Царь Марса (СИ)

Барабаню пальцами по столу. Марго пытливо на меня смотрит, но ничего не спрашивает.
— Марго, ты хотела знать, кто я?
— Да. Для меня это очень важно.
— Ну, сама напросилась. Тебе не понравится. Уж, поверь. Собирайся. Летим на Остров.
— Но…
— Без «но». Иначе не поймешь, как я двигаю Миры, воюю и решаю вопросы с Кланами.
— Поняла.
— Парадных вещей не бери. Свиту тоже. Оденься практически. Штаны-там какие-то, курточку какую-то, горные ботинки. Мы не на бал. Фёдоровичу твой внешний вид абсолютно безразличен. Просто доверься мне. Или сиди тут в кабинете с умным видом и Короной, с которой не знаешь, что делать на самом деле.
  
— Я поняла. Я готова. Сейчас переоденусь.
Неожиданно нежно обнимаю её.
— Прости за сантименты. Это страшные знания. Прости. Но, если ты хочешь, чтобы я именовал тебя СЕСТРОЙ, а не только женой, то ты должна понимать всю прорву бездны, в которую ты должна рухнуть. А там не сады цветут. Там очень грязно. Можешь отказаться. Но, после посвящения, от меня ты не сможешь отказаться. Никогда.
Она прошептала:
— Я и так твоя навек. Перед Богом и людьми.
— Марго, это другое. Знание. Это величайшая Тайна нашей части Вселенной. Даже не знаю, как ты будешь со мной жить после этого.
— Мама знала?
— Да. Она была моей Сестрой.
— А Вовка?
— Нет. Ему это и не надо знать.
— А Дина?
— Нет. Ей и так хватает проблем в жизни. Да она и не спрашивала. Хотя и видела много лишнего.
Марго, подумав, кивнула.
— Нет. Я хочу. Я готова.
— Машина ожидает у подъезда. Переодевайся.
— Миша, а сколько, таких, посвященных?
Усмехаюсь.
— Вместо тебя должна была быть Эби. Но, мы её отбраковали.
— Мы?
— Марго, потерпи с вопросами. Скоро всё узнаешь. Тебе не понравится, предупреждаю сразу. Но, если ты уж Властительница Терры и Союза Миров, то ты должна знать, в какие Игры ты играешь. И с кем. А то по незнанию ТЫ дел таких наворотишь, что МЫ не расхлебаемся. А это утомительно, поверь мне. Разгребать чужое дерьмо.
— Приходилось разгребать?
— Приходилось… Узнаешь… Ваше Всевеличие, ваш выход.
— Миша, последний вопрос — почему я проиграла?
— Солнце, ты просто нарываешься на то, чтобы я тебя полюбил всем сердцем. Ты умеешь задавать правильные вопросы.
— И почему?
— Я тебя завлёк в заведомо проигрышную Игру. Я обеспечил тебе площадку, рапиру и всё прочее. Подбадривал. Провоцировал. Но правила в Игре были моими. Ты не могла выиграть, соблюдая МОИ правила. Всё просто.
* * *
ОСТРОВ. 28 апреля 2020 года.
— Миша, куда мы идём?
— В Хранилище Всего. Я тебе сейчас кое-что скажу, чтобы подготовить к тому, что будет дальше. Готова?
— Да.
— Я хорошо помню девятнадцатый век. Двадцатый. Теперь двадцать первый. Разные эпохи и культуры. Мне — сто сорок два года. Я — брат Императора Николая Второго. Я из другой реальности и другого времени. Великий — это моё тело. Пошалило тут без меня.
Императрица замерла, расширив глаза.
— Марго, я не шучу. Дальше будет хуже.
Сказано было жёстко. Но, тут никак иначе. Девочке пора в реальный мир.
— Мне — сто сорок два года. Это к вопросу, как можно в двадцать лет управляться с этим всем хозяйством. Хочешь дальше?
Нерешительный кивок.
— Да… Миша, а как с тобой Диана жила…
— Многие знания — многие печали. Она не знает. Вопросов лишних не задавала.
— Господи…
Усмехаюсь
— Вот теперь реши, хочешь ли ты идти дальше. Да и сможешь ли ты разделить со мной супружеское ложе. Я ведь старик не пойми откуда.
Она помолчала, собираясь с мыслями. Провела ладонью по моей щеке.
— Миша… Ты тёплый… Ты — живой…
Киваю.
— Конечно. Я не рептилоид. Я — человек. И здесь мне двадцать лет. Я даже зубы почистил с утра.
Она вдруг кинулась меня целовать.
