Агдан. Не стены, а паруса! (СИ)

После этого, недовольство в сторону главной из Анян несколько активизировалось, тут и там раздались уже более гневные выкрики на разных языках, к сожалению, а может и к счастью для нее, что там кричат в ее адрес окружающие ее она не понимала, но то что это явно что-то нелицеприятное, это понятно и так. Да и вряд ли окружающие хотят выразить ей благодарность за ее безупречную работу.
  
НаБом съежилась и похолодела, внутренне опять же, внешне она по-прежнему стояла также спокойно, хотя даже на лице невозмутимой до этого ДаХе, проявились признаки определённого беспокойства. А тем временем толпа похоже разогревала себя, еще немного и может произойти и что-то непоправимое, в первую очередь для самой НаБом, ну и может быть, и ДаХе достанется что говорится за компанию.
И вот когда уже казалось, что сейчас разгоряченная и что-то выкрикивающая толпа вот-вот набросится на представителей тюремной администрации Анян, раздался спокойный женский голос, произнесший на английском. Голос, который словно по мановению волшебной палочки прекратил все зреющее недовольство, чуть было не перешедшее в рукоприкладство.
What's going on here?
(Английск. – Что здесь происходит?). 
НаБом обернулась, ага вот и нашлась пропажа, точнее не пропажа, а так … в общем вчерашняя испанка, стояла перед ней в таком же, как и вчера виде. Но эту фразу сказала это не она, а среднего роста брюнетка рядом с ней. Девушка со смуглой кожей, густые длинные волосы небрежно собраны в узел. При этом ярко выраженные скулы, немаленький нос с горбинкой, большие выразительные глаза и длинные ресницы завершали ее образ.
В России бы сказали просто - типичная итальянка, но НаБом только отметила что это тоже явная иностранка, а еще заметила уверенность с которой держится незнакомка, и то что она среди этой толпы пользуется определённым авторитетом, все вокруг резко замолчали от этого простого вопроса, что лучше всего говорило об влиянии незнакомки.
Да и агрессия, явно пошла вокруг них на убыль. Эта девушка, прибывшая со вчерашней испанкой, явно пользуется определенным уважением у присутствующих здесь людей. Возможно, что она даже является главной во всей этой движухе вокруг тюрьмы Анян. Тем временем, паузой и тишиной воспользовалась переводчица, которая сказала.
- Госпожа НаБом, представляю вам Беатриче Грассо, гражданку Италии, и еще именно она сегодня большинством голосов была выбрана на общем собрании главой нашего протестного лагеря, что сейчас называется довольно просто - «Вместе с Агдан!».
После, она что-то начала говорить по-английски этой Беатриче, а в голове НаБом прокрутились сразу несколько мыслей. Во-первых, она наконец поняла, чей это флаг висел на третьей палатке. Италия! Ну конечно же! Как она могла это забыть? Сама же когда-то так хотела в молодости посетить красоты апеннинского полуострова и главные его города. Увы, не получилось.
(Апеннинский полуостров — один из крупнейших полуостровов Европы, расположенный на юге континента и омываемый водами Средиземного моря. На полуострове расположены основная часть Италии, а также Республика Сан-Марино и теократическое государство Ватикан. Своё название полуостров получил от Апеннинских гор, протянувшихся вдоль его большей части. Прим. – автора). 
Ну, а во-вторых, профессиональная память НаБом на лица, просто кричала о том, что она где-то точно уже видала эту самую Беатриче из Италии. Но вот где? Тут память пробуксовывала, но это точно было не в Италии … шутка! Причем НаБом была готова поставить всю свое зарплату что видела она ее совсем недавно!
Ну и, в-третьих. Наш лагерь «Вместе с Агдан!». Как-то так, по-моему, перевела КенВон? Точно! Именно так и сказала. Точнее если дословно … Беатриче Грассо, гражданка Италии, выбранная на общем голосовании, главной в нашем протестном лагере что называется просто - «Вместе с Агдан!».
