Азиатский профайлер. Четыре дела Фан Му. Комплект иямису-триллеров
Полицейский открыл рот, чтобы ответить, но не произнес ни слова. Просто кивнул, развернулся и пошел прочь.
У края площадки он оглянулся. На трибуне Фан Му уже не было – тот стоял под кольцом и кидал мяч. Темнело; лишь кое-где на площадках еще оставались игроки. Силуэт Фан Му утопал в сумерках, и единственное, что Тай Вей мог разглядеть – повторяющиеся плавные взмахи рук и полет мяча.
Глава 3
Что значит страх
Был первый день занятий по уголовно-процессуальному праву. Профессор Сон Яоян задержался в поездке в Японию по обмену и начинал курс с опозданием.
Фан Му привычно сидел на последнем ряду. Несмотря на отставание чуть ли не в месяц, профессор Сон не спешил начать лекцию, предаваясь восторгам по поводу высочайшей степени экономического развития Японии и комфорту тамошней жизни. Потом перешел к историям, которые был «просто обязан рассказать», о своем сотрудничестве с японскими криминалистами. Пока он разливался в дифирамбах самому себе, в приоткрытую дверь аудитории постучали. Профессор царственным жестом позволил опоздавшему войти.
Студент быстро юркнул в последний ряд, плюхнулся на стул возле Фан Му и дружелюбно кивнул.
Фан Му узнал его – Мен Фанчжи, с факультета гражданского права.
В университете опоздания были в порядке вещей, и студентов за них обычно не наказывали. Поэтому Фан Му удивило выражение лица Мен Фанчжи: казалось, он испытывает необыкновенное облегчение, словно…
…Словно избежал страшного испытания.
* * *Закончив наконец импровизированный спич на тему «Воспоминания о поездке в Японию», профессор взял журнал, с напускной игривостью подмигнул аудитории и сказал:
– Прежде чем приступать, давайте-ка с вами познакомимся.
Студенты, которые за минуту до этого едва ли не засыпали, сразу встрепенулись. Курс был обязательным, и терять очки никому не хотелось. Профессор Сон начал перекличку, называя фамилию за фамилией; кто-то из аудитории неизменно откликался: «Здесь!» Взгляд Фан Му ненароком упал на Мен Фанчжи. И то, что он увидел, повергло его в шок.
Секунду назад Мен Фанчжи выглядел совершенно спокойным; теперь же у него был такой вид, будто он столкнулся со смертельной опасностью. Пальцы с побелевшими костяшками цеплялись за край стола, широко распахнутые глаза не отрывались от профессора Сона. Он изо всех сил прикусил верхнюю губу. Можно было подумать, что профессор не выкликает фамилии студентов, а выпускает автоматные очереди из раскрытого рта.
«Что это с ним?» – подумал Фан Му.
– Мен Фанчжи!
По лицу Мен Фанчжи катились крупные капли пота; его губы, дрогнув, раскрылись – и тут же сжались обратно. Он не произнес ни звука. Профессор Сон обвел глазами аудиторию. Потом прочитал снова:
– Мен Фанчжи!
Приятели Мен Фанчжи зашикали, но тот их как будто не слышал. Он продолжал неотрывно таращиться на профессора, налегая на стол грудью, с полуоткрытым ртом – будто хотел ответить и не мог.
– Отсутствует? Прогуливает уже в первый день?
Раздраженный, профессор Сон взялся за ручку и хотел уже сделать отметку в журнале посещений.
В этот момент Мен Фанчжи вскочил на ноги. Говорить он по-прежнему не мог, но высоко поднял вверх руку.
– О, так это вы Мен Фанчжи?
Студенту удалось выдавить из себя лишь:
– Да, я.
– Пожалуйста, садитесь. В следующий раз постарайтесь быть внимательнее.
Мен Фанчжи рухнул на стул, как будто эти два слова лишили его последних сил. Часть студентов захихикала, прикрыв руками рты. Другие – их было больше – недоуменно оглядывались на Мен Фанчжи.
Остаток лекции парень сидел, не поднимая головы, и прилежно конспектировал. Судя по его виду, страх уже отступил. Но чего он все-таки испугался?
* * *Лектором профессор Сон оказался весьма посредственным. Во время перерыва, когда он вышел покурить, многие студенты сбежали (естественно, никто из его дипломников не осмелился даже привстать). Вернувшись и обнаружив, что слушателей стало значительно меньше, профессор Сон пришел в ярость, схватил журнал и начал перекличку заново.
