Корона лжи (ЛП)

— В чем дело? — потребовала я.
Его изумрудные глаза скользнули по мне. Медленно.
— Я люблю картошку. И сыр. В форме запеченных шариков.
Мой взгляд, похоже, заставил его подумать, что я хочу получить его крокет, потому что он съел его очень быстро, приняв оборонительную позу.
Я уточнила:
— Что с тобой? Я действительно не могу понять, кто ты такой. Ты ходишь вокруг, как высокомерный идиот, а потом говоришь голосом психопата, который заставляет меня задуматься, не состоишь ли ты в мафии! Какое из этих лиц — твое настоящее?
  
— И то, и другое, — ответил он, подмигнув. — Я сложный человек.
Я вздохнула и откинулась на спинку, потерпев поражение.
— Из-за тебя действительно трудно кому-либо поверить.
— Да? А ты, значит, как открытая книга?
— Ну… да.
— Превосходно! Тогда расскажи мне о своей таинственной силе. Поделись своими методами работы. Как ты выглядишь, когда злишься… подожди, не надо. Это я уже знаю. Проклятье.
— Замечание принято, — согласилась я. — У каждого человека есть свои секреты. Я понимаю.
Может быть, мне следует просто принять его таким, каким он себя показывает. Не нужно слишком много думать об этом.
Разай сделал глоток моего пива, а затем передал его мне.
Я посмотрела на слабый след, оставленный его губами на ободке, и сделала глоток с противоположной стороны.
— Кто твои родители? Ты никогда не говорил.
— Я их не знаю.
У меня открылся рот.
— Это случается реже, чем…
— С одним процентом населения. Знаю
— Значит, у тебя нет никого, кто мог бы тебя контролировать? Совсем никого?
Он подвинулся, и его колено задело мою ногу, хотя он, похоже, этого не заметил.
— Врач сказал мне, что у меня может быть семья. Сила и скорость, похоже, мои особенности, и я всегда дрался лучше, чем кто-либо другой.
— Это отстой. То, что у тебя нет семьи, я имею в вид. — почему я хотела сблизиться с ним прямо сейчас?
— Но так ли это?
Я изучала его лицо. Действительно изучала его непринужденный вид. Его спокойный голос.
— Ты не расстроен из-за этого.
— Конечно, нет. Зачем злиться на то, что я не могу изменить? — он облизнул нижнюю губу, и у меня свело живот.
Я откашлялась и отодвинулась на дюйм.
— Архангелы очень гордятся своим родством и кровным родством. Наследие буквально управляет страной. Только не говори мне, что люди не смотрят на тебя свысока из-за этого.
Его усмешка приобрела более мрачный оттенок.
— Вот что мне в этом нравится. Когда люди смотрят на тебя свысока, Грэй, это говорит о многом.
— Как игра в карты? — спросила я, не понимая.
— Именно. Начинаешь обращать внимание на то, что человек использует… внешность или власть… чтобы считать тебя хуже себя. Потому что именно это они ценят больше всего. Например, — сказал он, снова потягиваясь, и его нога все ближе и ближе прижималась к моему бедру. — Клэйв оскорбляет меня за недостаток профессионализма. Это не значит, что я должен стать более профессиональным, чтобы угодить ему. Но теперь я точно знаю, как свести этого ублюдка с ума. Или манипулировать им, — добавил он небрежно. — Я отказываю ему в почестях, когда хочу вызвать у него раздражение. Или меняю свое поведение, когда мне нужно, чтобы он сотрудничал.
— Я понимаю эту точку зрения, — ответил я, ухмыляясь. — Когда ты так говоришь, это действительно имеет смысл. И когда архангелы смотрят на тебя свысока за то, что у тебя нет родства, как ты это интерпретируешь?
— Они занимаются этим для видимости. Социальный статус. Одобрения друг друга. Это неуверенность в собственном слабом влиянии в этом мире. Им нравится находить кого-то ниже себя. Все, что угодно, лишь бы их эго чувствовало себя в безопасности.
Прежде чем я успела ответить, он добавил:
— Но в любом случае, я не нахожу это привлекательным. Иметь возможность изменять буквально всю природу вокруг себя. Это не в моем вкусе, и я не слишком расстроен своей судьбой.
