Бескрайний архипелаг. Книга I (СИ)

— Держитесь крепче, сейчас расскажу про настоящую магию технологий! — воодушевлённо заявил Олаф. Глаза его загорелись неподдельным азартом.
Активация схемы открывала мастеру доступ к меню строительства. Наш инженер, как только доберётся до этой функции, сможет снабдить корабль дополнительным оборудованием, от которого просто мозг взрывается.
За каких-то пятьсот осколков и горстку дерева с металлом мы получаем сундук с пространственно-временным карманом! Этот зверь способен хранить полтонны груза, причём уменьшенного в габаритах в десять раз. Иными словами, пять тонн припасов в одном сундуке! Это как целый грузовик запихнуть в багажник легковушки.
  
Но это ещё не всё! Внутри хранилища время тормозит в пять раз. Представьте себе: любая еда, которая обычно портится за три дня, в этом сундуке продержится больше двух недель. Холодильник? Да это просто детские игрушки по сравнению с нашим будущим чудо-сундуком!
Второе дополнительное оборудование представляло собой таинственный навигационный стол. Насколько я понял, это будет что-то вроде стационарной смарт-карты для выстраивания морских маршрутов. По какому именно принципу работал стол, пока никто не понимал. Если на Земле в старинные эпохи для навигации ориентировались на солнце, звёзды, пользовались секстантом, компасом и хронометром, то в Бескрайнем Архипелаге все эти способы не сработают по причине недостатка информации. Видимо, для упрощения Парадигма и придумала некие навигационные столы.
— На текущем этапе я могу интегрировать лишь два дополнительных модуля. Повышение мастерства расширит перечень доступных опций, а также позволит снизить расходы на материалы и осколки бездны!
Оказывается, бытие ремесленника в «Бескрайнем Архипелаге» не столь скучно, как мне поначалу казалось.
Когда Олаф закончил, лагерь загудел. Главная заморочка была в древесине: более тысячи кубов за одиннадцать дней — это не шутки! Большинство уже мысленно видело, как придётся вкалывать от рассвета до заката, валя лес, как проклятые.
Но тут с пенька поднялся Диловар. Он заметно окреп и достиг десятого уровня. Наверняка от одного его вида деревья сами падали.
— Всё у нас получится, друзья! — заявил он со спокойной уверенностью, и выжившие заметно расслабились. — Если выделите мне пару крепких ребят в помощь, мы это дело провернём с хрустом.
В суматохе случайно подслушал разговор Ганса. Оказывается, рост уровней ремесленных навыков открывает новые схемы. Именно так у нас появилась наковальня, где теперь куётся всё необходимое, и прочая утварь, превратившая быт из выживания в нечто более-менее человеческое.
Но что действительно удивило — некоторые особо крутые схемы просто так не откроешь, сколько бы ремесленник ни тренировался. Нужно найти конкретный чертёж в случайной награде за монстров или купить у будущих торговцев, иначе никак. Наверняка имелись и другие способы обретения ценных схем. Судя по тому, как все навострили уши при этих словах, я был не единственным, кого это заинтересовало.
Очевидно, что крутые ремесленники, обладающие множеством рецептов, будут купаться в осколках бездны, как Скрудж Макдак в золотых монетах. Мне этот путь закрыт — выбранные навыки совсем иного профиля. Смогу мастерить разве что кровавые поделки, которые с восходом солнца превратятся в жижу.
  
