Мистер Март (ЛП)

Я смотрю, как она спит, и впитываю в память каждую частичку её лица.
Я смотрел на неё сотни раз, но никогда вот так.
Я никогда настолько близко не видел веснушки на её носу, не замечал маленький серый шрам слегка ниже линии волос на её лбу.
Я никогда не замечал закрытые дырочки на каждой из мочек, полноту нижней губы по сравнению с верхней.
Никогда не смотрел на неё, когда она была влюблена в меня.
  
Может, она не говорила конкретно этих слов, но я чувствую это.
Она любит меня, а я люблю её, и после того, через что мы уже прошли вместе, я вполне уверен, что любовь поможет нам преодолеть остальное. Что бы это ни было.
Она сонно открывает глаза, а затем плотно закрывает их обратно, когда видит, что я проснулся и наблюдаю за ней.
— Я забыла, что ты один из раздражающе ранних пташек, — ворчит она.
Я предпочитаю рано вставать и рано ложиться, в то время как Мия предпочитает поздно вставать, но также рано ложиться. Я не знаю никого, кто бы так высоко ценил сон, как ценит его Мия.
— Я оставлю тебя высыпаться. — Я усмехаюсь, когда поворачиваюсь, чтобы встать.
— Нет. — Она тянется ко мне. — Не уходи.
Я ложусь обратно, и она прижимается ко мне.
— Пожалуйста, скажи, что вчерашний вечер не был сном, — зевая, говорит она мне.
— Что случилось вчера вечером? — Я изобразил недоумение, нахмурившись.
Она смотрит на меня обеспокоенными глазами, и мои губы расползаются в широкой улыбке.
— Это вообще не смешно, Люк, — ворчит она, но я вижу, как в уголках глаз у неё играет улыбка.
— Ох-х, ты имеешь в виду то, что ты пришла сюда и призналась, что безумно влюблена в меня?
— Я не говорила этого. — Она хихикает и легонько шлёпает меня по груди.
Я двигаюсь молниеносно, она оказывается на спине подо мной, и я нависаю над ней.
Убираю её светлые волосы с лица, чтобы свободно заглянуть в красивые зелёные глаза.
— Я безумно в тебя влюблён, Мия Вэндер. — Она краснеет и кусает нижнюю губу. — Я безрассудно люблю тебя, Мия. Я буду любить тебя и неважно, что случится.
— Люк. — Она выдыхает моё имя, и у меня по всему телу бегут мурашки.
— Ты со мной? Я знаю, мы оба пережили многое, и я не могу пообещать, что смогу залечить наши раны, но попытаюсь. Каждый день я буду стараться, и я начинаю прямо сейчас, я отдаю тебя всего себя… Если ты захочешь, то каждая моя часть будет принадлежать тебе.
Она не отвечает, а просто смотрит на меня, в её глазах мелькает столько эмоций.
— О чём ты думаешь? — спрашиваю я.
Моё сердце бьётся настолько быстро, что я вот-вот вспотею. Ждать её ответа страшнее, чем биться на поле боя. Её молчание ещё более ужасающее, чем возможность потерять свою жизнь, потому что теперь она — моя жизнь. Она с Джо — это самое драгоценное из того, что я могу потерять.
— Я говорю «да». У меня такое чувство, что я говорю «да» всему, что связано с тобой, — отвечает она нежным и мягким голосом.
Я знаю, она соглашается не только на попытку начать отношения со мной, а на всю жизнь вместе. Это навсегда. Она знает это так же, как и я.
Я также понимаю, что её «да» мне — это лишь первый шаг на пути преодоления наших препятствий, но хотя бы с этой точки мы будем идти дальше, как команда.
Потому что она сказала «да».
Не могу поверить, как же мне повезло.
Я никогда не хотел чего-то так сильно, как хочу её, и дело даже не в сексе.
Я хочу завтракать и ложиться в одну кровать вместе с ней. Я хочу разделить с ней каждый день своей жизни. Вот чего я действительно хочу.
— Я не знаю, что я сделал, чтобы заслужить тебя, — шепчу я, а затем наклоняюсь и прижимаюсь губами к её губам.
Она слегка хихикает.
— Ты сделал всё. Ты уже отдал два года своей жизни, Люк… Подготовительный процесс прошёл. Ты делал всё для меня, когда у меня не получалось что-то сделать в одиночку.
