Невеста-наследница
– Вы обязательно должны попробовать, – сказала мисс Баррингтон, расправившись с последним кусочком.
– Я сомневаюсь, что мое собственное удовольствие может сравниться с наслаждением от наблюдения за вашим.
Уже укусив второе пирожное, она замерла и бросила на Николаса испытующий взгляд. Только тогда он осознал двусмысленность своего заявления. На губах гостьи, полускрытых лакомством, заиграла улыбка. Похоже, ей нравилось флиртовать с ним. Николас улыбнулся в ответ, делая вид, что намеренно так выразился.
– Вы написали, что хотите сделать мне деловое предложение, – промокнув губы салфеткой, напомнила она.
Два пирожных были съедены всего за пару минут. Да еще и без особенного изящества. Очередной повод исключить Айрис Баррингтон из списка приличных знакомств – если, конечно, вы из тех, для кого это имеет значение. Став герцогом, Николас, пожалуй, тоже начал уделять больше внимания светским условностям – уж точно больше, чем раньше. Однако это не означало, что такая женщина не возбуждала его воображения.
– Вы также заверили меня, что ваше предложение не будет нескромным, – добавила она. – Или не то, чтобы заверили, но намекнули… Чем немного запутали меня.
– Мисс Баррингтон, если я когда-нибудь решу сделать вам нескромное предложение, то не стану прибегать к намекам, чтобы не возникло никакой путаницы, обещаю.
– Но какое еще предложение может сделать мне такой человек, как вы?
Эти слова показались Николасу циничными. Похоже, она не только повидала жизнь, но и успела обжечься. И теперь слишком хорошо знала мужчин.
– Я хотел сообщить, что начал поиски Псалтыри в библиотеке. Однако, занимаясь этим, я понял, что собрание книг дядюшки не было должным образом оценено после его смерти.
– Оценка имущества редко бывает точной. Многие заинтересованы в том, чтобы занизить его стоимость.
– Даже инвентаризацию библиотеки делали спустя рукава. По существу, списки дядиных книг лишь слегка обновили после смерти его отца. Однако ни в старом, ни в обновленном варианте нет никакой Псалтыри.
– Возможно, ее почему-нибудь не включили в описи. Например, хранили вне библиотеки или в каком-то потайном месте. Ведь это очень редкая и ценная книга. Такую вещь не ставят на полку у всех на виду рядом с Библией.
– Тогда нужно тщательно обыскать весь дом, и не только этот. Однако, обнаружив, что оценка собрания была сделана неудовлетворительно, я решил исправить это и сделать новую инвентаризацию. Причем оценить не только библиотеку дяди, но и ту часть книжного собрания, которую унаследовал мой отец. Я перевез все книги сюда еще в прошлом году. Скажите, вы беретесь за подобные дела?
Мисс Баррингтон на минуту задумалась. Николас не сомневался, что она понимает, какие последствия будет иметь ее решение.
– Я нечасто занимаюсь оценкой, – наконец промолвила она.
– В таком случае вы, возможно, порекомендуете мне кого-нибудь…
– Я сказала, нечасто, но не говорила, что никогда ею не занималась. Я рассмотрю ваше предложение при двух условиях. Во-первых, вы предпримете тщательные поиски Псалтыри. Во-вторых, если вы решите продать какую-либо ценную книгу из библиотеки, то проконсультируетесь со мной как посредницей в продаже. Для каждой из таких книг я назову две оценочные суммы. Ту, которую вы могли бы выручить за нее на аукционе. И ту, которую я запросила бы при частной продаже.
– Меня это вполне устраивает, – согласился он. – Теперь что касается вашего гонорара…
– Я не возьму с вас платы за оценку, – перебила она его, – поскольку надеюсь на выгодные сделки с частью ваших книг. Мои комиссионные составляют десять процентов. Это и станет для меня платой.
– Браться за такую утомительную работу без гарантии оплаты было бы слишком великодушно с вашей стороны. Не уверен, что мне следует соглашаться на такие условия.
– Слава о библиотеке вашего деда гремела по всей стране. Думаю, я найду в ней множество книг, достойных потраченного времени, и они принесут немало выгоды. Я готова рискнуть.