Это что-же такое получается люди добрые? У нее под боком, прямо у стен тюрьмы, кто-то взял и создал какой-то лагерь и даже уже провел в нем выборы, на которых уже выбрали главу этого самого лагеря. И о таких «знаменательных» событиях на подведомственной ей территории, НаБом разумеется никто не сообщил, и похоже даже и не собирался этого делать. 
Тем временем по-видимому статус НаБом прояснен этой новоизбранной главе лагеря, потому что та, посмотрев на начальника тюрьмы сказала ей что-то максимально дружелюбно, сказала разумеется на английском и понятно, что с помощью КенВон.
- Приветствую вас госпожа НаБом. Рада с Вами познакомится.
После чего протянула руку в знак знакомства, но НаБом не спешила ее пожать, нет не потому что девушка ей чем-то неприятна, или пожатие ее руки как-то уронит ее в собственных глазах. Дело совсем не в этом.
Нет никакой гарантии, что сейчас их кто-то из этой самой толпы протестующих не снимает эту встречу и соответственно снимет и ее рукопожатие на видео, а может и не только из толпы, может это быть и кто-то из ее подчиненных. НаБом даже этому не удивилась бы.
И кадры, где она жмет руку главе протестного лагеря перед тюрьмой Анян, вполне могут потом облететь если не весь мир, то так Корею уж точно. И что скажет ее начальство в Министерстве Юстиции увидев этот интересный фото или видеоотчет? НаБом отстаивает интересы Агдан, а не интересы государства, не верите? Вон посмотрите фото в интернете их сейчас полно!
А как тогда обрадуются ее заклятые «друзья»? И в родном министерстве, да и эта подружайка самой госпожи президента, что была уже здесь, эта Чхве СунСиль, явно тоже не будет горевать. Поэтому ей не надо давать в руки недругов такой компромат, а свою руку руке итальянке, даже пусть и объяснимые с точки зрения логики. Поэтому никаких пожатий рук и прочего подобного, наоборот только холодный внешний вид и официальный тон в разговоре, это пока лучшая линия поведения в отношении этих протестующих, по крайней мере до того времени пока не будут получены от Министерства Юстиции другие инструкции … официально получены!
Поэтому она снова вежливо попросила перевести ее слова этому лидеру итальянского происхождения, подчеркнуто, не заметив протянутую той руку.
- КенВон, повтори мои слова и для этой … самой главной. Мое требование одно. Немедленно, в течении часа, покинуть территорию, прилегающую к тюрьме и забрать при этом с собой все свое имущество. В противном случае, как и вчера, я просто вызываю полицию, а вы уже разбирайтесь с ней.
С переводом ее слов, утихшее было возмущение, снова начало набирать обороты, похоже это опять сработало слово полиция, но итальянка подняла вверх так и не пожатую ей руку, и шум стих.
- Что-же. – наконец услышала НаБом и итальянский ответ. - Раз мы не можем договорится с вами по-хорошему, то пусть будет так … как будет.
После чего Беатриче отвернувшись нарочито спокойно обратилась к испанке на английском.
- Ривера, пойдем нам надо с тобой еще кое-что решить по организации лагеря.
После этих слов синьорина Грассо развернулась и направилась в сторону трехцветной итальянской ну и самой большой палатке по совместительству, за ней же, бросая на НаБом взгляды очень далекие от дружественных, направилась и вчерашняя испанка, эта самая Ривера. 
Ну, а НаБом, видя, что про нее вроде как все забыли, сочла за нужное просто и по-тихому, можно сказать что по-английски, тем более представителей именно этой страны она здесь не увидела, в общем ретироваться с места событий, прихватив при этом и свою заместительницу. 
Корея. Тюрьма Анян. Кабинет НаБом, вечер того же дня.
- Ну и как все прошло в этот раз? - НаБом, задавая этот вопрос ДаХе, испытала этакое чувство дежа-вю. Не далее, как вчера, та также докладывала о ситуации со свёртыванием лагеря испанцев, а вот сегодня уже пришла на доклад о ситуации с лагерем, который сегодня представляли шесть не самых последних в этом мире стран. Да и народу, с которым сегодня надо было «разобраться» сегодня намного больше чем вчера, поэтому не удивительно что ДаХе пришла уже совсем поздно, по факту и рабочий день уже два часа как закончился.