Глубины отчаянья (СИ)
— Сабли! — заорал Атмас. — Вперёд!
С громким боевым кличем две сотни кавалеристов, не тратя время на перезарядку, галопом помчались вперёд. Враг успел лишь гортанно заорать, да развернуть своих кобыл, пытаясь сбежать. Некоторые из них не сумели набрать должной скорости, отчего нашли свою бесславную смерть. Ещё часть убили мы, маги. Дистанция оказалась достаточной, так что полетели «капли», которым я с должным старанием обучил ребят.
Остальных догнали и добили уже на дистанции. Лёгкий и очень быстрый бой.
Отогнав и изрубив отстающих, мы отбили северо-западное направление, а потом, не теряя времени, сразу помчались дальше, объезжая Монхарб по кругу. Целью было лишь отогнать даже не авангард сайнадов (они сражались в стороне от нас), а только его разведку! Благо, огромную колонную беженцев пока ещё не спешили брать на прицел. Всадники лишь оценивали наше состояние своими глазами, хотя уверен, информация от шпионов давно находилась у их командиров…
Эх, понятно было, что как только подтянутся основные силы, то мы не сумеем даже достойно сдохнуть, но пока ещё имелись варианты. Главное — в должной мере затянуть процесс, дабы треклятые беженцы сумели дотащить свои повозки до ворот и покинуть город!
Четыре километра колонны… Я видел их даже отсюда, а поток пыли был такого размера, что бил в горизонт. И это ещё «зима», ха-ха!
Сплюнув на ходу, покосился на небо. Троица… Как же я устал от войны. Дай мне ещё немного сил.
Три часа. Три, мать его, часа. Всё это время мы метались вокруг города, словно охотничья собака, охраняющая овец от стаи волков. С каждой минутой становилось труднее — уставали кони, уставали мы. Начались потери, пришлось лечить прямо на ходу, под прикрытием давно «сдохших» от перегрева учеников.
— Выше нос, сопляки, — хмыкнул я. — Ручки жжёт? Давайте через «не могу»!
— Есть, сэр, — глухо прошептал Фолторн, чем даже немного удивил меня. Бранкес же просто скривился и кивнул. Он уже дважды едва не падал с коня — жар тела достиг состояния, когда конечности слабели, а голова кружилась, как при лихорадке и высокой температуре. К счастью, парня ловили всадники, успевая придержать.
Они и сейчас присматривали за ними, пока ученики принялись отстреливаться «каплями», вступая в новый бой. О барьере речи уже не шло. Сил, положим, на это хватило бы, но что потом делать с раскалённым и бессознательным телом? Лечение позволяло исправлять физическое состояние, то есть ожоги, магии же нужно «выветриться» из плоти, которая ей пропиталась.
Однако даже так ребята показали достойный результат. Может не столь безнадёжные, как мне периодически казалось? Хорошо бы…
Всадники Коуланда разделились на части. Десяток остался возле нас, прикрывая и отстреливаясь в сторону противника, а остальные бросились в ближний бой. Обратно ко мне снова привезли раненых, оставив несколько тел соратников и сайнадов на засушенной почве.
— Нет времени создавать здесь госпиталь! — рявкнул вернувшийся Атмас. — Перетянуть им раны и продолжаем бой! Сигнала отступать не было, а значит колонна всё ещё идёт!
— А если она будет идти до самого вечера, сэр? — открыл рот Бранкес, но тут уже выступил я, наотмашь прописав ему кулаком прямо по челюсти. Жалко! Сам ведь морду правил!
— Значит будем отбивать до вечера, придурок! — удерживая его за воротник, зло прошипел я. — Или не понял, где оказался? Это армия!
Вот только похвалил — и на тебе!
Вздрогнувший ученик — давно я его не воспитывал в должной мере, — испуганно вытянулся и лишь судорожно закивал, ощупывая рукой челюсть.
Сплюнув, я забрался на коня. Вылеченному всаднику помогли подняться с пыльной земли, после чего — по-быстрому перевязав раны тем, кто умудрился поймать пулю и при этом выжить, — мы двинулись дальше.
Обстановка накалялась. Следующая партия врагов тоже не пожелала отступать. Почти четыре десятка конных сайнадов разразились воплями, а потом бросились вперёд.
