Лю Яо: Возрождение клана Фуяо (СИ)

Даже не будучи связанным печатью истребителей демонов, ни один заклинатель не посмел бы даже думать о таком.
— Нет нужды вновь поднимать эту тему, — сказал Янь Чжэнмин. — Ли Юнь, убери знамя куда подальше и больше не доставай его. Раз уж мы уже видели «Массив истребителей демонов», то давайте вернемся к горе Фуяо и хорошенько все там осмотрим.
Обернувшись, Янь Чжэнмин заметил, что воротник Чэн Цяня выглядел неаккуратно. Юноша не мог не протянуть руку, чтобы поправить его.
  
Чэн Цянь замер на месте, как вкопанный, и тут же перестал дышать.
Когда Янь Чжэнмин поднял голову и встретился глазами с более глубоким, чем обычно, взглядом юноши, он вдруг осознал, что его действия выходили за рамки приличия. Его ладони моментально вспотели. Он тут же одернул руку и, сухо кашлянув, произнес:
— Разве ты не заметил, что воротник твоего халата сбился? Тебе стоит больше внимания уделять своему внешнему виду.
Чэн Цянь молчал, чувствуя, что в этом отношении ему, похоже, никогда не удовлетворить требования своего старшего брата.
Весь следующий путь Янь Чжэнмин чувствовал себя крайне неловко, Чэн Цянь молча размышлял о произошедшем. Зато Ли Юнь, настрадавшийся от насмешек старшего брата, пришел в крайнее возбуждение и превратился в назойливого болтуна. Всю дорогу он рассказывал своему новоиспеченному племяннику Нянь Дада о непредсказуемой природе горы Фуяо. В его речах было крайне мало смысла и единственное, чего он желал, так это покрасоваться.
В итоге, даже с его уровнем самосовершенствования, Ли Юнь успешно избежал нападок Чэн Цяня и Лужи, и помчался к тому месту, где некогда стояла гора Фуяо.
Летевшая впереди Лужа внезапно вернулась в человеческую форму.
— Старший брат, почему я вижу у подножия горы скопления темной энергии?
Чэн Цянь остолбенел и черным вихрем закружился вокруг нее:
— Это Хань Юань?
У них под ногами проплывали облака и деревья, сложно было что-либо рассмотреть. Лужа покачала головой и ответила:
— Вроде, нет. Ци не такая плотная, но она кажется такой грязной...
Прежде, чем она успела договорить, Чэн Цянь уже ринулся вниз.
Независимо от того, была ли это темная Ци демонического совершенствующегося или чистая Ци праведного заклинателя, чем сильнее был человек, тем проще его было заметить, если он, конечно, намеренно не скрывал своего присутствия. Но этих темных совершенствующих было видно с неба. Это было довольно устрашающе, однако Чэн Цянь безрассудно бросился к ним, не сказав ни слова.
Похоже, гора Фуяо всегда будет для него больным местом.
Лужа с тревогой окликнула его:
— Эй, старший брат, подожди...
Девушка собиралась было броситься в погоню, но кто-то внезапно схватил ее за руку. Янь Чжэнмин потянул ее назад и сказал:
— Не иди за ним, держись подальше.
И не успела она среагировать, как фигура Янь Чжэнмина растворилась в воздухе, словно вспышка.
Чэн Цянь был в ярости, но он не собирался действовать опрометчиво. Когда он приземлился, у него едва не перехватило дыхание. Порыв ветра пронесся между большими деревьями и зашелестел листьями в высоких кронах.
Юноша нахмурился и увидел перед собой двоих мужчин и одну женщину. Женщина была очень странно одета. Если бы не отсутствие демонической ауры, она была бы похожа на монстра с огромным цветком на голове. Она выглядела крайне неопрятно, все места, которые должны были быть прикрыты, были украшены лепестками. Ее обнаженные руки и ноги торчали из сердцевин больших цветов, а запястья и щиколотки были опутаны браслетами из лоз.
Один мужчина лежал на земле, а второй выудил из ниоткуда маленький столик с табуреткой, и теперь попросту сидел за ним и пил чай.
Очаровательная цветочница со смехом сказала:
— Мы с господином Сяосяном ни за что бы не справились с этим массивом. Все благодаря тебе, старший брат Лу.
Услышав ее слова, мужчина заискивающе произнес:
