Агдан. Не стены, а паруса! (СИ)
Если кто-то в нашем лагере и проявил излишнюю … инициативу и старание при общении с вами, то сейчас мы точно не сможем сказать кто это был. Нет, можно конечно было просто выбрать кого-то на роль этакой вот жертвы и сказать, что это именно он предъявил вам … свой протест. Но это не наш метод! Невинного человека мы выдать вам никак не можем.
А чтобы найти виновного нужна ваша помощь. Но вы же сами отказываетесь участвовать в опознании оскорбившего вас человека. Поэтому это только ваш выбор. Мы в лагере «Вместе с Агдан» хорошо понимаем, что такое презумпция невиновности и придерживаемся ей в полной мере.
И нам просто удивительно слышать такие странные предложения от вас, человека, который вроде как следит за соблюдением корейского законодательства в тюрьмах страны. По сути вы просите сотворить беззаконие и беспредел в отношении человека которого не вы, не мы даже не знаем. Выдать вам кого-то для практически внесудебной расправы - это точно не наш метод!
И очень жаль, что такое выражение как «презумпция невиновности» и «верховенство права» в Корее неизвестны. Особенно высокопоставленным корейскими чиновникам.
Так что наш ответ может быть только таким, другого вы не ждите! Если не хотите помочь нам, то и мы вам помочь бессильны. И никакие высшие чиновники с их правами и часто без обязанностей нас не переубедят.
Пауза…
- Jus summum saepe summa malitia est! – это неожиданно произнесла рыжая ирландка, как бы подводя черту под этим выступлением главы лагеря.
(Лат. - Высшее право часто есть высшее зло!)
Фразу, сказанную на латыни, перевести ДоХи не удалось, хотя Беатриче ее прекрасно поняла, на помощь же остальным пришла сама рыжеволосая ирландка. Она и перевела свою латынь на плохой, но в принципе понятный всем корейский.
Господин ЮнГи в ответ набрал в рот воздуха, но как набрал также и выдохнул его, потому что сказать на всё это ему по большому счету не было. Но тем не менее он сквозь зубы смог процедить.
- Понятно, будем считать, что это был один человек, который как вы говорите проявил излишнюю инициативу. Темнокожий парень, который к тому же хорошо может писать на нашем языке, вот правда говорит он на нем не очень. Поэтому ваши разговоры что он был один я считаю несостоятельными, что-то сильно сомневаюсь, что этот африканец или кто он там на само деле, владеет корейской письменностью. Поэтому по крайней мере один корейский сообщник у него точно был.
- Что? - возмутилась Беатриче выслушав перевод. – Знаете господин Квак ЮнГи от этих ваших слов запахло уж чем-то совсем нехорошим. Открыто и публично заявлять, что люди с другим оттенком кожи не способны к образованию, а конкретно к изучению языков и письменности другого народа, ну не знаю, по меньше мере это не очень и красиво, а в большей от этих слов ощутимо попахивает фашизмом.
Той самой идеологией где заявлены преимущества одной расы перед другими, неполноценными, которые не способны к созиданию и образованию. Знаете, я как человек в чьей стране зародилась такое страшное явление как фашизм категорически против его проявления в мире в общем, а в частности сильно против его проявлений в этом лагере, в том или ином виде.
Честно говоря, не думала, что столкнусь с подобным в Корее. Особенно что услышу подобное от высокопоставленного корейского чиновника. Странно все это. Может вы господин Квак ЮнГи на ночь и «Майн кампф» почитываете? Так вот, авторитетно вам заявляю, бросьте это дело, оно вас до добра не доведёт уж поверьте девушке чей дед и прадед воевали в партизанских отрядах против фашистов во вторую мировую войну.
(нем. «Mein Kampf» - «Моя борьба» МФА — политический и идеологический манифест Адольфа Гитлера, лидера Национал-социалистической рабочей партии Германии. В нём Гитлер описал свой путь в политику и своё мировоззрение. Книга содержит автобиографию Гитлера, но в основном представляет собой программный памфлет и пропагандистский документ, призванный упрочить позиции НСДАП. Прим. – автора).
