Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

  
Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7
   
Глава 1
 
— Вы будто намотали на хвост все спецслужбы страны… — проворчал Рико, опуская взгляд.
— Бог с вами, ваша честь. Какие же все? Я очень хорошо знаю Конституцию и законодательство на эту тему. Есть ещё военная контрразведка, Бюро общественной безопасности, Бюро безопасности Национального Полицейского Агентства. Иммиграционное управление при юстиции. Плюс…
  
— В миграционке ты ещё не отметился, — негромко перебила якудза, имея в виду иронию под влиянием импульса.
Мужчины на её слова не обратили внимания.
— Именно этот факт наполняет меня парадоксальной уверенностью, что вы справитесь с моей просьбой — орлы мух не ловят. — Серьёзно выдал старик. — Значит, есть в вас тот потенциал, который люди моего рода занятий чувствуют за полгорода.
А потом началось обсуждение деталей и нюансов, плавно переходящее в нигде не зафиксированные договоренности.
* * *
— Он заставляет нас играть в его игру, — констатировала Моэко на улице. — И разбирательство ещё как назло завтра, ни свет ни заря. Хоть ночуй в центре.
— Пусть думает, что он ведёт, — спокойно ответил Такидзиро. — Финал этой партии определим мы. — Стажёр помолчал и добавил. — Хотя это будет далеко не последняя партия.
— Тебя не задевает тот момент, что он выторговал шаг навстречу у тебя, но попытался максимально избавить от риска себя?
— Нет.
— Почему?
— Ты девочка, — широко улыбнулся товарищ. — Над формой сконцентрировалась больше, чем над содержанием, фрагменты которого упустила.
— Объясни.
— Он очень переживает на тему того, что раскрыл свои политические пристрастия и почти открыто заявил, на чьей он стороне. Поверь, для него это уже гигантский шаг нам навстречу! Кстати, — товарищ спохватился. — А о чём ты думала в самом начале разговора, когда крутила в голове мысль, что верить до конца ему нельзя?
Моэко пояснила, что с таким вот дружелюбным выражением лица конкретный судья, случалось, судьбу не одного человека, мягко сказать, согнул через колено либо бесповоротно сломал. Никак не условными приговорами.
— А-а-а, понял, — светловолосый пренебрежительно махнул рукой.
Адвокат беззлобно стукнула его локтем по рёбрам:
— Ещё пообесценивай меня! Неблагодарный.
— И в мыслях не имел, — заверил Такидзиро, — Там просто нюансы были, а сейчас другой случай.
— Какие нюансы⁈ — она не стала напоминать, на чьём они профессиональном поле.
— Я не в курсе тех кейсов на твоём уровне, но каждого из посаженных Рико считал опасным для общества. Было такое?
Вопрос поставил её в тупик.
— … А меня и тебя он преступниками не считает, — заключил товарищ. — Подвоха можно не опасаться — со своей совестью старик старается не ссориться. Видно же по нему.
Моэко обдумывала услышанное долгую минуту, а итог подвела одним словом:
— Я — якудза.
— … из Эдогава-кай, — подхватил Решетников. — В глазах Рико-сан как раз и есть уже не уголовщина, а та самая политика. Скажи спасибо отцу: в конкретном суде лично твои акции и социальный статус здорово изменились.
— Ш-ш-ш-ц-ц-ц… — действительно, это она упустила.
Как говорится, «Укравшего кошелёк да казнят, а укравший трон да станет правителем».
— Меня больше беспокоит другое, — товарищ неожиданно замер. — Насколько вообще эта наша беседа законна? И не всплывёт ли факт попытки договорняка невовремя?
— Ни насколько не законна, прямой служебный подлог с его стороны, — борёкудан не стала вдаваться в детали оформления их визита сюда юстицией. — Но теперь ты упускаешь…
— СТОЙ, НЕ ГОВОРИ! Дай соображу — тренировка. — Решетников качнулся с пяток на носки. — Его подрядили прищемить нам хвост. Точнее, думают, что подрядили. Соответственно, до вынесения решения судом все осведомлённые будут считать, что он может играться, как кот с мышью? Выполняя заказ? Ну, чтобы сделать мне понеприятнее — в полном соответствии с их просьбами?
