Царь Марса (СИ)

Тот продолжал.
— Государь…
А вот это уже серьезно. Вовка может внимания и не обратит, тем более что с утра опять пьян, но Льгова не пропустит. И элиты не пропустят. И Лёва явно не оговорился. Где мои вещи?
Нет, формально, Кесарь тоже Государь. Но… Не принято так. Государь — это Император. Так что такое обращение — это форменный мятеж. Не называют Кесаря Государем.
Спокойно поправляю:
  
— Кесарь.
Лёва склонил голову:
— Прошу простить. Оговорился. Так вот. Я…
Оговорился? Ага. Это, извините, форменная демонстрационная заявка на чьей стороне Селена. Вдруг что если… И Луна не уступит, имея своего Кесаря. А Кесарь может опереться на силу Селены. Вдруг что… Задница для облизывания у Кесаря ниже по фронту.
Там еще папаша мой вдруг летит на Землю. Соскучился, наверное. Просто совпадение.
— … Я лишь хочу заметить, что Силы Селены приведены в полную боевую готовность и готовы к переброске в любую точку Земли по Вашему Повелению.
Ага. «Оговорился» он. По Повелению. Моему. Ха-ха три раза. Вовка уже никто для них. Луна решила сыграть по-крупному. Удивительно, что Лёва сыграл до прибытия папаши. Значит, события ускоряют свой бег и дорог каждый час. Военные за активную фазу схватки с ЮжАСом. Прочие, колеблются. Понятно. «Пиджаки» всегда предпочитают придерживаться концепции, что деньги любят тишину. Увы, не всегда. Когда наступает перегрев рынков, часто единственным спасением экономик является именно война. Желательно большая. ВПК вытянет экономику и даст рабочие места, если не справятся большие стройки, типа всеобщего строительства жилья, магистралей и прочих электростанций. А Луне как раз остро нужна война.
— Надеюсь на верность Сил Селены.
Прозвучало двояко. Кому верность? Но я сказал то, что сказал. И сидевшие тут, уверен, все поняли правильно.
— Не сомневайтесь, Ваше Величество!
— Не сомневаюсь. Солдаты и механоиды Луны никогда не подводили.
Их много. Особенно последних.
Лёва склонил голову и сел на место.
Ну, кто тут сейчас готов выступить против Кесаря? Папа мой здешний любит игры по-крупному. Втихую. Как он любит выражаться: «Игры в астрономический микроскоп». Ох, как любит он такие Игры. Иметь собственного Императора Двух Миров — это ведь лучше, чем просто шестого сына Царя Селены, не так ли? Тем более, если так сложилась жизнь.
Папаша не был наивным и не полагал, что мной можно будет крутить, как ему вздумается. Но, на определённое влияние он явно рассчитывал. Наполнить концепцию Двух Миров реальным смыслом во всех смыслах он точно собирался. Пройдёт полвека и появятся Три Мира. Четыре Мира. Пять. Шесть.
Венера. Меркурий. Системы Юпитера и Сатурна.
И Селена не должна быть просто одной из многих. Не знаю, о чём думает Александр Андреевич, но точно не о забвении. Отнюдь не о том, чтобы быть скупо упомянутым в школьном учебнике истории.
Зачем летит мой распрекрасный отец?
— Товарищи, дамы и господа. Продолжим оперативную часть. Наши Силы готовы к превентивному удару. Силы Миранды подняты по тревоге. Наш контингент и советники отозваны из отпусков и прочих выходных. Можно прямо говорить о том, что двигатели наших стратегов и суборбиталов прогреваются по обе стороны Атлантики и Тихого океана. Маркиз?
Начальник Генштаба вновь поднялся.
— Ваше Величество. Налицо явная попытка поиграть мускулами и произвести впечатление. Серьезных сил для схватки у ЮжАСа нет.
Конечно, у меня есть все данные, но нужно замазать ответственностью.
— Уверены?
Мой потомок дураком не был и не стал глупо лезть в очевидную западню.
— Уверенным в нашем мире можно быть только в могуществе Империи и её Сил. А наши Силы приведены в полную боевую готовность. Мы готовы оказать всю необходимую поддержку Силам Миранды. Оба моста через Амазонку и мост через Риу-Бранку, при наличии соответствующего приказа, могут быть уничтожены, легко повреждены или подъездные пути к ним могут быть разнообразно нарушены. Конечно, превосходство в атмосфере и на орбите — это задача Воздушно-Космических Сил, но и вверенными нам дроннами, беспилотниками и прочими коптерами мы сможем обеспечить превосходство в воздухе. Операция ЮжАСцев в отношении Миранды захлебнётся.