Фан Му заметил, что Мен Фанчжи, до того сидевший совершенно спокойно, теперь словно завис над пропастью. На его лице проступила смесь ненависти, тревоги и отчаяния. По мере приближения его фамилии Мен Фанчжи дрожал все сильнее.
Фан Му продолжал исподтишка наблюдать за ним, одновременно записывая тех, кого уже назвали.
– Ван Деган!
– Здесь.
– Чен Лиан!
– Здесь.
– Чу Сяочжу!
– Здесь.
Фан Му знал, кто идет следующим. Как только слово «Мен» вырвалось из уст профессора Сона, он внезапно хлопнул Мен Фанчжи по спине.
– Эй!
Изумленный, тот непроизвольно обернулся, и тут же в аудитории грохнуло:
– Фанчжи!
Не задумываясь, Мен Фанчжи отозвался:
– Здесь.
На этот раз профессор Сон не сделал паузы, а продолжил перекличку по списку.
Мен Фанчжи мгновение посидел, успокаиваясь; выражение его лица снова стало нормальным. Утерев пот со лба, он нагнулся к Фан Му и, слегка смущенный, спросил:
– Ты чего?
Фан Му выдержал паузу.
– Сколько времени?
Мен Фанчжи глянул на часы.
– Пять минут десятого. О, – поправился он, – пять минут и тридцать восемь секунд.
Фан Му усмехнулся, а Мен Фанчжи покраснел так, будто кто-то узнал его самый страшный секрет.
* * *За ланчем Фан Му так объелся, что его потянуло в сон. Сверившись с часами, он убедился, что до следующей лекции еще минут пятьдесят, и решил подняться на крышу – проветрить голову.
И оказался не один. Там уже был Мен Фанчжи.
Он сидел на низком бетонном ограждении, беззаботно свесив вниз ноги. Взгляд его застыл в одной точке; парень явно глубоко задумался.
Решив потихоньку сбежать, пока его не заметили, Фан Му уже развернулся, но тут Мен Фанчжи встал в полный рост.
Ширина ограждения не превышала двадцати сантиметров; Мен Фанчжи стоял на нем, раскачиваясь с пятки на носок. Он широко раскинул в стороны руки, сделал глубокий вдох и, набравшись храбрости, посмотрел вниз.
Фан Му задержал дыхание. В здании семь этажей – что можно разглядеть с такой высоты? Человечков размером с пуговицу? Машины не больше детских игрушек? Или асфальт, на который он, казалось, готовится прыгнуть?
Но Фан Му его не окликнул. Звук чужого голоса мог напугать Мен Фанчжи, и тогда он точно упал бы.
Фан Му сделал осторожный шаг вперед. Шорох подошв по битуму показался ему раскатом грома.
Мен Фанчжи стал раскачиваться ожесточеннее. Он мог потерять равновесие в любой момент.
Времени на раздумья не было. Фан Му кинулся вперед, обхватил Мен Фанчжи со спины обеими руками и дернул назад.
От изумления Мен Фанчжи вскрикнул, и оба они повалились на крышу.
– Что ты творишь? Хочешь разбиться? – прошипел Фан Му, хватаясь за ушибленный при падении локоть.
– Я… в общем… извини, – пробормотал Мен Фанчжи, садясь. Он трясся всем телом.
Увидев его пепельно-бледное лицо, Фан Му махнул рукой и помог встать.
Ноги у Мен Фанчжи подкашивались; ему пришлось приложить усилие, чтобы подняться и отряхнуть с одежды пыль. Он по-прежнему дрожал и мог в любой момент свалиться назад на землю.
Фан Му вздохнул и подвел его к бетонной скамье. Вытащил из рюкзака термос и протянул Мен Фанчжи.
Тот сделал несколько глубоких глотков прохладной воды. Постепенно его дыхание выровнялось.
– Спасибо, – сказал Мен Фанчжи. Потом достал салфетку, тщательно протер горлышко термоса и передал Фан Му.
Присев с ним рядом, Фан Му вытащил из пачки сигарету и прикурил. Задумался на мгновение, вытащил еще одну, тоже прикурил и дал Мен Фанчжи. Чуть поколебавшись, тот взял сигарету, но после первой же затяжки отчаянно закашлялся.
– Ты не куришь?
– Нет.
– Пустая трата табака, – хмыкнул Фан Му.
Как знакомо прозвучали эти слова, пробудив в нем старые воспоминания! Фан Му заметно погрустнел.