Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)
— Хаяси-сама, разрешите, я попробую объяснить? — Решетников явно собрался принять огонь на себя.
Он поднял руку, встал и вышел в центр — загораживая попутно внучку оратора, поняла спортсменка. Словно в школе себя ведёт: вот строгий учитель, а за спиной — двоечница, которую нужно прикрыть от старшего.
— Не в этот раз, Такидзиро-кун, — покачал головой не находящий себе места дед, — не в этот раз. И пожалуйста, не записывай на свой счёт! Видят боги, я отношусь к тебе очень хорошо — лучше, чем к большинству присутствующих, включая родную кровь.
Финансистка угрюмо потупилась.
— Просто ты — не член нашей семьи, — с морщиной между бровей продолжил старик. — И можешь себе позволить позицию отстранённого наблюдателя. В отличие от меня, гнев не застит тебе глаза и ты легко сохраняешь рассудительность и благоразумие.
— Юто-сама! — кое-кто решил то ли рвануть напролом, чтобы сократить невидимую дистанцию, то ли реально демонстрировал сверхсопереживание, называя учредителя по имени. — Я сохраняю рассудительность всегда, даже когда касается меня и самых близких людей — так банально рациональнее. — Потупившийся было стажёр резко поднял лицо. — Во-вторых, Хонока-сан имеет отличные от ваших императивы! Пожалуйста, позвольте объяснить! Честное слово, именно вы в паре шагов от того, чтобы начать ломать дрова! — логист как-то странно и пронзительно смотрел в переносицу патриарха.
Параллельно, Хьюге это было хорошо видно, за подзащитным внимательно наблюдала якудза, хотя от других это и пыталась скрыть.
— Ты уже и на деда моего голос повышаешь? — к удивлению Хину, всегда считавшую финансистку рассудительной, последняя повела себя как… абсолютно невзвешенная особа.
Светловолосый при звуке голоса Хоноки откинул затылок назад и досадливо поморщился. Даже бесшумно открыл рот, но ничего не сказал.
— Дед внятно сказал тебе, это наше семейное дело! — продолжила взвинчивать градус уже одетая, но не особо пришедшая в себя Хаяси-младшая. — Да, в этой комнате присутствует все непосредственные участники инцидента кроме Танигути, но это не наделяет тебя никаким дополнительным правом, полукровка!
— Совсем рехнулась⁈ — на соседнем кресле на последнее слово первой среагировала айтишница, которая последнее время чем-то неуловимым нравилась пловчихе всё больше и больше. — Хонока-тян, быстро возьми свои слова обратно и извинись! Или я тебе сама сейчас в голову дам, даже при твоём дедушке! — Ута добросовестно подождала секунду-другую, ничего не дождалась и перешла к действиям.
Не откладывая обещаний в долгий ящик, она спрыгнула с поднятого на пружине стула (вывинтила вверх максимально, как в баре, чтобы был высоким — зачем она так садилась?) и без дальнейших предисловий зарядила основанием ладони лучшей подруге в лоб.
— Вот это поворот событий. — Моэко распахнула глаза и замерла в задумчивом удивлении. — Эй, дамы, приберегите свои кипящие пары для врагов!
Финансистка видела несущийся в лицо удар и попыталась среагировать. Однако со спортом она дружила не очень плюс рукоприкладство для неё было в новинку — в итоге глава Секретариата Финансов вместе со стулом загремела на пол и неловко заворочалась, словно перевёрнутый на спину майский жук.
Дед условно пострадавшей, в отличие от младшей Миёси, оторопел не на публику и не спектакль ради, а на полном серьёзе. Хину поняла, почему: во-первых, внучка действительно была более чем неправа и начала конфликт первой. Междоусобный, на ровном месте, с членом собственной команды.
Во-вторых, она походя ни за что оскорбила преданного их фамилии, добросовестного, порядочного, кристально чистого человека — чего стоил хотя бы эпизод, когда Решетников в люльке мойщика окон их долбаный искин на восьмидесятый доставлял.
