Случайная девочка (СИ)

Кто-то из охраны вносит в дом пакеты с фруктами и шампанским.
«Все ясно!» – в душе закипает жуткая злость. На глазах выступают непрошенные слезы, а от сердца будто кусок отрезали.
– Ты что это замерла? – настороженно смотрит на меня Игорь. – Шеф приехал. Обычное дело… Но раз в дом не повел, значит, на один раз фифочка.
– Мне это неинтересно, – с Дамиром на руках бреду к дому, а сзади еле поспевает Валентина.
  
– Оль, ты чего? Случилось что?
– Нет, устала. И о Лайме все время думаю, – выдаю первое, что приходит в голову. И чувствую, как горю от стыда.
«Уж точно не о Лайме! А о Федоре этом дурацком!» – смаргиваю слезы. И сама себе противна. Вместо того, чтобы оплакивать сестру, я ревную ее бывшего. Хама и бабника.
– Может, тебе что-нибудь успокоительное выпить? – деловито предлагает Валентина. – Такой стресс. Такой стресс. Я как о Ксении подумаю, сердце останавливается. Вышла от нас, села в тачку, и все…
– По камерам можно номер отследить и найти, – роняю на автомате.
А сама невольно представляю, как Федор раздевает девушку, как кувыркается с ней в постели. Ясное дело, снял кого-то и особо не церемонится. Но на душе противно. Господи, как же противно!
– Да парни говорят, что отследили какую-то синюю ауди. Только от этого не легче, – вздыхает экономка. – И в деле Лаймы тоже мало вводных. Но Федор наш этого так не оставит. Он найдет убийц. Обязательно найдет.
«Вот только сначала всех телок в округе обилетит, а потом сразу найдет», – сглатываю вязкий ком и сама себе противна. Злость и ехидство еще никого не украшали.
«Он – взрослый мужчина. А ты – маленькая соплячка», – уговариваю саму себя. У нас с ним разница примерно такая же, как у меня с Дамиром. И как он должен ко мне относиться?
Как к мелкой глуповатой родственнице! Как к чемодану без ручки!
И никак иначе. Вот только поцелуи на губах дают о себе знать. Горят желанием.
«Прекрати. Он не для тебя», – уговариваю себя всю дорогу до дома. В холле мы с Валентиной натыкаемся на хмурого Андрея Ефимова.
– Андрюшенька, когда похороны, не знаешь? – останавливает она его.
– Лайму завтра в одиннадцать отпевают в соборе Богородицы, а прощание с Ксенией состоится послезавтра. Я тебе напишу, – сообщает он с усталым равнодушием и уходит к себе в кабинет. Мрачный и совершенно потерянный. Будто не здесь находится.
«Может, ему рассказать об отчиме?» – тюкает по темечку. Но я гоню прочь непрошенные идеи. Я все написала Федору. Он должен был передать. Да и Дамира кормить надо и купать.
Но поднявшись в свою комнату, первым делом отправляю сообщение Денису.
«Завтра к одиннадцати подъезжай к церкви Богородицы. Оттуда будут хоронить».
«Мы всей толпой приедем, Оль. Тебя поддержать», – тут же приходит ответ.
 Глава 24 
Глава 24
– Куда ты привез меня, котик? – воркует Ляля, поднимаясь за мной на второй этаж. – Ты здесь живешь? – тянет разочарованно.
Ну что сказать, если у самой ума не хватает? Не живу я тут. Гостиница это. Вот и привез в нумера. Останавливаюсь на площадке между этажами. По инерции выглядываю в окно. И с удивлением наблюдаю, как к дому с Дамиром наперевес быстрым шагом идет Оливия. Спина напряжена, голова гордо задрана. Все ясно. Видела меня с Лялей, прости господи!
«Какого хера? Откуда девчонка здесь взялась?» – только успеваю подумать, как из-за поворота появляется Валентина и трусит следом. Догоняет Оливию, что-то пытается ей внушить.
Ну ясно, кто привел! Сука… Не могла к ферме сводить, что ли?
Губы сжимаются от лютого бешенства.
– Что там интересного, котик? – становится рядом Ляля. И мне впервые в жизни хочется ударить женщину. Вот взять и надавать лещей, так, чтобы шляпа слетела.
– Я тебе не котик, – пресекаю дурные расклады. – Еще раз назовешь, вылетишь, нахер, – предупреждаю, не поворачиваясь. Засунув руки в карманы подальше от беды, слежу за Оливией. Мажу взглядом по обалденной фигурке. На секунду залипаю на аппетитной попке. Улыбаясь, таращусь на видавшие виды треники, облепляющие ягодицы девчонки.