— Сионы, — осознал я. — Их движения! Они же не сидят на лошадях, а стоят, поджав ноги на седле! Сейчас прыгнут!
Выругавшись, наши всадники перегруппировались, а я, прищурившись, поднял перед лицом атакующих пелену пыли, бросив её им прямо в глаза за несколько секунд до столкновения.
Если у врага и были антимагические амулеты, они не сыграли свою роль, ведь я использовал не созданный, а поднятый с земли песок. Половина сионов мгновенно оказалась зарублена мощными ударами сабель. Ещё часть свалилась со своих лошадей или неудачно прыгнула, попав под копыта. Они тоже быстро нашли свою смерть. Однако часть умудрилась выжить и… бросилась бежать. В спину им летели «капли» и пули. Спаслись немногие.
— Сокрушающий Меч Кохрана с нами! — завопил Коуланд, которому начали вторить остальные бойцы.
Мы всё ещё были живы и могли продолжать — это главное…
Авангард сайнадов отогнал наши передовые войска только к сумеркам, после чего вплотную подошёл к Монхарбу. Восемь тысяч солдат, конницы и артиллерии (надеялись на осаду?). Небо заполнили птицы — оборотни и друидские. Приказ отступать наконец-то прозвучал. Вот только отступали мы… в город.
— Почему? — недоуменно взглянул я на Атмаса, который вытащил замызганную бумажку из почтовой шкатулки. — Разве мы не должны догонять беженцев?
— Приказ генерала Эдли, — глухо буркнул он. — Возможно будем оборонять Монхарб ради предоставления колонне лишнего времени отступления.
— Бессмысленно, — пожал я плечами, — нас слишком мало, плюс город наполнен предателями, которых не стали с собой забирать.
Всадник хмуро выругался и замолчал. Когда я уже думал, что не дождусь ответа, он открыл рот.
— Не думаю, что это была здравая мысль. Оставлять тех, в ком не уверен, — произнёс Коуланд. — Как бы подобное не выглядело, но… их надо было убить.
— Поддерживаешь монхарбскую резню? — с толикой неприязни покосился я на него. — Не видел тебя среди тех, кто убивал мирных.
— Меня там и не было, — ощерился он. — Но если бы был — то поддержал.
— Зачем? — я искренне пытался понять. — К чему бы это привело⁈
— К тому, что сейчас мы бы вернулись в город, который пришлось оборонять только от внешнего врага! — рявкнул офицер. — От внешнего!
— Тц, — отвернулся я. Хотелось ответить. Очень. Но разногласия и ссоры в такие моменты ни к чему. Они сделают лишь хуже.
— Всё равно люди находили способ уйти, — сменил он тему. Но не так, чтобы сильно. — Договаривались с соседями, прятались в телегах, платили стражникам, перебирались через порт и тайные отнорки. Много способов было, очень много, — высказал Атмас.
— Однако же, — натянув неискреннюю улыбку, ответил я, — лучше получить в колонне беженцев десяток шпионов, чем пару сотен, верно? Какая-то часть диверсантов не смогла вырваться и осталась в Монхарбе.
— Куда мы сейчас отступаем, — фыркнул мужчина. — Да, ты полностью прав, Изен, — последние слова звучали с открытой насмешкой.
Промолчать удалось с трудом, но оно того стоило, как я считаю. Не зря говорят, что даже хрупкий и чисто формальный мир лучше войны. Война друг между другом нам была решительно не нужна. Вообще никак.
Подошли мы вовремя. Нас запустили через дальние боковые ворота, которые защищал целый взвод солдат. Причина проста — на улицах Монхарба кипел бой. Как бы мы ни старались, отряды врага проникли внутрь. То ли умудрились воспользоваться хаосом на улицах и пролезли через стены, то ли их впустили местные предатели — какими-то тайными контрабандистскими путями, то ли применили ещё какой способ. Это уже не важно. Суть в том, что в городе находился полноценный вражеский полк — благо, разделившийся на небольшие отряды. Во всяком случае так сообщил сержант на воротах.
— Видели сайнадского командира, голову, как его называли, — добавил мужчина, чьи волосы имели налёт седины. — А те ублюдки, из горожан, которых мы тут, значится, заперли, мародёрствовать направились — обносят теперь дома, да гадят по мелочи. Пожгли несколько пустых складов и конюшен. Не знаю уж зачем, всё равно город им достанется.