Глава 21
 
Когда все разбрелись по шалашам, начался мой дозор. На соседней вышке маячила фигура Эстебана. Мы перекинулись парой скупых жестов — сигналами «всё чисто» и «держи ухо востро».
Тишина нарушалась лишь треском угольков в костре да цикадами, стрекочущими где-то вдалеке. За время дозора я изучил каждую тень, каждый куст на периметре — ничто не должно было укрыться от моего взгляда.
Часы тянулись медленно, словно патока. Звёзды сдвинулись примерно на четверть небосвода, когда ночной покой разорвал крик, от которого бросило в холодный пот:
— ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! ОБЩИЙ СБОР У КОСТРА!
Я не сразу понял, что происходит, но голос начальника охраны звучал так, будто сам диабло дышит ему в затылок. Эстебан обычно был невозмутим, но сейчас трясся, точно в лихорадке. Его глаза, расширенные от ужаса, казались двумя чёрными дырами на бледном лице. За всё время, что я знал крепкого мексиканца, такого с ним не случалось. Даже когда мы схлестнулись с жужжерианцами после обмена Такеши.
Люди выскакивали из палаток как ошпаренные. Кто-то в белье, кто-то на ходу натягивал штаны. В их глазах читалась паника. Эстебан сглотнул так громко, что, казалось, это услышали все, и хриплым от напряжения голосом произнёс:
— В сторону лагеря движутся жужжерианцы. Вооружайтесь, готовьтесь к обороне! ИСПОЛНЯТЬ!
Эти слова подействовали как спусковой крючок. Люди бросились врассыпную, словно муравьи, чьё гнездо разворошили палкой. Кто-то метнулся к палатке за оружием, некоторые уже стояли с клинками наготове. Эти не расставались с «подружками», даже во сне держа их под рукой.
Я же всё своё носил с собой, спасибо волшебному рюкзаку.
— Скажи, как близко враг? Ты увидел их с дозорной вышки? — осведомился Луи.
Наш лидер держал в руках увесистую алебарду и всем видом показывал, что готов вести за собой людей. Лицо его приняло серьёзную гримасу, плечи расправились, а фразы стали краткими и ёмкими. Не ожидал от него такой решительности. Чего не скажешь об Эстебане, который неожиданно навёл панику. Пока не до конца понимаю, в чём загвоздка? Неужто не справимся?
— Я охотник за головами, мой класс позволяет метить цель и отслеживать её три дня по смарт-карте. Успел метку повесить в последней стычке. И вот результат! Жаккар Журракс уже прёт прямо к лагерю! Не верите? Смотрите сами!
Эстебан суетливо раскрыл цифровое полотно и поработал с масштабом. Действительно, примерно в двух километрах от нашего лагеря медленно плелась метка. Прямо как на картах навигации, она имела заострённый кончик, показывающий направление.
— В чём проблема-то? — поинтересовался я. — Их там не больше дюжины осталось, максимум. Да наш Такеши в одиночку их в капусту нарубит. Откуда паника, старина?
Якудза вдруг замотал головой и показал пальцем на меня. Ох уж этот скромняга…
Эстебану, на мою радость, удалось вернуть хладнокровие. Теперь вояка выглядел решительно.
— Макс, очнись! — голос был жёстким, без лишних эмоций. — Ты хоть представляешь, с кем имеешь дело? Жужжерианцы — хладнокровные, расчётливые мрази. Если они двинулись, то не просто так. Жуки уверены, что сотрут нас в пыль!
А ведь Эстебан чертовски прав. Недооценить врага — значит дать ему неоспоримое преимущество. Я вспомнил все эпизоды встреч с жуками. Когда они сомневались в силах, то либо шли на мировую, либо давали стрекача, поджав крылья. Наверняка приготовили нам сюрприз.
— У меня есть план, — заявил я, подняв шпагу вверх. — Мы откроем ворота и позволим войти в лагерь…
— Какой-то беспантовый у тебя план! — перебил Янис.
— Дослушай! Мы направим наши пушки на западные ворота и зарядим их картечью…
— Да у нас ни пороха, ни фитиля! — вмешался Эстебан, подготавливая пистоли к битве.
— Я использую навык, просто подтащите поближе к воротам чёртовы пушки! Ганс, — я обратился к немцу, — смастери мне возле орудий щит из досок, чтобы враг меня не заметил.
Закрутилась карусель предбоевой подготовки. Напряжение нарастало с каждым ударом сердца. Эстебан бросил на меня стальной взгляд и осведомил:
— У нас десять минут, не больше! Если судить по скорости движения метки.
Мы действовали как единый механизм. Пушки на колесных лафетах грохотали, катясь к западным воротам, где должен был появиться противник. Каждый знал свою задачу. Никаких лишних слов, только короткие команды и бряцание металла.
Укрытие было готово спустя считанные минуты. Деревянный щит расположился между орудий. Это была идеальная позиция: враг меня не заметит, а я увижу его приближение заранее сквозь щель. План прост и безжалостен — дать сдвоенный залп без предупреждения. Стрелять по отдельности бессмысленно. Такой фокус сработает только раз. Хитрый противник не подставится дважды под один и тот же трюк.