Запах смерти (СИ)

Однажды я спросил его — когда я стану взрослым, он уйдёт от меня?
— Всё будет так, как ты пожелаешь, — ответил он, согревая дыханием моё плечо. Тем вечером он снова забирал мою кровь. — Я исчезну, если как-то помешаю тебе. Буду любить тебя издалека. Наверняка тебе захочется вырваться на волю и почувствовать вкус свободы…
Его зубы снова были в моём теле. С каждым разом укусы становились всё волнительнее и вызывали во мне неизвестные приятные ощущения. Я крепко обнял его за плечи и произнёс:
  
— Хочу, чтобы ты был счастлив, нии-сан, но не хочу тебя отпускать.
— Тебе не нужно отпускать меня, Саске. Потому что я счастлив только с тобой…
Снова укус, уже в другое надплечье — и моё тело ослабло в его руках.
— Скажи, какова на вкус моя кровь? — прошептал я, когда он скользил языком по моим ранкам. Итачи, отстранившись, облизнул свои губы, а его алые глаза начали тухнуть, превращаясь в черные. Его «трапеза» была окончена.
— В нашем клане это было запрещено. Пожирать себе подобных — сродни каннибализму. Твоя кровь, Саске, обжигает мне горло и заставляет тело неметь, словно в него впускают яд. Когда она проникает в моё тело, кажется, что я горю изнутри.
— Как же так? — в ужасе отшатнувшись, закричал я. Все мои мечты рухнули в одно мгновение. Получается, я причинял ему лишь боль?
— Чтобы спасти меня, ты каждый раз проходишь через это? — мой дрожащий голос почти затух, а он, улыбаясь, лишь потрепал меня по голове.
— Это цена за твоё счастье. И для меня нет ничего, слаще неё…
Но наше счастье было недолгим. Мы прожили в том месте около четырех лет и, возможно, это была самая большая ошибка — осесть где-то столь надолго. Потому что они выследили нас. Я… плохо помню, что произошло тогда. От боли, от страха, от ужаса мои мысли перемешались, и сознание заблокировало те эмоции, что я испытал тогда. Однако я продолжаю видеть тот день во сне, снова и снова. Ночью возвращаюсь домой, сразу же ощущая запах крови и смерти. Я прохожу внутрь и буквально утопаю в крови. В доме всё перевернуто из-за долгой борьбы. Я хочу убежать, но не могу, потому что вижу его. Мой брат, он… был мёртв. И не просто мёртв. Его не просто убили, над его телом поглумились. Ему вырвали глаза, а самого прибили гвоздями за руки к стене. Прямо над дверью. Нижняя часть его тела была практически разрезана надвое, отчего кровь лилась из него, даже когда я пришёл. Я не знаю, как я не сошёл с ума в тот день, не знаю, как смог выбраться из того кошмара. Не знаю, что стало с телом Итачи, и как я оказался в другом месте, вдали от того дома. Поначалу я хотел покончить с собой, чтобы отправиться вслед за ним — жизнь без брата мне казалась бессмысленной. Но… горечь от его потери была слишком сильной, и постепенно она превратилась в ненависть. Я понял, что не могу умереть просто так, не отомстив за него и не найдя его глаза. Итачи что-то говорил про наши глаза, но из-за тех переживаний я забыл, что за сила заключена в них.
С тех пор у меня появилась цель. Я знал, что теперь они будут преследовать меня, поэтому был вынужден скитаться один. Боль и утрата сделали меня сильнее. Я больше не был тем мальчишкой, который всегда прятался за спиной брата. Я стал более жестоким, чем он. Потому что из жертвы превратился в охотника. Да, не только они искали меня, но и я их. А находя — пытал до тех пор, пока не добывал хоть какую-нибудь информацию. Это привело меня сюда, в Коноху. Не знаю, может быть, они просто хотели замести следы, поэтому дали мне ложную информацию. Однако последний труп говорит о том, что всё же моя цель связана с Конохой. Не может быть, чтобы я оказался здесь просто так.
И встретил здесь тебя, Узумаки Наруто.