Я нахмурилась.
— Странно слышать это от ангела. Учитывая, что это твое буквальное право по рождению.
— Не для меня, нет. Но, возможно, я чувствовал бы себя по-другому, если бы родился с этим. Кто знает? Но хватит обо мне, загадочная ты женщина. Что за гены дали тебе твою силу?
— Скорее всего, оборотень, — предположила я. — Очевидно из-за способности находить вещи. Но у меня никогда не было никаких физических характеристик, которые могли бы подсказать мне о моем наследии, так что, должно быть оно очень слабое.
— Но ты ведь бессмертна, верно?
— Проверено и подтверждено. Впрочем, это не так важно. — быть бессмертной — не значит обладать невероятными способностями.
— Ты загадка.
Это заявление напомнило мне о том, что он сказал, когда мы были заперты в шкафу.
«Загадка. Ходячая головоломка. Пока ты пытаешься собрать мир воедино, я буду заинтересован в том, чтобы разбить тебя на части».
Я откашлялась и поднялся, направляясь на кухню.
— Никакой тайны здесь нет. Что видишь, то и получаешь. — стакан воды даст необходимое пространство.
— Обманщица.
Вода попала мне не в то горло, и я подавилась. Задыхаясь и колотя себя по груди, я сказала:
— Засранец.
Голова Разая покоилась на спинке дивана, его волосы разметались по краю. Он наблюдал за моей борьбой за жизнь с ласковой улыбкой. В таком положении была видна гладкая кожа его шеи и вмятины на ключицах.
Я перевела взгляд обратно на свой стакан. Он не пытался выглядеть сексуально. Он просто был таким. Мне придется привыкнуть к этому и взять себя в руки.
Но теперь воспоминания нахлынули на меня. Я вспомнила, как он прижимался к моему телу. Как провел рукой по моей спине. Как прикасался ко мне, словно действительно хотел меня…
— Грэй…
Звук моего имени вернул меня в настоящее.
— Да?
Выражение лица Разая было более чем удовлетворенным, словно он мог читать мои мысли.
Черт. Я покраснела?
— Давай посмотрим, как ты продвинулась с этими файлами, хорошо?
— Да. Точно. За дело. Поехали.
«Спокойно, Грэй. Спокойно».
Пока мы вместе просматривали файлы, Разай то и дело вставлял новые сведения. Например, Яриэль был тихим студентом, но сосредоточенным. Он стремился быть лучшим в каждом классе. А Сидни любила веселиться, но всегда выполняла задания.
Затем ректор Кастиль наконец-то добрался до моего электронного письма и прислал мне все расписания занятий студентов, начиная с первого курса и заканчивая самым последним.
Четыре часа спустя я была измотана больше, чем за долгое-долгое время. Мои волосы растрепались. Глаза были мутными и закрывались. Я официально была готова ко сну.
А Разай был гребаным хулиганом.
— Мне нужно поспать, — простонала я.
— Просмотри все еще раз. Еще раз, — приказал он.
— Я читала их файлы тысячу раз!
— Но ты получила их расписание занятий всего два часа назад, — напомнил он мне.
В данный момент листы с расписанием занятий лежали стопкой на журнальном столике.
У него зазвонил телефон, и он встал.
— Редфорд! Какое удовольствие!
У меня даже не было сил радоваться тому, что Редфорд перезвонил. Все, что мне было нужно, — это пара секунд сна. Всего несколько минут отдыха. И тогда у меня хватит сил выгнать Разая.
Моя голова коснулась диванной подушки. Я натянула одеяло на плечи и закрыла глаза, пока Разай болтал без умолку. Несколько минут… это все, что потребуется…
Мысли улетучились, утяжеленные моей усталостью. Последнее, что я помню, — это накинутое на плечи одеяло и звук закрывающейся раздвижной стеклянной двери.
Глава 24
Квинн сидела за стойкой регистрации, щелкая мышкой со скоростью света, ее указательный палец был практически пулеметом.
  
По телевизору в приемной показывали новости. Блестящие вьющиеся волосы дикторши покачивались, когда она сообщала о нападении на границе Бронкса.
— Сообщение об этом нападении поступило сегодня поздно утром. Три