Карт: Хозяин волшебной избушки (СИ)

— Глюк, скажи, а какая вероятность того, что в кристалле вместе с указанным умением может находиться, что-то другое. Скажем так, то, о чём нет информации в описании кристалла.
— Карт, если такое, кто и мог бы провернуть, то это должен быть кто-то уровня… — мумия прервалась, а через пару секунд продолжила, — кто-то уровня божественных сущностей или приблизившихся к этому уровню, чтобы уметь скрыть вложенное от Системы. А учитывая тот факт, из-за кого мы сюда попали, то это вполне возможно. Но зачем им это?
  
— Чтобы, в случае чего, не тратит время на уговоры, а просто щёлкнуть пальцами, и я побегу выполнять их волю. А вы следом за мной, подчиняясь воле хозяина Сердца. Как-то так.
— И что будете делать, Карт? Не использовать эти кристаллы?
— Не использовать их, как мне кажется, будет всё же глупо. Но будем держать факт закладки в уме. Как говорится, — кто предупреждён, тот вооружён. А пока давай распределим, что и в какой последовательности буду принимать.
Тут-то и думать особенно нечего было. Первым делом я активировал кристалл с умением «Метка охотника». Теперь я мог повесить на выбранную цель метку, позволяющую определять местонахождение цели на расстоянии до трёх километров. Ограничением было: сопротивление магическому воздействию у цели, если показатель моего интеллекта его превосходил, метка вешалась. Кроме этого, эта метка усиливала урон, который я мог нанести цели, при условии, что есть кровотечение из раны. Метка держалась на цели до двенадцати часов.
Где-то через два часа, когда адаптация организма к умению завершится, планировал изучить кристалл с' Амбидекстрией'. А уже завтра, перед сном, принять эликсир, увеличивающий показатель интеллекта.
Затем я принялся привязывать к себе ножи. Честно, пришлось буквально через себя переступать, так вдруг трудно оказалось нанести себе порез. Но справился. Неглубокие порезы на ладонях оказались неожиданно кровеобильными. Перепачкал рукояти ножей, сам стал похож на жертву мясника, но желаемого добился. Когда вслух произносил имя ножа, на его клинке проявлялась и вспыхивала либо красным, либо синим цветом рунная вязь. Нож с красным кристаллом я назвал «Правый», а с синим — «Левый». Да, вот такой я креативщик.
Затем немного переделал сбрую, добавив к ней ещё одну петлю для правого ножа. Нож, висевший на поясе до этого, отнёс на кухню, где ему самое место. Затем смыл с себя кровь. Кстати, ранки, обильно кровоточащие до окончания ритуала, почти затянулись, сразу после его завершения. И хотя не зажили полностью, совсем не беспокоили. Последними надел на запястья браслеты. Каких-то особых изменений не почувствовал, но себя успокоил тем, что, судя по описанию, и не особо-то должен был. Резать же себе что-то, для проверки работы пассивного заклинания «Прочная кожа», не стал. Поверил написанному. Мне хватило и ритуала привязки ножей.
Вещмешок и кошелёк отнёс к себе в спальню. Пусть там пока лежат, особой надобности в них сейчас нет. А потом, выдохнув, уселся на ступеньках всё же перекусить. Благо бульон ещё несильно остыл.
А, хорошо! И надо, чтобы и дальше хуже не было. Поэтому придётся поднапрячься. Противостоять сильному может только сильный. Ум и хитрость, конечно же, тоже приветствуются, но, когда ум и хитрость не вытягивают, и начнётся классическая заруба, вся надежда только на силу. Хотя моя бывшая с этим точно не согласится. Всё это время Глюк стоял с пустым взглядом рядом, мониторя окружающую обстановку.
— Ну, ничего, — погладил я медово-жёлтую доску крыльца, — что-нибудь придумаем, выберемся.
Поев, отнёс посуду на кухню, позвав с собой Пушистика, всё это время проводившего на крыше, — пусть немного поработает по профилю. Впрочем, маленький уборщик, услышав мой зов, тут же прискакал с радостным писком.
Ничто так не способствует размышлениям, как тяжёлая монотонная работа. А если она ещё не привычная, то может довести до мозолей, кровавых. Сразу соображать быстрее начинаешь.