Пока эта несколько эмоциональная речь переводилась большому чиновнику, Ала украдкой даже успела показать итальянке большой палец в жесте одобрения.
- Ничего я такого на ночь не почитываю. – дослушав перевод начал отвечать несколько обескураженный «фашист» Квак. - Госпожа Беатриче я вполне допускаю и не ставлю под сомнение способность к обучению людей с темной кожей и нисколько не оспариваю это их право и талант. Как и всех остальных людей независимо от цвета кожи. У нас демократическая страна, и отношение к гражданам и гостям любой национальности одинаково вежливое и уважительное.
Поэтому вы возможно меня неправильно поняли. Я просто имел ввиду что удивлён тем, что в Африке изучают наш язык и даже пишут на нем. Только это, вызвало мое удивление и ничего более.
Если я как-то оскорбил вас, то поверьте ничего такого я не делал, да и не собирался, поэтому прошу это учесть.
- Хорошо господин ЮнГи, будем считать этот инцидент небольшим недоразумением.– холодно улыбнулась итальянка. - Поэтому если больше вопросов у вас не имеется, то я повторюсь в вашем личном так сказать деле ввиду ряда причин помочь мы вам скорей всего не сможем, поэтому …
И тут неожиданно ее прерывает ирландка, та самая рыжая защитница человечества - Рейд Аластрайона, если вдруг кто забыл её полное имя. Она как известно понимала корейский язык, поэтому практически дословно и раньше других иностранцев поняла, о чем говорит важный господин.
- Беатриче. – обратилась она к итальянке. – Есть у меня для господина ЮнГи другое предложение, которое возможно и устроит его, так как оно не подразумевает лицезрения оголенных частей тела им лично. С твоего позволения я озвучу его?
Получив кивок от главной в лагере, она продолжает.
- Господин Квак! – обращается она к заинтересовавшемуся ее словами чиновнику, правда после переходит на английский, слова с которого переводит как раз очень вовремя появившаяся На КенВон, та самая еще «испанская» переводчица, которая сходу профессионально начинает переводить слова рыжеволосой.
- У меня другое предложение, и думаю, что оно вам понравится намного больше первого. Главное, что оно как я уже сказала не будет связано с разглядыванием эээ… улик скажем так вживую, мы с вами здесь пойдём другим путём.
Немного подождав перевода с английского на корейский от КенВон, она продолжает.
- Так вот, знайте я в свое время окончила в Белфасте курсы помощников полицейского, и к тому же я, как все говорят неплохо рисую, это признают многие и эти мои таланты даже были востребованы в полиции некоторое время назад.
Так вот я предлагаю поступить следующим и довольно простым образом. С ваших слов, я составлю … фоторобот этого преступника, точнее фоторобот той самой видимой вами части тела этого негодяя. Я надеюсь, что вы хорошо запомнили, как выглядело то, что так оскорбило ваше чувство прекрасного. Благодаря вашему подробному описанию и с вашей же помощью я на большом листе нарисую эту преступную часть преступника, после чего оформлю все нарисованное в виде плаката.
Как он будет готов, мы повесим его на специальной доске для объявлений в центре нашего лагеря. На этом плакате мы напишем большими буквами - ВНИМАНИЕ РОЗЫСК!
А ниже … разыскивается особо опасный преступник и потрясатель традиционных корейских устоев. Всё, кто хоть что-то знает о человеке, чья часть тела здесь изображена, убедительная просьба срочно сообщить об этом руководству лагеря. Вознаграждение гарантируется!
И еще допишем чуть ниже.
Важно! Не пытайтесь сами проявить инициативу и самостоятельно задержать эту … этого потрясателя устоев. Нарушитель очень опасен, к тому же как вы сами видите он … тёмный по своей сути, к тому же совсем немаленький. Так что будьте внимательны и очень осторожны. В последний раз «нарушитель устоев» был замечен бдительными гражданами при входе в наш славный лагерь.
И еще господин Квак, возможно у этого преступной части были какие-то особые приметы? Ну к примеру, я не знаю, хорошо видимая родинка на одной из двух частей? Это было бы неплохо и сильно облегчило наш поиск. В данной ситуации можно даже заявить, что родинка – это ключ к успеху!