В-третьих, старика банально заклинило: с одной стороны, надо немедленно ставить на место Хаяси-младшую (если нет, развитие событий чревато иллюстрацией «Так разваливаются альянсы»). С другой же стороны, айтишница Уэки слишком быстро перешла к действиям и действия эти были далеки от парламентских — дед банально завис, поскольку на рефлексе родную кровь тоже хотел защищать. Как и Решетникова. А разорваться был не в состоянии.
«Но неправа именно Хонока, что делать, что делать», — все эти мысли явственно читались на лице опешившего патриарха.
В следующую секунду финансистка продемонстрировала, что тоже кое-что может на ниве физкультуры. Исполнив без перехода неожиданно резкие ножницы ногами, она танцевальным пируэтом вскочила на ноги:
— А-а-а!.. Да пошла ты!.. — через мгновение подруги детства и, по совместительству, члены Совета Директоров Йокогамы вцепились друг другу в волосы и покатились по полу уже вдвоём.
— ******-ать, — Моэко достаточно грубо выругалась, перебросила левую ногу на правую (до этого было наоборот) и продолжила наблюдать с видом уставшего воспитателя детского сада.
«Что делать⁈» — Йоко методически грамотно сместилась всем за спины и принялась размахивать руками, как вентилятор, привлекая внимание сестры. Свой вопрос кузина задала жестами — развела руки, вопросительно подняла брови домиком и возмущённо зашевелила губами, не издавая звуков.
— БРЕЙК! — Решетников гаркнул так, что воюющие друг с другом департаменты финансов и айти на секунду замерли и напрягли спины. — Дамы, помогите! — стажёр подхватил подмышки Уэки, поднял на ноги словно пушинку и бросил в руки Моэко. — Придержи её, пожалуйста! — затем то же самое он проделал с Хонокой.
Финансистка в отличие от подруги имела время среагировать и попыталась вырваться — сперва из рук мужчины, затем у пловчихи.
— Простите, Хаяси-сама. — Хину успела поклониться старику, обозначая авансом собственную индульгенцию.
Параллельно она приняла летящую вперёд внучку патриарха и без затей взяла чужое горло на удушающий — бросила левую руку под подбородок бушующей, перехватила кистью за правый бицепс и слегка сдавила получившуюся рамку.
Или не слегка — активности у дебоширки резко поубавилось. Хаяси раскрыла глаза, захрипела и возмущённо замахала руками, стремительно теряя запал.
— Скажи, что не будешь дёргаться — тут же отпущу! — пообещала Хьюга.
Ута в отличие от подруги в руках Миёси-младшей присмирела без лишней акробатики. Впрочем, у них и разница весовых категорий была более очевидной.
Ещё через пару минут о случившемся инциденте практически ничего не напоминало, если не считать периодически сверкающие глаза главы Секретариата Финансов, которую пришедший в себя родной дедушка затеял воспитывать без оглядки на обстановку.
* * *ИНТЕРЛЮДИЯ
Юто чувствовал, что банально не успевает — за временем, за рванувшими вскач событиями, за решениями молодёжи.
Когда Хонока на ровном месте пошла вразнос и выдала Такидзиро-куну то, чего говорить категорически была не должна, он неожиданно понял: да она же воспринимает его как мужчину! А себя рядом с ним как женщину! Это же просто банальная женская истерика, просто в очень своеобразной форме!
От наступившего осознания патриарх упустил первые несколько секунд назревающего конфликта, благо, без последствий — родную кровь на место поставила сперва Уэки, затем и Хьюга-младшая. Девушки поступили жёстко, но справедливо, поэтому он не стал ни вмешиваться, ни комментировать.
— По плану сейчас срочный допрос моего заместителя. — Йошида Йоко, новая глава этажа выступила в роли громоотвода крайне вовремя. — Хаяси-сама, будете участвовать? — хозяйка кабинета дождалась, пока на ней скрестятся взгляды присутствующих и красноречиво постучала по циферблату наручных часов.
Предложение фигуристой девицы с очень непростым взглядом было толковым, однако Юто прислушался к себе и почувствовал, что банально не вынесет лишней нагрузки:
— Благодарю, работайте сами. Я не сомневаюсь, что вы всё отлично организуете без меня! Конкретно в этом случае толку от потёртого старика будет немного, — он слабо улыбнулся и хлопнул себя по животу.