Simply (СИ)
- Не лезь в мою голову, Билл... - я принялся одеваться.
- Злишься, потому что не можешь закрыться от меня?
- Ну, Билл... - я оглянулся на соседа, который полусидел на кровати, откинувшись спиной на подушки.
- Завтракать будешь?
- Нет, - мне нужно было побыть одному, подумать.
- Опять будешь избегать меня целую неделю? Или, быть может, месяц?! - усмехнулся. - Том, не парься, и я ведь не настаиваю, но не нужно строить из себя жертву.
Только сейчас я вспомнил о Марке. Я наглым образом изменил ему и своим чувствам к нему. Вот такая дурная моя любовь. Как я мог... Зачем?! Какой же я урод.
- Жалеешь? - его голос стал громче.
- Билл, зачем я тебе нужен?! Зачем тебе знать, что происходит у меня в голове? - не выдерживал я.
- Просто хочу понять, почему ты такой...
- Бред!
- Как скажешь, - он поднялся с кровати, - где выход, ты знаешь...
- Ну, Билл! - попытался окрикнуть его я, но сразу же понял, что смысла в этом нет.
Только когда я вошёл в квартиру, вспомнил, с какими словами меня разбудил Билл. Мать в слезах бросилась мне на шею, что-то воя, причитая. Она захлебывалась в слезах и говорила, что любит меня любого. Что случилось?! Меня не было всего одну ночь.
А потом я понял. На кухне сидел офицер полиции. Этой ночью на одной из улиц города случилась авария, в которой приняла участие машина Маркуса. Все четверо людей, которые в ней находились, сгорели... Бон-Бон, Маркус и... Марк. За четвёртого человека приняли меня, и родители, оказывается, сегодня утром потеряли сына, посчитав, что он умер в аварии.
Моё сердце скрутило болью, отчаянием, бессилием. Я не знал, как буду жить без него. Я почти выл, когда мне удалось закрыться в комнате. Мама пыталась поговорить, брат приносил мне кота, отец предлагал поехать с ним в ремонтную мастерскую... А я не мог. Внутри что-то оборвалась. В тот момент, когда я спал, прижимаясь к чужому телу, Марк умирал. Умирали мои друзья...
3 глава
На следующий день начиналась учеба, но я не пошёл. Я выходил из своей комнаты только попить воды, в туалет и покурить. В один раз, когда вышел на лестничную площадку, то встретился с Биллом. Не хотел я его сейчас видеть. А он видимо вновь собирался начать лезть в мою голову. Злость раньше времени накрыла меня с головой! Если бы он не появился тут несколько недель назад, то возможно ничего бы не было!
- Том, я соболезную...
- Да что ты говоришь! Смысл?
- Перестань, Том, - он подошёл ко мне, попытался коснуться, но я не мог... Не хотел!
- Отстань! Билл, отстань! Что ты ко мне привязался?! Сам же говорил, что без обязательств! Вот и не лезь ко мне!
- Да я за тебя волнуюсь, придурок! - он прижал меня к стене, к той самой, возле которой мы целовались с Марком. Я ударил Билла в лицо, потому что не смог терпеть! Не мог я так с ним поступить, предать таким образом... И сейчас не мог позволить никому меня касаться.
- Никогда больше не трогай меня, ты понял?! - прошипел я.
- Даже так? - скривился, отнимая ладонь от губы, из которой уже сочилась кровь. - Как скажешь...
Он ушёл, а я даже не докурил, помчался в свою комнату, только бы не думать о случившемся. Кто он такой?! Почему в этот самый момент именно он рядом? Чья это воля?
Через несколько дней случились похороны. Я не верил до сих пор, отчаянно отказываясь смотреть в гробы. Маркуса хоронили в закрытом гробу, я принёс ему алую розу, попрощался, попросил прощения, простил ему все колкости и решил, что мы остались друзьями.
Боню похоронили на пригорке, с которого виднелся город. Её лицо было обычным, будто она уснула. Хоронили ее в свадебном платье, а рядом положили её любимую коллекцию кукол. Как в каком-то фильме. Я не верил. Плакал, глядя на неё, и не верил.
Родители Марка выполнили его волю и предали его тело огню. Он всегда хотел, чтобы его кремировали. Я почти умер, когда его мама подошла ко мне и отдала небольшую коробочку, в которой было что-то для меня. Я кусал губы до крови, я не успевал стирать слёзы со щёк, хотя плаксивость не была свойственна мне. Урну с его прахом родители забрали домой.
Я гулял по городу, дышал осенним воздухом. Сердце разбито. Зачем все так?! Людям, прохожим, было плевать, а я не знал, как жить дальше. Теперь я точно не знал, как быть... И пусть лучше они гнобили бы меня, называли геем, кем угодно, только были живы... Все трое. Ещё я думал о том, что если бы мы с ними не поругались, то четвертым в этой машине был бы я. Я. Или я бы остановил их, изменил бы судьбу.
Я курил, сидя у заржавевшей рамы старого автомобиля на давно закрытой автозаправке. Асфальт был холодным, ветер трепал листву деревьев. На небе ни облака, ни намека на то, что сегодня я остался один. Без друзей. Мне до сих пор казалось, что они вот-вот вернутся, что придут...
Я откинул окурок подальше от себя и полез в рюкзак, чтобы достать небольших размеров коробочку. Дрожащими пальцами открыл её. Наша с ним фотография, которая была сделана года три назад. Мы стояли, обнявшись, показывая фотографу средние пальцы. Тогда мы ездили с классом в поход и ночевали в одной палатке. Под фотографией его кулон и письмо... По щекам снова поползли слёзы, я не мог сдержаться... Его почерк. Я стер ладонью влагу со щек и начал читать...
"Сочинение на тему: "Мой лучший друг!"
Мне уже 14 лет, но мама говорит, что я ещё не скоро стану взрослым. Я и Том считаем иначе. Том - мой самый лучший друг! Я прочитал в одной книге, что только зрелые люди могут понять всю значимость дружбы. Поглядел в словаре, что означает прилагательное "зрелый", и понял, что это умный и взрослый человек. Мы с Томом понимаем всю силу и важность дружбы, он ничего не может без меня, а я помогаю ему. Однажды мне приснился сон о том, что Тома не стало... Тогда мама разбудила меня, ведь я кричал и плакал, звал Тома. Я люблю его всем сердцем. Я на следующий день так Тому и сказал, что люблю его и если он соберётся умирать, то пусть возьмёт меня с собой. Он не посмеялся, а согласился, потому что я для него тоже самый важный. Нам всего 14 лет, но мы лучшие друзья и мы друг за друга горой! Что бы я сказал Тому, если бы знал, что вижу его в последний раз?! Странный вопрос. Я бы сказал ему, что мы ещё обязательно встретимся, а до тех пор наша дружба навсегда останется в наших сердцах.