Я хочу быть твоей единственной (СИ)
В зеркало заднего вида замечаю, как джип без остановки фарит мне, намекая на то, чтобы я перестроилась. Еще чего! Терпеть таких не могу. Не обращаю на него внимания, но затем боковым зрением замечаю, что он выезжает на встречку, пока там нет машин, а потом он вдруг резко перестраивается на мою полосу, не подав при этом предупредительного сигнала.
Выкручиваю руль вправо, пытаясь уйти от столкновения, но машину заносит на скользкой дороге. Я в ужасе понимаю, что больше не контролирую ситуацию, вылетаю на встречку и за пределы проезжей части. А дальше удар, адская боль и кромешная тьма…
Глава 37. И каждый раз навек прощайтесь
Фархат
Я нетерпеливо мерил шагами больничный холл в ожидании врача или медсестры. Кого угодно, лишь бы узнать, как моя Сая. Нет ничего хуже неведения и молчания. В отчаянии сажусь на скамейку у стены, упираюсь локтями в колени, обхватываю голову и сжимаю челюсть до неприятного хруста и боли.
Моя Сая. Девочка моя ненаглядная. Как же так?
Никто ничего не говорит. Только: “ждите, вам все скажут, когда закончат”. Что закончат? Сердце болезненно ноет от страха за нее, и мысль, что я не могу ее потерять стучит в висках. Только не ее, только не мою девочку.
-По поводу Дулатовой Саи вы спрашивали? - разлепив веки, вижу перед собой девушку в медицинской форме.
-Я.
-Она на операции.
-Что с ней?
-Сотрясение мозга и перелом ключицы. Но не переживайте, всё будет хорошо, - улыбнулась она, вселив в меня надежду.
Сая…эта девочка - кремень. Она выживет, она выкарабкается. Она не может по-другому.
Думаю о том, как же все так быстро. Я ведь совсем недавно говорил с ней по телефону, слышал ее нежный голос, сказал, что буду ждать ее дома. И я ждал, но за каким-то хреном пошел в туалет, оставив телефон в спальне.
Когда я перезвонил Сае и она не взяла трубку я отчего-то напрягся. Какое-то странное предчувствие пробралось в душу. Перезвонил через пять минут, потом еще через две и долго ждал ответа. Наконец, услышал в трубке короткое “Алло”, но не от Саи. Помню только, что телефон взял мужчина и сказал: “девушка потеряла управление”, “врезалась в дерево”, “вытащили без сознания”, “увезли в двенадцатую”.
Земля ушла из-под ног. Все вокруг будто просто перестало существовать и иметь какую-то ценность. Только она и ее жизнь. Тут же рванул в больницу, по пути позвонил начальнику своей Службы безопасности и поручил все выяснить. А еще бесконечно винил себя за то, что пропустил ее последний звонок. Снова послушал ее и не приехал к Дулатову. Снова пошел у нее на поводу. Больше так делать не буду. Только бы жила…
В кармане звонит телефон. Принимаю вызов через пару секунд и слушаю доклад СБ-шника. Сухие фразы, только факты. Момент ДТП попал на камеру. “Хамер” ехал с превышением скорости, подрезал Саю, а она пыталась увернуться от столкновения, но не справилась с управлением. Машину закрутило, и пролетев через встречную полосу, она правым боком врезалась в дерево.
Холодная волна пробежала по спине, а глаза налились кровью. Крепко сжав мобильный, выругался сквозь зубы:
-Твою мать. Известно, кто был за рулем?
-Ищем вместе с ментами.
-Держи в курсе. И найди мне его.
-Сделаем.
Сделают, я не сомневаюсь. Сам гниде голову откручу и руки переломаю, чтобы больше никогда никто от него не пострадал. Тут же на смартфон приходят сообщения от безопасников. Открываю мессенджер, вижу, как загружаются фотографии и быстро понимаю, что это снимки с места аварии. Искореженный “Лексус”. Тот самый, на котором она чуть в меня не врезалась. С силой потер лицо рукой и чуть не завыл.
Господи, то ли машина невезучая, то ли девочка моя такая бедовая. Больше сама ездить не будет, только с водителем.
Только вернись. Вернись, моя родная.
Время двигалось медленно, но народ в холле постепенно рассасывался. Мой телефон молчал и слава Аллаху. Пусть линия будет свободна для звонка от безопасников.