========== Чтобы не забыть ==========
Наруто пораженно застыл, широко открытыми глазами смотря на Саске. Учиха так и продолжал спокойно сидеть на краю причала, свесив одну ногу. Он говорил медленно и ровно, его голос прервался лишь на том месте, когда он описывал жестокое убийство брата. Его слова проняли Наруто до глубины души, а в глазах даже появилась слёзы. За хладнокровной маской расчетливого человека, за усмешкой и высокомерием не каждый смог бы увидеть страдания и отсутствие тяги к жизни. Наруто смог. Смог увидеть всю ту боль и мучения, через которые прошёл этот парень. Они ровесники, но по сравнению с тем, что пережил Саске, Наруто выглядел просто ребенком. Да, он тоже потерял родителей, но потерял при самом рождении, даже не знал их. А у Саске по крупицам отбирали самое дорогое, каждый раз отрывали часть души, оставляя на её месте лишь пустоту.
— Прости, Саске, — глухо проронил парень, опуская глаза, — что заставил тебя вспомнить об этом.
— Неважно, — бесстрастно бросил тот. — У меня в жизни не осталось ничего, кроме мести и уничтожения той организации, которая истребила наш клан. Я остался последним, — добавил он. — И вряд ли после меня кто-то будет. Клан Учиха исчезнет навсегда, когда я достигну своей цели.
— Неужели… — сердце Наруто болезненно сжалось, — ты решил убить себя после этого?
— А разве ты не понял? — Саске бросил на него косой взгляд, — что смысла жить дальше у этого чудовища нет?
— Чудовище… — пробормотал юноша, снова касаясь своей раненой руки. — Значит, чтобы выжить, тебе нужно… человеческое мясо?
— Да, — скупо кивнул Учиха. — Благодаря брату я продержался пять лет, хотя монстр должен был проснуться ещё в одиннадцать. Я мог подавлять этот инстинкт вплоть до недавнего времени. Однако теперь всё кончено — я встал на тот путь, сойти с которого мне поможет только смерть.
— Ты можешь пить мою кровь! — с внезапным энтузиазмом предложил Наруто. — Тогда никто не будет страдать!
— Одной крови мне мало, — огрызнулся Саске. — Ты же не можешь прожить на одной воде или соке? Не знаю, сколько я продержусь, — покачал головой он, — прежде чем не убью человека, чтобы поглотить его целиком. Итачи, он… — Саске стиснул кулак, чтобы заглушить внутреннюю боль, — я всегда чувствовал, когда он возвращался после миссий, а когда после охоты. От него постоянно разило запахом смерти. Запахом свежей плоти и крови. Крови и небольших укусов, — он тоже взглянул на левую руку, за которую держался Узумаки, — надолго не хватит. Я недавно вспомнил, что брат ел и внутренности. Ты же не можешь мне предложить пожирать себя? — саркастически усмехнулся Саске.
— Ты уже и так пожираешь меня, — пробурчал Наруто, — я же говорил, что быстро восстанавливаюсь, быстрее, чем обычный человек, и такие раны мне не вредят. Правда, это адски больно, — он тоже ухмыльнулся, а потом снова уставился на Саске. Сегодня вечером тот был не в привычной толстовке с длинным рукавом, а в серой рубашке с коротким рукавом на молнии. В неярком лунном свете Наруто смог увидеть его предплечья, которые сплошь были усеяны тонкими поперечными шрамами. Некоторые были совсем свежими и красноватыми.
— Что это? — схватив его за руку, Наруто потянул парня на себя, отчего тот чуть не повалился на него. — Ты же не пытался…
— Нет, конечно, — огрызнулся Саске, вырывая свою руку из его пальцев. — Просто думал, что если буду лишать себя части крови, то это ослабит голод, который становился в Конохе всё сильнее. Итачи же забирал у меня кровь, и это работало. Но всё напрасно — без яда это не действует, — Саске посмотрел на свои предплечья. Бледная кожа серебрилась в свете луны. С тех пор, как он напал на Наруто, он перестал резать себя. Кровь одноклассника успокаивала и ослабляла его, но может ли быть, что она обладала каким-то гендзюцу?
«Эти шрамы… в тех снах у меня нет шрамов. Если подумать, я их начал наносить себе около года назад. Их и не должно быть там, но…»
Внезапно его глаза вспыхнули, а внутри будто что-то шевельнулось. Резко развернувшись, он схватил правую руку Наруто и задрал рукав его олимпийки.