли звёзды, а в палате царил полумрак. Я чувствовал себя как никогда бодрым и полным сил, только жрать хотелось зверски. Беглый взгляд на прикроватную тумбочку никаких следов съестного не выявил. 
Если и у Анни ничего из еды не обнаружится, придётся совершить набег к соседям — до завтрака я точно не выдержу. Поднявшись на ноги, потянулся, хотя, наверное, делать этого не следовало, и отправился на разведку. 
Целительница сладко спала на своей койке: такая милая, нежная — идеальная! Почти! Потому что ужин для пациента не припасла. Вздохнув со смесью умиления и печали, я направился к двери, но на полпути застыл, наткнувшись взглядом на собственную одежду, сваленную в углу кучей и накрытую простеньким заклинанием, чтобы не воняла на всю комнату. 
Ну правильно — не станут же магистры ещё и со шмотками студента возиться. Спасибо, что самого почистили, не стали это сомнительное удовольствие Аннике оставлять. 
И второе спасибо, что не спалили сразу. Вещи-то я, конечно, и новые могу купить, но на этих же осталась важная улика! 
Я прислушался к себе — вроде бы всё в порядке! Магии столько, что вот-вот из ушей полезет, так почему не потратить самую малость на важное дело? 
Сейчас я осторожненько, чтобы не разбудить бдительную личную сиделку, возьму немного засохшей слизи, сплету заклинание и отпущу на поиски того гада, что мне катание в грязи устроил. А потом на охоту за жратвой махну. Анни и не заметит. 
Я был уже близок к цели, оставался буквально последний штрих, когда за спиной раздалось грозное: 
— Ты что творишь, Йоргов выкормыш? — прошипела Анника. 
— Ты и стихи писать умеешь? — брякнул я, медленно поворачиваясь. 
Девушка стояла между мной и своей кроватью, босая и злая, как дракон, у которого артефакт увели. Руки упёрты в бока, волосы волнами стекают по плечам, глаза сверкают, а на рубашке такой вырез, что…