За такой девочкой ухаживать надо! Покупать ей драгоценности и брендовое шмотье. Возить по заграницам… Носить на руках.
А не это вот чучело в шляпе…
«Ну, ты сам выбрал, Федя», – ухмыляется внутренний критик. Вот теперь зашибись. С Лялей.
– Это твой сын, котик? – пытается она понять мою заинтересованность. – Это нянька с ним? А что она его так несет? Совсем сдурела…
– Все, Ляля, давай на выход, – отмахиваюсь устало. – Задрала, бл.ть, со своими котиками. Свалила, нахер.
– Федя, да ты что? – хлопает глазами Ляля. – Я же ласково тебя называю. Не хотела обидеть! Если я тебе противна, зачем привез сюда?
Хороший вопрос. Очень хороший!
– Прости, зае*ался я, – устало тру переносицу. – Не обижайся, пожалуйста. Тут все навалилось сразу. Свадьба, похороны…
– Ну ладно, я тогда на свадьбу вернусь, – передергивает плечами Лариса. – Сиди тут сам в своей глуши…
Бл.ть, я же обещал Рустаму нейтрализовать подружку невесты.
Даже «идеальный» план придумал! Аж затылок саднит от собственной глупости. Будто кто по нему врезал. Вот же баклан!
– Прости, но как-то не по-человечески получается. Ты вроде гостья… А я…
– А ты непозволительно груб, – всхлипывает Ляля и разворачивается, желая уйти.
– Подожди, – хватаю за руку. – Давай помиримся, что ли? Вина хорошего выпьем. Поболтаем.
– Некогда мне с тобой болтать, Феденька, – улыбается Ляля. Но вместо улыбки губы растягиваются в хищном оскале.
Профессионалка, стало быть. Если тут не задалось, нужно быстро найти замену.
– Сколько бы ты с меня слупила за вечер? – спрашиваю, глядя в упор.
– Федя! Да как ты можешь? Что за оскорбления? Ты меня с кем-то перепутал! – восклицает она возмущенно. Но, бл.ть, в каждом жесте, в каждой реплике чувствуется такая дикая фальшь, что зубы сводит.
– Актриса из тебя никакая, Ляль, – взяв под локоток, веду на второй этаж. А тут же пацаны нам поляну накрыли. Шампанское, клубника… Все дела. – Поэтому перестань придуриваться и под шампусик расскажи, где промышляешь, под кем ходишь. Я же вижу, ты ж боевая бикса.
– Ты что, сдурел? – хлопает глазками. – Я и обидеться могу, Федя!
– Так. Хватит ломаться, Ляль. Взяла себя в руки и начала говорить, – усаживаюсь напротив. – Рустам все равно не позволит Маргарите общаться с тобой. Кто-то из гостей тебя опознал. Вот и пришлось мне вмешаться и тебя тихонько увести. Понимаешь? – вздыхаю и проникновенно смотрю в глаза.
Дескать, и не хотел я тебя трахать. Просто нейтрализовал, пока ветер без камней.
– Да ладно! Не гони!– вскрикивает «уточненная» Ляля. – Не было там никого из моих… У меня память хорошая…
И осекается.
– Ну что, подруга? – усмехаюсь криво. – Кажись, мы все выяснили. Давай, налегай на клубнику, запивай шампанским. А заодно поделись, лапочка…
– Чем это? – настороженно смотрит на меня Ляля. Снимает с башки шляпу. Откидывает ее на диван. И смотрит на меня жалостливо.
Дескать, отпусти, начальник. Я больше не буду.
– Расскажи, как Марго с Рустамом сошлась, – бросаю небрежно. Отрываю шампанское. Наливаю в бокал.
– А будто ты не знаешь! – фыркает Ляля и тянется за клубникой. Выбирает самую спелую ягоду. Облизывая, засовывает в рот.
Фу, гадость какая! Как я мог на это купиться?
– Да я в теме, – плеснув себе в стакан минералки, роняю осторожно. – Но хочу знать твою версию. Мы же с тобой друзья. Если, конечно, ты врать не будешь…
– Ну как, – тяжело вздыхает школьная подруга сестры. – Ты в «Лефортово» чилился. Ритка к тебе моталась. Все вызволить хотела. И в вагоне-ресторане к ней гопота пристала. А там кто-то из людей Асгарова случайно оказался. Ну и вмешался человек. В свое купе привел. А потом Рустамчику сдал. Как трофей.
– Прикольная история, – цежу, сцепив пальцы в кулак. Честно говоря, даже не подозревал. Но Ляле знать об этом необязательно. Чует мое сердце, там что-то еще. Моя сестра вляпалась в какое-то говно, а Асгаев порешал, бл.ть.