— Миша… Миша… Зачем ты меня так пугаешь… Так говоришь… Я так испугалась… Ты мой… Я тебя не отдам… Миша…
По её щекам текли слезы, а она всхлипывала.
Понятно, она не поверила. Неудивительно. Я бы и сам не поверил.
Целую её заплаканные глаза. Невеста, все-таки. Имею право.
— Пойдем?
Жалобный всхлип:
— Куда?
— Познакомлю тебя с Борей. Хороший человек. Любимая поговорка его: «Поймал мыша — ешь, не спеша».
Ага. Человек. Очень-очень страшный Человек. Но, кто тут без греха, пусть первым бросит камень, как говорил Господь. Лично я не брошу. Своих грехов хватает. Но, пусть девочка ощутит прелесть Бытия. Куда она лезет вообще. Тут не рептилоиды. Тут хуже — тут люди.
Внезапно Марго остановилась и пытливо-боязливо посмотрела мне в глаза:
— Миша, скажи, ты меня любишь? Ну, хоть немножко?
В её взгляде было столько отчаяния и мольбы, что я не смог не кивнуть.
— Да, люблю.
— Спасибо…
Она целовала меня в губы, а я думал, люблю ли я эту девочку? Не могу сказать. Да, наверное. Тут трудно найти эталон для сравнения. Она была мне небезразлична, даже когда была просто дочерью Маши, что-то было между нами. Как минимум — сильная симпатия. Марго мне очень нравилась. Всегда. Я всегда оглядывался, когда она проходила мимо. Нет, не на попку смотрел, хотя и это тоже. Просто хотел увидеть лишний раз. И она мне всегда улыбалась. Хорошая девочка. Светлая. А теперь, когда мы с ней официальные жених и невеста…
— Я вам не помешаю?
Отрываюсь от губ невесты.
— Привет, Борь. Мы тут увлеклись видами природы…
Кивок.
— Да, я вижу. Пойдем? Кстати, мадмуазель, возьмите. Это ваше. Всё настроено на вашу частоту и биоданные.
И протянул ей Браслет.
* * *
ОСТРОВ. 28 апреля 2020 года.
Прошло четыре часа. Мы с Борей пили чай и ничего не комментировали. Марго бродила по Хранилищу. Читала то это, то то. Понятно, что за четыре часа она не освоит тут и десятую часть, но мешать не стоило.
Почему-то наибольшим откровением для неё стали портреты Благословенной в стиле ню. Так рушится Вселенная.
— Это… Она?
Киваю.
— Великий лично рисовал.
— Господи Боже…
Борис спросил:
— Маргарита, ты сейчас готова к серьезному разговору?
Она отложила ну ОЧЕНЬ откровенный рисунок Благословенной и нерешительно кивнула.
— Да…
* * *
СОЮЗ МИРОВ. ТЕРРА ЕДИНСТВА. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. КАБИНЕТ ЕЁ ВСЕВЕЛИЧИЯ. 28 апреля 2020 года.
Марго молчала всю обратную дорогу. Подавленно молчала. Я не лез ей в душу, давая возможность отойти от шока. Ну, что, мне ей психологов вызывать, а потом устраивать психологам всякие несчастные случаи? Разберемся. Не Марго первая, не она и последняя. Переживёт.
— Миша, а сколько лет Борису?
Пожимаю плечами.
— Одному Богу известно. У него есть официальная биография, ну, так она и у меня есть. Официальная. А, так… Я не спрашивал, а он не говорил. Он прекрасно знает сколько лет мне, на самом деле, но ведёт себя со мной, как с юнцом иной раз. Так что… Вообще, Фёдоровичи — странные люди. Если люди вообще. Может они ещё динозавров помнят. Шучу. Хотя это не точно.
— Миша, а ты не боишься, что я кому-то проговорюсь о Тайне?
— Нет.
— Почему?
— Потому что ты — умная девочка. Маргоша, радость моя, ну, подумай сама. Тебе просто никто не поверит. Скажут, что у юной Императрицы улетела кукушка, вызовут неотложку, на тебя наденут смирительную рубашку, у тебя с головы тут же слетит Корона. Которая, кстати, тут же достанется мне. Я мог бы тебе ничего не говорить вообще. Придумал бы сказочку про то, отчего я такой умный, но я хочу полного доверия между нами. Я открываю тебе свою душу, а ты мне свою. Мы не только муж и жена с завтрашнего дня. Мы — одно целое. Навсегда.
Мы приехали. В смысле — во дворец. Домой.
— Дверь закрой. На ключ.
Пожимаю плечами. Закрыл. Оборачиваюсь. Марго лихорадочно раздевается.