— Добро. Вижу, что пока не проснулись все. Итак — мы сбавляем обороты или нагнетаем?
Дураков отвечать нет. Как и всегда. Как говорится, начальник, скажи, что надо сказать, а мы завсегда кивнём, не сумлевайся!
И у каждого свой интерес.
Чем больше Империя, тем больше хаос. Как Императоры будут править Галактикой?
* * *
ОСТРОВ. СОБОР ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ. ПАРК. 7 января 2020 года.
Остров был небольшим. Не так много места на нём.
Дворец. Большая часть в недрах Острова. Парк. Набережные.
Собор.
Море вокруг.
Вода холодна.
Траур по Марии Второй объявлен с завтрашнего дня. Невместно христианам скорбеть в Богоявление и Крещение, к тому же в морге с покойной Императрицей ещё возились, ведь нужно было не просто привести в порядок усопшую, но и провести бальзамирование тела, подготовить стеклянный саркофаг, да так, чтобы тело в нём ни в малейшей степени не пострадало от времени и гнилостных процессов, а выглядело бодро и красиво, как при жизни.
Говорят, что по церковной традиции одним из признаков святости является неразложение тела. Не знаю, как там Илья Муромец в Киево-Печерской Лавре, но я более чем уверен, что и через пару-тройку тысяч лет тела Великого и Благословенной останутся нетленными. А за прошедший век технологии бальзамирования и консервации шагнули далеко вперед. Если так пойдёт дальше, то и мою тушку могут причислить к лику чего-нибудь, прости Господи.
Устал я.
Сзади приглушенно гомонили. Праздничная служба окончилась, и прихожане потихоньку потянулись из храма. Кто благочестиво совершать омовение крещенской водой в купелях и фонтанах, кто иным способом демонстрировать себе, близким, и, главное, соседям и коллегам, свою набожность.
Мы с Борей так же, как и все, покинули святые стены, обернувшись на выходе и перекрестившись на надвратную икону.
Я омываю ноги. К счастью нет у меня Марии Магдалины, которая отёрла бы мои ноги своими волосами в знак безмерной любви и смирения. Я не Сын Божий и не претендую.
Борис, кивнув кому-то, вздохнул, усаживаясь рядом.
— Ты заметил?
Киваю.
— Вода холодная. Зима всё-таки.
— А серьезно?
— Тебя не было на наших посиделках.
— И не должно было быть. Что делать такому скромному персонажу на Битве таких Богов. Я про храм.
Пожимаю плечами.
— Да. Эби за всё время богослужения ни разу не удостоила Вовку даже взглядом, хотя и стояли рядом. Да и Вовка практически не сводил со своей графини глаз. Иногда было даже неприлично.
Но Боря покачал головой.
— Нет, я не о них. С ними-то понятно. Сейчас начнут к тебе подходить.
— С чего бы?
— Увидишь. Будет вполне забавно. Ты с ногами в воде, а они… Но я не об этом. Посмотри на лица людей. Не только в храме, а вообще. По миросети посмотри.
Хмыкаю.
— И что я увижу? Нос да два уха.
Вздох.
— В том-то и дело, что ты пока не научился ВИДЕТЬ. А это плохо для Императора. Если ты, конечно, не хочешь быть таким Императором, как Вовка.
Начинается кино. Зачем люди хотят возвыситься, тем более стать Императором и прочим Владыкой Вселенной? Либо из честолюбия, либо вследствие смертельной опасности. Для себя. Для семьи. Для детей. И внуков. Просто убьют и тебя, и их всех. Тогда у человека возникает стимул — убить всех, но не дать убить себя и своих родных.
— Да, Миша, ты пока не хочешь быть Императором. И в прошлой жизни не хотел. Впрочем, и Великий не хотел. Но, у него не только не было выбора, но никто бы не справился лучше, чем он. Прости, но у тебя выбор примерно такой же — либо белая мраморная плита с золотыми буквами в Императорской усыпальнице в Петропавловской крепости, либо пепел от тебя и всей твоей семьи, развеянный с небес. Это взрослые игры, Миш. Вход рубль. Выхода нет. Совсем.