— Что вы, этот младший всего лишь проходил мимо и решил составить двум старшим компанию, чтобы делать то, что они делать не любят. В один прекрасный день господин Сяосян сможет претендовать на титул Господина Бэймина и, если он когда-нибудь попросит меня об услуге, я с радостью умру за него.
Господин Сяосян притворно улыбнулся уголками губ и произнес:
— Да будет так.
Услышав его ответ, их проводник покорно склонил голову. Завидев это, цветочница хихикнула и сказала:
— У брата Лу сладкие речи. Вы говорили, что на горе Фуяо живут темные заклинатели. Очевидно же, что это одна из школ боевых искусств, но, тем не менее, она породила на свет множество великих демонов. Говорят, последний Господин Бэймин тоже был из клана Фуяо, но я не знаю, правда ли это.
Господин Сяосян усмехнулся:
— Пусть даже и так, я не знаю, что здесь потом произошло. Однако, разве тот человек по фамилии Хань, что способен призывать демонического дракона, не претендует на звание владыки демонов? Ни за что не поверю, что здесь нет никаких тайных сокровищ.
Цветочника обернулась и, покачивая бедрами, шагнула вперед, усевшись на колено господина Сяосяна. Вытянув свои длинные руки, она ненавязчиво обняла мужчину за шею и тихо сказала:
— Подожди, пока этот Хань сломает печать горы. Тогда мы прокрадемся внутрь и отыщем сокровище, позволяющее ему превращаться. А пока, мы будем тихо сидеть и смотреть, как дерутся тигры3. Когда он и эти псы из Управления небесных гаданий перебьют друг друга, мы воспользуемся этим4... И тогда, когда ты получишь власть над миром, когда ты достигнешь величия, ты ведь не забудешь обо мне?
 3  坐山观虎斗 (zuò shān guān hǔ dòu) — сидеть на горе и смотреть, как дерутся тигры (обр. в знач.: занимать выжидательную позицию, наблюдать со стороны, смотреть, чья возьмет). 
4 坐收渔利 (zuòshōu yúlì) — букв. ничего не делая, получить выгоду подобно рыбаку; извлечь выгоду из чужого конфликта.
Наблюдавший за ними Чэн Цянь вдруг понял, что массив в руках этого человека ничем не отличался от того, который пытался создать Хань Юань. И даже если он знал, что ничего, кроме печати главы клана, не сможет открыть гору Фуяо, в его сердце вспыхнула ярость.
Вдруг, чья-то рука мягко обняла его сзади за плечи, будто желая удержать от опрометчивых поступков.
Чэн Цянь прикрыл глаза и обратился к новоприбывшему через духовное сознание:
— Эти трое собираются порыбачить в мутной воде. Они хотят сразиться с демоническим драконом вместо Управления небесных гаданий. Я не думаю, что они слабы, не стоит их недооценивать. Будет плохо, если они что-то натворят.
Янь Чжэнмин молча выслушал его объяснения и, с минуту подумав, произнес:
— Убьем их.
Сказав это, Янь Чжэнмин первым взял на себя инициативу и, растворившись в воздухе, словно призрак, обнаженным клинком устремился на самого могущественного из собравшихся, господина Сяосяна.
Господин Сяосян сердито крикнул:
— Кто здесь?!
— Тот, кто желает отнять твою жизнь, — ответил Янь Чжэнмин.
С этими словами двое сошлись в бою. Господин Сяосян открыл рот и выплюнул в воздух сгусток черного дыма, тут же превратившийся в три щита толщиной в один чи. На лице полураздетой темной заклинательницы появился ужас, и девушка попыталась скрыться.
Господин Сяосян парил за щитами. Прежде, чем он успел перевести дух, мужчина услышал громкий шум. Щиты раскололись под натиском меча. Господин Сяосян не смог разглядеть, что за клинок был в руках у напавшего на них заклинателя. Его попросту не было. Меч был соткан из ауры своего хозяина. Сперва он не показался мужчине острым, но стоило только лезвию приблизиться, как господин Сяосян  тут же ощутил его ужасающую силу.
  
Он был потрясен. Мужчина вскинул руки, и из его рукавов вырвались сгустки черного тумана. В какой-то момент господин Сяосян потерял человеческий облик, сделавшись похожим на свирепого зверя. Окутанный тьмой, он прошипел:
— Я смотрю тебе жить надоело. Я дам тебе почувствовать дыхание смерти и отправлю тебя прямиком к твоему старому наставнику!