— Я никогда больше тебя не оставлю.
— Ты обещаешь? — шепчет она.
— Я обещаю.
***
— Привет, милая, это я, тебе звонил сегодня Калеб?
Я прислоняюсь бедром к забору миссис Баттермор и смахиваю пот со лба. Сегодня просто невыносимое пекло.
— Нет. Что-то случилось? — спрашивает Мия обеспокоенным голосом.
— Сегодня утром он не пришёл на работу. Я думал, может, он просто опаздывает, но я не могу к нему дозвониться, а уже два часа дня… Я думал, возможно, он появится к этому времени.
— Это на него не похоже…
До меня доходит обеспокоенность в её голосе за своего деверя.
— Уверен, с ним все хорошо, Мия… Что могло произойти? Просто если он позвонит к тебе, то дай мне знать, ладно?
— Договорились.
— Я заеду домой и заберу несколько вещей, вернусь около четырёх, идёт?
— Увидимся дома, — отвечает она, и на этот раз я слышу улыбку в её голосе.
Мне нравится, когда она говорит «дом», разговаривая со мной. Надеюсь, у нас действительно появится общий дом.
— Пока, Мия.
— Увидимся, Люк.
Я вешаю трубку и снова осматриваю улицу в надежде на появление машины Калеба.
У меня сейчас столько мыслей в голове, что я с трудом могу сосредоточиться на том, что мне нужно делать.
Хоть я и сказал Мие не волноваться о нем, но я волнуюсь. Он никогда раньше не опаздывал на работу, не говоря уже о том, чтобы вовсе не появиться. За все те полтора года, что работал у меня.
Он всегда отвечает на мои звонки.
Что-то определённо случилось, и мне это не нравится.
Ещё одна проблема, которая занимает мою голову, состоит в том, что в настоящее время мы с Мией живём вместе.
Я остаюсь у неё уже неделю, но я же не могу навсегда оставаться в её гостевой комнате. Мы оба знаем, что скоро это закончится.
Проблема в том, что я не хочу, чтобы это заканчивалось. Я каждый день хочу быть рядом с ней и Джо, а не в своём доме без них.
Я не хочу погружаться в слишком страстные и серьёзные отношения с ней, но нам нужно поговорить, и я думаю, что чем раньше, тем лучше.
Я скручиваю плечи и издаю стон. У меня снова дала о себе знать старая военная рана, и ещё Калеба не было рядом, чтобы размять ноющие мышцы. Я знаю, что сделаю только хуже.
Тело прошло через мясорубку. Мне даже ещё нет тридцати, а я испытываю столько же боли, как и мужчина вдвое старше меня.
Я знаю, что хорошо сложен и что у меня хорошая физическая форма, но здесь не обошлось без усилий и дисциплины. Этому я вдоволь научился во время службы. Конечно же, в те дни не обошлось без трудностей.
Самую серьёзную рану, я получил там, где никто не увидит, потому что она находится в моем сердце и мыслях.
Когда я закрываю глаза, то до сих пор иногда слышу звук стреляющего оружия и просыпаюсь в панике, готовый биться так, будто я в опасной зоне.
Я до сих пор могу представить лицо моего лучшего друга, когда он делает свой последний вдох.
Боль в плече — это ничто по сравнению с этими психическими травмами.
Я набираю номер Калеба и снова слушаю гудки. Звонок остаётся неотвеченным, как и все остальные.
Я выдыхаю и кладу телефон на верхушку забора.
«Мне нужно выкопать ещё одну яму, а потом я поеду искать его», — решаю я, втыкая лопату в грязь.
***
Я хватаю бутылку воды и залпом опустошаю её.
Я только что выкопал последнюю яму для этого забора, и надеюсь, что мне больше никогда больше не придётся втыкать лопату в землю.
Всё моё тело противится нагрузкам, и я все ещё ничего не слышал от Калеба.
Мне нужно найти его.
В животе было ужасное чувство, которое сигнализировало мне о том, что что-то не так. Назревает что-то плохое.
То же самое чувство я испытал в тот день, когда умер Трой, и этот опыт научил меня самому главному: доверять своим инстинктам.
Я беру оборудование, перевязываю его и кладу в багажник. Я не знаю, с чего мне начать, но хотя бы перестану чувствовать себя так, будто сижу сложа руки.