Первая скрипка для злого доктора (СИ)

  
Глава 8 
 
Скриплю зубами, но достаю мобильный. И тут же соображаю, что у меня и номера его нет! Да вашу ж…. музыкальную дивизию!
Подумав, набираю Жанну Вадимовну, мать Антона. После нескольких гудков слышу раздражённый голос:
– Да! Слушаю!
– Жанна Вадимовна, добрый день, – начинаю торопливо, – это Алёна, я.…
  
– Куда ты собрался?!
Вопль явно предназначается не мне, и я отчётливо слышу издалека усталый голос:
– Мам, позволь тебе напомнить, что мне уже давно не пять лет, и я не обязан перед тобой отчитываться!
Закатываю глаза, продолжая сжимать трубку. Ну с ней же нельзя так, она ведь завуч в школе, у неё профессиональный перекос!
«В голове», – добавляю мрачно про себя.
Сейчас заведётся до такой степени, что все мозги ему проест!
– Жанна Вадимовна! – повышаю голос, стремясь, чтобы женщина меня услышала. – Это он ко мне! Ко мне! Антону в общественный совет надо, я совсем забыла вам сказать! Простите ради бога.…
– Какой ещё совет? – в её голосе слышна растерянность, и пока она сбита с толку, я продолжаю:
– Жанна Вадимовна, вы простите, это я виновата! Надо было вас предупредить, да я замоталась и совсем забыла! Антона вчера выбрали в общественный совет к фестивалю! А он ещё на дежурстве чуть не всю ночь просидел, – вру, отчаянно надеясь, что кардиолог использовал для отмазки именно ту причину, которую я предлагала ему вечером.
– Какое дежурство, если от него несёт коньяком?! – с сомнением спрашивает женщина, но я чувствую, что она уже почти поверила. – Он что, на дежурстве пил?
– Ох, господи, да вы что, Жанна Вадимовна, – зажмуриваюсь и скрещиваю пальцы за спиной. – Это я вечером прибежала в больницу после работы, так замёрзла, а там как раз Павел Юрьевич был, главврач, а я же его знаю, мы все вместе обсуждали фестиваль, и он меня и Антона угостил по глоточку, неудобно было отказываться, вы же понимаете.…
– Ну, Алёна, – укоризненно говорит завуч, – не ожидала.
– Да я и сама не хотела, Жанна Вадимовна, но что ж делать было.… Мы с Антоном тогда обсудили некоторые детали по поводу работы в совете, а сегодня встреча с директором завода! В музее! А у меня совсем из головы вылетело! Я должна была его предупредить!
– С директором?
Ну вот, уже и интерес в голосе появился. Да, завуч самой пафосной городской школы любит вращаться в, так сказать, «элитных» кругах. А руководитель металлургического завода – одна из первых фигур в городе.
– Вот я и позвонила вам, чтобы извиниться и попросить передать Антону! Он ещё успеет, если прямо сейчас подъедет!
– Ладно уж, – женщина говорит укоризненно, но я понимаю – пронесло! – Но, Алёна, надо как-то поответственнее относиться к своим обязанностям!
– Да, Жанна Вадимовна, конечно! Вы абсолютно правы! Постараюсь! Вы скажете Антону, что я жду его у центрального входа в музей?
Она соглашается, я прощаюсь и, выдохнув, отключаю мобильник.
Надеюсь, у Антона хватит мозгов не спорить сейчас с матерью, а просто приехать побыстрее!
К счастью, хватает.
Спустя пятнадцать минут, за пять минут до начала встречи возле музея тормозит такси, из которого вылезает кардиолог. Оглядывается, видит меня и идёт в мою сторону.
Отчаянно пытаюсь придать своему лицу равнодушное выражение, но трудно вот так вот смотреть на человека, которого ты ещё несколько часов назад видела голым, да к тому же не помнишь, был у вас секс или нет.
Антон подходит и молча смотрит на меня. Я уже открываю рот, чтобы сказать, что нам пора, когда он начинает первым:
– Спасибо. Я.… не ожидал.
– Чего? – растерянно хмурюсь.
Мужчина усмехается.
– Прикрыла мою задницу перед матерью.
– Такую задницу грех не прикрыть, – выдаю неожиданно даже для себя и чувствую, что краснею.
А Антон фыркает, причём совершенно не язвительно.
– Так и знал, что тебе понравится, – весело смотрит на меня.