Только я почувствовал, как на ладонях появляются мозоли, перчаток-то у меня не было, поспешил к мажордому, продолжавшему стоять на крыльце, и затребовал у него ткани. Мумия прониклась и обещала принести. Через пять минут Глюк вернулся с отрезом, который мы разорвали на полосы и перебинтовали ими мои ладони. Я поразился, с какой ловкостью и опытом это делала мумия своими, перебинтованными, руками. Она что, регулярно этим занимается?
— Не переживайте, Карт, — успокаивал меня мажордом, — когда ляжете спать, Сердце вас подлечит. А на утро только следы останутся. И да, древесины совсем немного осталось принести, и Сердце перейдёт на первый уровень.
— Кстати, насчёт повышения уровня. Глюк, подумай над тем, что нам лучше всего сделать после апа.
— Но мы же с вами уже это обсуждали. Вы должны выбрать между оружейной и алхимической лабораторией.
— Я помню, Глюк. Скажи, — это стандартная схема развития Сердца?
Мажордом даже не задумался ни на секунду, как это делал обычно перед ответом.
— Да.
— Я полагаю, общеизвестная, доступная всем любопытствующим?
— Мало того, она рекомендована производителем, как наиболее оптимальная для владельца Сумеречного замка.
— Вот, а есть варианты, не столь известные и направленные не на усиление или повышение комфорта владельца, а именно на усиление Сердца?
Глюк подзавис. Я вздохнул, от мажордома сейчас ответа не дождаться, пока он не исследует все подменюшки интерфейса. Казалось бы, мне надо удивиться тому, что мажордом чего-то не знает об объекте своего служения. Но, я сам-то, сколько раз привычно использовал известные шаблоны, порой даже не задумываясь над тем, чтобы рассмотреть альтернативные варианты.
Довольный тем, что удалось загрузить нашего знайку, я отправился снова рубить ветки. Если альтернативные пути развития избушки есть, Глюк их найдёт. Зачем мне это надо? Из вредности.
Я понимаю, что вторую жизнь мне подарили не за красивые глаза и не за прошлые заслуги. Я должен выполнить какую-то задачу. Но никто не спрашивал моего согласия, и никто так и не объяснил, какую задачу я должен выполнить. А то, что я вижу, — особого вдохновения не внушает. Убийцы, а тем более наёмные, если верить книгам, фильмам и байкам, прочитанным в интернете, как правило, своей смертью не умирают. А мне пожить хочется. Ой как хочется…
Озадачив мажордома, я словно выкинул всякие мысли из головы. Но вселенная не терпит пустоты, и я… Запел! И откуда только эти песни вспомнились: «Крутится, вертится шар голубой», «Дубинушка», «Эх, мороз», а ещё «Чёрный ворон», — в общем, весь классический набор. Да, как и в прошлой жизни, так в этой ни слухом, ни голосом меня Система не наградила. Зато пел от души! То есть громко.
Тут я услышал требовательный свист и пощёлкивание. Разогнувшись, посмотрел в сторону крыльца. Ну, конечно же, кто это ещё мог быть, — Фома. Буквально перегнувшись через поручень, хомо-суслик ещё и лапками призывно махал. Рядом с ним стоял мажордом и явно из последних сил старался сохранить невозмутимость. Это старание выдавали беззвучно шевелящиеся тонкие губы мумии. Матерится он про себя, что ли?
Ладно, надеюсь, садовник по пустякам беспокоить не будет. Вогнав топор в ствол, я пошёл к крыльцу.
— Простите, Карт, что пришлось вас оторвать от дела, но только что произошёл переход Сердца Замка на первый уровень.
— Ну наконец-то. Но, судя по всему, нашего уважаемого садовника беспокоит совсем не это.
При этих словах бобро-суслик вспомнил о приличиях и традиционно церемониально отвесил поклон. Проще старого медведя новым трюкам научить, чем заставить упрямого духа отказаться от поклонов.
— Вы правы, Карт, — вздохнул мажордом. — Почувствовав переход Сердца на новый уровень, Фома вышел на крыльцо, чтобы поздравить нас с этим событием. Но тут увидел, растущий неподалёку, какой-то очень ценный цветок, который вот прямо сейчас, вот непременно нужно выкопать и пересадить в Зимний сад. Сам он до него добраться не может, поэтому пришлось вас отвлекать.