«Немало выгоды»? Это сколько же? По ее словам, трактат о перспективе в изобразительном искусстве стоил сорок фунтов, а ведь в нем не было ничего особенного. Николас бросил взгляд сквозь застекленные двери в библиотеку. Если бы хоть пять или десять книг в собрании деда оказались очень ценными, это могло бы решить его финансовые проблемы.
Он жестом велел лакею налить мисс Баррингтон еще кофе.
– Значит, мы договорились. Вы можете приступать к работе завтра.
– Пожалуйста, предупредите прислугу, что я буду приходить по утрам к девяти и оставаться на три часа. Мне понадобятся бумага, карандаши и линейка.
– Прекрасно. Прошу вас, съешьте еще одно пирожное.
Пока гостья смаковала угощение, Николас в своих фантазиях слизывал кристаллики сахара с самых упоительных частей ее тела.
Глава четвертая
На следующее утро Айрис явилась в Уайтфорд-хаус ровно в девять часов. У нее в руках была небольшая сумка, в которой лежали линейка (поразмыслив, она решила, что не доверяет чужим инструментам), фартук, несколько пар матерчатых перчаток и небольшой блокнот для записей. В нем она намеревалась вести список ценных книг, которые могут ее заинтересовать. Айрис предвкушала очень плодотворную работу и уже планировала, к каким книгопродавцам и любителям раритетов обратится, когда обнаружит то или иное редкое издание.
Дворецкий впустил ее в дом и, извинившись, оставил в приемном холле. Время ожидания она провела, изучая предметы, украшавшие просторное помещение. Во время первого визита в дом герцога Айрис так волновалась, что у нее осталось лишь смутное впечатление от холла. В ее памяти запечатлелись размытые картины и узоры обивки стен. Теперь же она по заслугам оценила каждый из предметов, составлявших обстановку помещения. Оружие, доспехи, фарфор, ткани, статуэтки – все было высшего качества. Человек, собравший их здесь, обладал несомненно разносторонним и оригинальным вкусом. И вряд ли это был нынешний герцог Холлинбург.
К удивлению Айрис, дворецкий вернулся вместе с герцогом.
– Прошу вас, пойдемте, – сказал хозяин дома. – Я хочу убедиться, что вы устроились с комфортом.
– Удивлена, что вы уже на ногах, – промолвила Айрис, пока они шли к библиотеке. – Почему не отсыпаетесь после бурной ночи, проведенной за картами или в разнузданной компании? Или в ухаживаниях за будущей невестой, или в постели с любовницей?
– Несмотря на общераспространенное мнение о нас, мы живем не только ради удовольствий.
– Прошу прощения! Тогда почему же вы не совещаетесь с королем о финансовой политике державы?
– Вижу, вы любите сарказм не меньше, чем венские пирожные.
– На мои взгляды сильно повлияло общение с аристократами.
– И тем не менее, помнится, вы намекали, что не прочь заводить любовников из высшего общества.
– Я никогда не говорила, что у меня в любовниках были аристократы. Хотя при близком общении понимаешь, что аристократы – такие же мужчины, как и все остальные. Но мы отвлеклись. Я польщена тем, что вы поднялись в столь ранний час, чтобы поприветствовать меня.
– Мне просто стало любопытно, сверкают ли ваши темные глаза, как звезды, в свете раннего утра.
Чтобы у нее не осталось сомнений, что он флиртует, герцог улыбнулся, и вокруг его глаз собрались очаровательные морщинки.
– И еще, – добавил он, – я подумал, что для меня важнее встретить вас и посадить за работу, чем валяться в постели.
«Вы один валялись или с кем-то?» – этот вопрос едва не сорвался с губ Айрис.
Оказавшись в библиотеке, она сразу же стала осматривать полки с книгами.
– Что вы ищете? – спросил герцог.
– Проверяю, верно ли я вчера оценила систему расстановки книг в вашей библиотеке. Каждое частное собрание расставлено по-своему. Некоторые владельцы руководствуются при этом цветом и внешним видом корешков и переплетов, и тогда полки выглядят особенно нарядно и красиво, но такую расстановку я считаю глупой. Другие располагают книги в алфавитном порядке. Книги в вашей библиотеке, как и в большинстве хороших домов, расставлены по тематике. Это позволяет легко найти нужное издание. Однако усложняет мою работу, потому что редкие старые книги идут вперемешку с новыми.