— В точку. Тем более, его типажу соответствует: с таким вот дружелюбным позитивом во время судебных прений он сразу после них такие решения выносил, что ответчикам и обвиняемым они нисколько не нравились. Я максимально смягчаю, слова совсем другие вертятся.
— Отдыхать надо, — неожиданно заключил Такидзиро. — Мне. За деревьями леса уже не вижу.
— Поехали в бассейн? Хину писала, хорошая физическая нагрузка — лучшая профилактика мозгам.
— Мне всё равно жить негде, — не к месту развеселился светловолосый. — Конечно в бассейн: центр города, свой угол, классные массажистки. Что ещё нужно, чтобы спокойно встретить старость?
— … И девушки классные, — бесстрастно заключила якудза, имея ввиду директоров Йокогамы и намекая на своё особое отношение к сотрудницам Хину.
* * *
— Хорошо, что у топ-менеджмента в зонах отдыха есть полноценный санузел, — заявила Хонока на каком-то этапе импровизированных посиделок, решительно поднимаясь.
Она по-хозяйски осмотрелась, беззастенчиво выдвинула три ящика из чужой тумбочки и с победоносным видом извлекла резиновые тапочки для душа:
— Я догадливая!
— Вообще-то, это мои вещи, — заметила Уэки. — И чего это ты распоряжаешься, как у себя?
— Я ненадолго возьму — в твой душ сбегаю.
— В надежде оперативно протрезветь? — тут же подколола айтишница.
— Или хотя бы встряхнуться, — не стала отрицать финансистка.
После импровизированного психологического стриптиза её лицо покраснело, глаза заблестели, во взгляде то и дело начал мелькать несвойственный раньше энтузиазм.
— Ну да, психологическая помощь оказана, я теперь не нужна — можно на меня наплевать, — «обиделась» Ута.
Ей не хотелось оставаться без собеседницы (или собутыльницы) даже на короткое время, однако последние слова пришлось договаривать подруге в спину:
— Да тьху на тебя! Эгоистка! — разочарованно выдохнула инженер и потянулась к арманьяку.
Оглядевшись по сторонам, Уэки дисциплинированно убрала всё лишнее со стола, придвинула чайную чашку и для разнообразия набулькала туда, не в стакан. Дальше полупустая бутылка отправилась за своими товарками — в тумбочку.
Из директорского душа через минуту донеслись звуки падающей воды, бормотания финансистки и её же глухие ругательства — время от времени из не совсем трезвых рук норовили выпасть то шампунь, то что-то ещё.
— Потереть тебе спинку⁈ — проорала скучающая Уэки через четверть чашечки, напрягаясь, чтобы её было слышно за закрытой дверью зоны отдыха.
— Иди в задницу! — не затянула с ответом нисколько не компанейская в алкогольных возлияниях финансистка.
— Не больно-то и хотелось. Это я так, для поддержания интриги, — тихо сказала себе хозяйка кабинета.
Поболтав по кругу остатки спиртного, Ута решительно выплеснула содержимое чашки себе в рот. В этот момент щёлкнула ручка (на замок никто не запирался):
— Добрый вечер. — Дверь кабинета распахнулась без стука и это было странно.
— А вы здесь что потеряли⁈ — изумилась айтишница.
На пороге стоял Танигути Дзион, ключевой разработчик Мацусита, новый покровитель родного отца и, по совместительству, глава группы нынешних рейдеров, нацелившихся на Йокогаму.
— Могли бы повежливее, Уэки-сан, — заметил посетитель, входя внутрь. — Всё же это у вашего отца проблемы, если оно для вас что-то значит, — и выдержал многозначительную паузу.
Ута мысленно похвалила себя за то, что минуту назад навела порядок — чужих порицаний опасаться не приходится, но имидж есть имидж.
Она спокойно допила: теперь, если не считать лёгкого запаха, о фривольностях в помещение ничто не напоминало. Ну и обоняние у мужиков традиционно — не сильная сторона (и этот носом явно ничего не чувствует).
Ещё через секунду Уэки расслабилась:
— Я ещё вежливо. Вы просто не знаете, что я могла вам сказать, однако сдержалась.