Задрав голову, несколько секунд, до противного жжения, смотрю на больничную лампу и прикрываю глаза.
И вдруг - она. Такая, какой была в нашу последнюю встречу. Распущенные, густые каштановые волосы, ее коричневое пальто и белый мягкий шарф.
Мы ехали в аэропорт, и на светофоре Сая протянула руку и погладила меня пальцами по затылку и спустилась к основанию шеи. Мне это дико нравилось. Так до нее никто не делал. Да я вообще не знаю, как я жил до нее и без любви к ней.
-Ты похож на кота, которому чешут за ухом, - улыбнулась она.
-Видимо, у кота и у меня похожие ощущения.
Перехватив ее руку, поцеловал теплую кисть и посмотрел в глаза, наслаждаясь ее смущением. Загорелся красный, но руку Саи я не отпустил, а переплел наши пальцы и положил их на колени любимой женщины. Она накрыла их своей ладонью и сказала:
-За расставаньем будет встреча. Не забывай меня, любимый. За расставаньем будет встреча. Вернемся оба - я и ты.
-Что? - покосился на нее.
-Это стихотворение из “Иронии судьбы”. Каждый год тридцать первого декабря мы дома смотрели “Иронию судьбы”.
-Не люблю этот фильм. Герой мямля, не знает, чего хочет,. Я думал, девочки твоего возраста даже такого фильма не знают. Не говоря о стихотворении.
Она рассмеялась.
И только теперь в моей памяти всплыли строки, которые теперь резали без ножа.
-Кто оперирует? Какие травмы? - громкий, грубый голос вытянул меня из омута воспоминаний. Нахожу глазами пару - мужчину и женщину, которые только вошли.
В грозном высоком человеке я узнаю отца Саи - Ансара Дулатова. Мы ведь пересекались пару раз на встречах в городской администрации, но общих дел никогда не имели. А теперь у нас одна на двоих беда.
Рядом с Дулатовым стояла его жена. Она говорила по телефону и то и дело бросала хмурые взгляды на мужа, который ей мешал своими бесконечными вопросами. Наконец, женщина убрала трубку и с облегчением вздохнула:
-Операцию делает очень хороший хирург-травматолог. Перелом ключицы и ушибы. Жизненно-важные органы не задеты.
-Это же хорошо, да? Мира?- он схватил ее за руки и смотрел так, будто она знает все и даже больше. Я вспомнил, что она сама медик, только педиатр.
-Ансар, все будет хорошо. Остается только ждать.
Понимая, что сам Всевышний свел нас с отцом моей Саи в этом месте, встаю со скамьи и иду к нему. Готов сделать первый шаг, помню, что он мужик ровный, тоже с принципами.
-Ансар Идрисович, - зову его так, как принято, и протягиваю ладонь.
Он поворачивает голову и не сразу, но понимает, кто перед ним стоит. И вмиг лицом затвердел, хмуро смотрит, кривит рот. Я моментально все считываю: не одобряет ни меня, ни наши с Саей отношения.
-А, Фархат Файзуллаевич, - бросает раздраженно и к моему удивлению пожимает руку. - Вот и встретились. И давно ты здесь?
-Прилично, - перевожу взгляд на его жену. - Здравствуйте.
-Здравствуйте, - кивнула она и мягко посмотрела на меня, пытаясь как-то разрядить обстановку, но в то же время не говорит ничего лишнего.
-Мои люди уже ищут вместе с полицией того, кто ее подрезал, - говорю ему, потому что мне кажется, он должен это знать.
-Что известно?
-Подрезал. Сая не справилась с управлением и выехала на встречную…Это случилось на выезде из вашего…
Договорить не успеваю - Дулатов не дает.
-Я знаю. Мы проезжали мимо, - холодно говорит он.
Глава 38. Если ты любишь ее
Фархат
Иду по коридору, сжимая в руке картонный стакан, накрытый черной крышкой. Кофе горячий, горьковатый и быстро помог взбодриться, потому что впереди меня ждет бессонная ночь. Не успеваю завернуть за угол, как слышу голос Дулатова. К моему удивлению, он не жесткий и твердый, а какой-то сдавленный, неуверенный.
-Я не должен был так говорить. Она на меня очень обиделась.