– Почему бы и нет, – стараюсь безразлично пожать плечами. – С чисто эстетической точки зрения у тебя всё в порядке.
– А как насчёт чисто женской точки зрения? – он вдруг делает широкий шаг ко мне, оказываясь значительно ближе, чем позволено правилами приличия.
– Э-э-э-э, с женской точки зрения я на тебя не смотрела, – пячусь назад. – И потом там надо смотреть спереди.
Антон запрокидывает голову назад и хохочет, а я, поняв, что ляпнула, роняю лицо в ладони.
– Идём, ёжик, – отсмеявшись, мужчина берет меня под руку. – Пошли обсуждать, что там в этом году с вашим фестивалем!
– Он не наш, он городской, – слабо спорю. – Вот неужели ты не гордишься, что в твоём родном городе родился известный на весь мир композитор?!
– Не-а, – кардиолог пренебрежительно пожимает плечами. – Ну родился, и что из того? Тут ежегодно сотни детей рождались и до, и после него. Я с большим уважением к акушерам-гинекологам отношусь, которые тех детей принимали.
– Хоть к кому-то ты относишься с уважением, – вздыхаю, снимая в гардеробе лёгкий плащ.
– Не стоит думать, что я такой уж хам, ёжик, – Антон отбирает у меня верхнюю одежду и сдаёт её гардеробщице вместе со своей курткой.
– Ну и где вы ходите?!
Мы оба оборачиваемся на Эльку, которая выбежала из кабинетика, где собираются экскурсоводы. Моя подружка немного встрёпанная, но тут же приглаживает волосы, глядя на врача.
– Привет, Антон! – выдаёт, улыбаясь, а потом поворачивается ко мне. – Алёнк, все уже собрались! Давайте в большой зал!
Большой зал называется таким очень условно – это просто одна из самых просторных комнат дома-музея, где помимо мебели и вещей, принадлежавших семье композитора, стоят рояль и арфа. Здесь время от времени устраивают камерные концерты, но основной концертный зал музея совсем не здесь, а в отдельном здании. Слава богу, дверь в помещение открыта и довольно много людей стоят прямо на выходе – не поместились внутрь, поэтому мы с врачом незаметно присоединяемся к «коллективу».
– …. безусловно, крайне важная дата не только для всех нас, но и в целом для города, поэтому нам так важно действовать сообща. Организация фестиваля – очень ответственное дело, и я счастлив видеть, что здесь собрались все самые активные…
Отвлекаюсь от того самого директора завода, толкающего вступительную речь, и веду взглядом по присутствующим. С большинством я, естественно, знакома – и не первый год работаю вместе. Но есть и новые для меня лица. В том числе…
Чуть не вздрагиваю, вылупившись на девушку в первом ряду. А она что здесь делает?!
Директор тем временем заканчивает свою речь, все хлопают, и я спохватившись, пару раз бью в ладоши, а потом поворачиваюсь к Антону.
– Слушай….
– Антоша?!
За нашими спинами раздаётся радостный возглас, и мы с кардиологом одновременно кривимся. Я от этого протяжного голоса с придыханием, а мужчина… похоже, от формы имени.
– Антон, – поправляет девушку, поворачиваясь к ней. – Привет, Аврора. Давно не виделись.
– Да уж, – дочь директора завода (правда, во времена нашего детства он директором не был, его назначили лет пять назад) и по совместительству наша бывшая одноклассница с каким-то хищным удивлением рассматривает врача. – Шикарно выглядишь, Антон! Что ты здесь делаешь? Я полагала, ты в столице! О, привет, – небрежно кивает мне, словно только что заметив.
Киваю и поворачиваюсь к директору музея, которая окликает меня по имени.
– Алёна Михайловна, – женщина стоит рядом с Щербаковым, тем самым директором, отцом Авроры. – Юрий Владимирович, позвольте представить вам Алёну Михайловну, нашего младшего научного сотрудника и скрипачку городского оркестра. Это она договорилась о передаче в музей для выставки тех исторических документов из столицы.
– Юрий Владимирович, очень рада познакомиться, – подаю руку и пожимаю сухую ладонь.
– Взаимно, – мужчина кивает, приглядывается. – Кажется, я уже видел вас раньше? Как ваша фамилия?